Чтение онлайн

Замполит схватил бинокль и посмотрел в то место, куда показывали солдаты. Солнце было уже высоко и вовсю светило из-за сопки, поэтому склон, который они пытались рассмотреть, был весь в тени.

– Никого нет, – категорично высказался лейтенант.

Умелов попросил у него бинокль и сам начал рассматривать сопку. Он старался найти наверху какую-нибудь естественную неровность или камень, который на первый взгляд можно было принять за человека. Нужно было с честью выходить из ситуации: мол, думали, что человек, а оказался куст или камень.

На макушке сопки взгляд Олега остановился на большом валуне, расположенном чуть ниже верхней отметки. Вдруг из-за камня кто-то резко поднялся. Олег от неожиданности чуть не выпустил бинокль из рук.

– Там кто-то точно есть!

Ефименко решил подыграть Олегу:

– Конечно, есть. Я же говорил.

Олег сунул ему бинокль в руку.

– Смотри вон туда, чуть ниже верхушки!

Михаил направил окуляры на то место, куда указывал сержант. Через пять секунд у него открылся рот.

– Там есть кто-то! – вдруг заорал он.

– Дай мне посмотреть, – вырвал бинокль из рук Михаила дежурный по заставе.

Улица постепенно начала заполняться пограничниками, разбуженными этой новостью. Они вырывали друг у друга бинокль: каждый хотел лично убедиться, что там кто-то есть.

Ефименко вдруг неожиданно крикнул.

– Что же мы стоим?! Он же уйдет!

Мгновение спустя почти все, кто стоял у крыльца заставы, бросились шумной ватагой на сопку… ловить снежного человека.

Замполит спокойно смотрел бегущим вслед.

«Бегите, бегите, – улыбаясь, думал он. – Не хватало, чтобы я какую-нибудь лисицу за снежного человека принял».

Группа подполковника Исаева уже неделю добиралась из Москвы на Северные Курилы.

Собрав всю необходимую экипировку и получив последние инструкции, офицеры вылетели на Камчатку на рейсовом самолете Ил-62 из аэропорта Домодедово. В аэропорту Елизово на военном «уазике» их встретил начальник особого отдела Камчатского пограничного округа полковник Ефремов. Приехав вместе с ним в расположение Виленского пограничного отряда, который располагался в Петропавловске-Камчатском, они всей группой расположились на территории ПУЦа. [41]

Вечером этого же дня на оружейном складе пограничного отряда группе было выдано личное оружие, которое они должны были пристрелять. В арсенал входило три пистолета Стечкина, три специальных десантных боевых ножа, две ракетницы и ящик толовых шашек на случай необходимости проведения подрывных работ.

Через три дня после пристрелки оружия и короткой акклиматизации группа была доставлена на борт пограничного сторожевого корабля «Менжинский», который выходил на патрулирование в зону Северных Курил.

Через сутки корабль по узкому проливу между островами Шумшу и Парамушир прибыл в город-порт Северо-Курильск. Там группу Исаева уже ждал «уазик», чтобы доставить в здание пограничной комендатуры.

Путь от порта до комендатуры занял около пяти минут. Когда машина проезжала мимо длинных приземистых рыбных складов, старший лейтенант Ковальчук увидела сидящего на одном из приступков нетрезвого мужика в изношенном старом кителе. На колене у него сидела рыжая девица и теребила его волосатую грудь. В ответ мужчина с довольным видом оглаживал девицу, запустив руку под подол ее цветастого платья.

При виде этой картины Наталья смущенно отвернулась. Наблюдавший за парочкой Мальцев заметил смущение женщины и невольно ухмыльнулся. «Да, Наталья Юрьевна, – подумал про себя капитан, – вот она, жизнь. Вы бы еще и не такое в дальних гарнизонах увидели, если бы помотались с наше по стране».

«Уазик» въехал на территорию комендатуры через небольшой КПП и лихо развернулся на маленькой площади. Исаев выпрыгнул из машины и обратился к сидевшим в машине:

– Так, товарищи, мне необходимо переговорить с комендантом. Пожалуйста, не оставляйте вещи без присмотра. Наталья Юрьевна, если захотите в туалет, пожалуйста, попросите ребят, чтобы они вас покараулили, а то сами понимаете, здесь туалеты только армейские.

Мальцев и Крутов с интересом следили за реакцией старшего лейтенанта Ковальчук.

– А вы не лыбьтесь, – строго обратился к ним подполковник. – Я скоро.

С этими словами Исаев двинулся к входу в комендатуру. На нем были штаны защитного цвета и грубая клетчатая рубашка. Одним словом, как у обычного советского геолога.

Исаеву показалось, что внутри здание комендатуры было полностью отделано деревом. Прямо за тамбуром начиналась лестница, ведущая на второй этаж. Справа был проход на первый этаж, откуда тянулись запахи из кухни. Исаев поднялся по лестнице и нос к носу столкнулся с дежурным по комендатуре.

– Здравствуйте, моя фамилия Исаев. Я начальник геологической партии на Онекотан. Мне нужно к коменданту, – обратился он к дежурному.

– Пожалуйста, подождите здесь. Я сейчас доложу о вас, – офицер развернулся и пошел по коридору.

Дойдя до двери коменданта, которая располагалась справа, он постучал и сразу же открыл её.

– Товарищ подполковник, разрешите доложить? К вам начальник геологической партии подъехал.

Из кабинета донесся громкий мужской бас.

– Пусть заходит.

Дежурный повернулся к Исаеву и кивком головы показал ему, что тот может пройти к коменданту. За столом сидел крепко сложенный, подтянутый подполковник. Исаев остановился в дверях.

– Разрешите?

– Да, проходите, пожалуйста, – кивнул хозяин кабинета и указал на один из стоящих рядом стульев.

Подполковник Горбань внимательно осмотрел вошедшего. Позавчера он получил радиограмму из округа, что на борту «Менжинского» находится группа геологов, которую нужно встретить, разместить на ночлег и организовать их переправку на остров Онекотан. Каждый год, как только начиналось лето, партии геологов и вулканологов прибывали на острова. Эта группа не была исключением.