Чтение онлайн

Лейтенант видел как эти долговязые твари в черных экзоскелетах рассматривали валяющиеся вокруг трупы людей. Один из пришельцев присел на корточки, взялся рукой за голову умершего и покрутил ее из стороны в сторону.

— Сукин ты сын! — Прошептал Лейтенант, заставляя себя не хвататься за рукоять пистолета.

Пришелец что-то сказал своему сородичу. Тот ответил через плечо и отошел в сторону. Их язык напоминал фырканье лошади, но в речи чувствовалась абсолютная логичность. Первый эрак выпрямился и пошел за вторым. Вместе они соединились с двумя другими и скрылись в городских улицах. Несколько мгновений было совсем тихо, затем над крышами поднялся черный летательный аппарат и с тихим шипением направился к горизонту.

Долгие минуты прошли пока два человека наконец решились выйти их укрытия. Молча, переговариваясь лишь профессиональными знаками, они с бесчисленными предосторожностями пробрались к складам и, взвалив на плечи тройные партии продовольствия, быстро исчезли за чертой города.

— Ты в порядке?

— Да.

— Точно?

— Да, все хорошо.

— Уверена?

— Да все отлично! Я просто устала.

Человек несколько мгновений рассматривал молодую девушку с ноутбуком на коленях, затем подошел ближе.

— Что там у тебя?

Девушка быстро захлопнула компьютер, при этом оставив его в руках.

— Да так, ничего…

— Ничего? — Мужчина сел рядом с ней. — Послушай, мы сейчас не в тех обстоятельствах, чтобы таить друг от друга секреты…

— Да причем тут секреты? — Она хотела было встать, но задержалась. — Просто…

— Просто ты уверена, что я не пойму.

Она молчала. Мужчина тяжело вздохнул, задумчиво пожевывая губу.

— Ужасно сознавать, что твой почти совершеннолетний ребенок дальше от тебя, чем что-либо на свете. Думаешь, я не понимаю, что чужие люди ближе тебе, чем родной отец? Что виноват в этом только я?

— Ты же работал. — Обреченно ответила девушка.

— Работал? Как идиот носился каждый Божий день по улицам, воспитывая отморозков. И что дала мне эта работа? Пять пулевых ранений? Первый инфаркт в тридцать семь? Стопка грамот и благодарственных писем? И отправили на пенсию, когда перевалило за сорок! Что мне дала эта работа, если своему единственному ребенку, я уделял так мало внимания. — На морщинистой щеке выступила скупая слеза. — Прости меня.

— Ничего. — Пытаясь скрыть смущение, девушка погладила волосатую руку. — Зато все знали, что мой папа — лучший коп во всем Марене.

Мужчина улыбнулся.

— Да, который вечно не давал жить молодежи. Скольких парней я отбил от тебя?

— Отбил? — Девушка не стала скрывать искреннее удивление. — Считать с первого класса? Мой отец не был ни на одном моем выступлении, зато сумел сделать так, что на всех вечеринках я была в одиночестве. А что, неплохое воспитание.

— Ты прекрасно играешь…

— Да ну? Ты-то откуда знаешь? Мама говорила?

— Я… слушал запись.

— А мигалки не мешали?

— Откуда ты знаешь?

— Что ты слушал в машине? Ты же проводил в ней большую часть дня.

— Боже, я ужасный отец.

— Еще какой.

— Прости меня.

— За что?

— За то, что я ужасный отец.

— Тебе выпал шанс исправиться. — Она похлопала его по руке. — Пока мне не стукнет восемнадцать, ответственность за мое благополучие лежит на тебе.

— Я сделаю все, что в моих силах.

— Для начала научись хотя бы делать себе завтрак. Мама успела меня многому научить, но поджарить яичницу и сварить кофе не так уж и трудно. — Они посмотрели друг другу в глаза, и она заговорила более мягко. — Я не сержусь на тебя, пап. Я всегда верила, что наступит момент, когда ты заметишь меня… Жаль только что мама не дожила до этого.

— Да, жаль. — Мужчина вздохнул. Этот вздох прозвучал еще тяжелее. — Год уже прошел.

— Год и два месяца… Как ты думаешь, мы сможем выжить?

Что ответить на такой вопрос своему родному ребенку? А что ответить ребенку, для которого самым большим подарком на день рождения было твое появление? Как сохранить тонкую грань между горькой правдой и неизбывной надеждой?

— Не знаю. Выживать тяжело, но ведь мы выживаем. Думаю рано или поздно они улетят и все станет на свои места… Мишель, — он внимательно посмотрел на нее, — я не дам тебя в обиду, клянусь.

— Я тебе верю, папочка. — Она чмокнула его в щеку и легла на спину, растянувшись на старой кровати.

— Спасибо милая. — Он прикоснулся к щеке, чувствуя себя впервые за долгое время счастливым.

Девушка снова раскрыла ноутбук. Голубоватый свет отразился в ее глазах.

— Так что там у тебя? — С легкой улыбкой спросил Отец.

Молчание.

— Не скажешь?

Молчание, но на этот раз с такой же улыбкой.

— Ладно тебе, я не в том положении чтобы ворчать.

Она помолчала еще, затем подвинулась ближе к стене и кивнула головой. Мужчина подсел рядом.

— Я познакомилась с парнем из Дублина. — И отвечая на немой вопрос, пояснила. — Это в Ирландии.

— Ирландец? Учти, у этой расы горячая кровь…

— Папа!

— Все, молчу! Прости.

Она бросила на него недоверчивый взгляд.

— Его зовут… Тедди. — Она испытующе посмотрела на отца.

Губы его превратились в тонкую линию — он едва себя сдерживал. Пару секунд она со злостью смотрела на него, но блестящие смехом глаза заставили ее улыбнуться.

— Я знаю, что его имя кажется смешным, прямо как из рекламы… Медвежонок Тедди… Мой Медвежонок… Но это только вначале смешно.

— О да, разумеется. — Отец сжал губы рукой, задавливая смешинки. — Продолжай.

— Мы познакомились в Интернете… — Тяжелый вздох, она никак не откоментировала. — И переписывались почти восемь месяцев. Он даже хотел приехать ко мне, но я его отговорила…

— И правильно сделала… Нет, не в том смысле. Уж если тебе выходить замуж, то лучше будет, если ты уедешь с мужем в другой город. Оставаться в этой дыре — не то, что мы хотели для тебя. Мы с мамой.

— Он звал меня к себе. — С грустью произнесла Мишель. — Я ведь хотела сбежать из дома. Два месяца откладывала деньги, а в день катастрофы собиралась купить билет.