Чтение онлайн

Ротсей выглядел ещё бледнее обычного.

— Она в той стороне, — сказал он, не потрудившись здороваться.

— Она? — я поколебалась. Этого я не ожидала. Большинство серийных убийц выбирало схожих жертв; перемена пола тоже встречалась, но не являлась обычной.

Моя кровь похолодела ещё сильнее. Я уже решила, что преступник — серийный убийца. Если он ещё и сверх, то последствия для сверхъестественного сообщества в Лондоне будут катастрофическими, хотя всё и так балансировало на острие ножа.

Ротсей не ответил. Он показал на ворота парка.

— Я вам покажу, — произнёс он нетвёрдым голосом.

Криминалисты, прибывшие первыми, занимались своей работой. Они поставили импровизированную палатку, чтобы скрыть тело от любопытных глаз, и территорию парка везде прочёсывали люди. Я заметила Барри и Ларри — из костюмов виднелись только их лица, и они изучали клочок земли, стоя на коленях. Их лица одинаково хмурились поверх одинаковых усов.

Боатенг высунул голову из-за угла палатки и заметил меня.

— Эмма! — окликнул он. — Сюда.

Я пошла к нему, смотря под ноги, чтобы не наступить на какие-то важные улики. Я почти ожидала, что Ротсей ко мне присоединится, но он остался в стороне. Волнение от расследования убийства давно выветрилось. Я облизала губы и присоединилась к Боатенгу, чьё мрачное и неулыбчивое выражение ничуть меня не успокоило.

— Вы быстро сюда добрались, — прокомментировал он, показывая на палатку. — Её нашли менее часа назад, — его губы поджались. — Это были не маленькие дети, к счастью. Местный житель решил срезать через парк и заметил её. Мы возьмём у него показания в участке.

Окей. Я переварила его слова, кивнув.

— Есть предварительные признаки, указывающие на время или причину смерти?

— Похоже, её убили в такой же манере, как и Лейси. Горло разорвано, но крови очень мало. Что касается времени смерти, то сейчас едва пришло время вечернего чая, — сказал он мне. — Это гораздо более публичное место, чем переулок, в котором нашли Лейси. Само собой, нам ещё предстоит побеседовать со многими людьми, но настолько мы можем понять, группа детей ушла из парка в три часа, и тогда не было видно ни жертвы, ни убийцы. Женщину нашли незадолго до пяти часов. Обнаруживший её мужчина совершил звонок в 16:48.

Я осмотрелась по сторонам, нахмурившись. День был солнечный, приближалось окончание учебного года.

— Тут рядом начальная школа, так? — спросила я. — Почему парк не был полон людей? Само собой, многие дети хотели бы зайти сюда после окончания учебы.

— Сегодня день спортивных состязаний, — сказал Боатенг. — Занятия затянулись, — он приподнял руку в перчатке. — И не спрашивайте меня, должны ли мы быть благодарны. Хотя дети не стали жертвами и не были травмированы, это предоставило убийце возможность, которой у него не было бы при других обстоятельствах.

Я стиснула зубы. Патрик Лейси в пятницу. Я в воскресенье. И теперь ещё одна жертва в понедельник. Это начинало ощущаться как ежедневные убийства.

— Могу я её увидеть? — спросила я.

— Следуйте за мной.

Я пригнулась и вошла в палатку. Тут не было удушающего и тошнотворного запаха крови, но я чуяла смерть. Я посмотрела на распростёртое тело женщины, лежавшей лицом вниз с отвёрнутой от меня головой. Один из криминалистов подвинулся, чтобы я могла осмотреть рану на её шее. Я резко втянула вдох. Она определённо походила на рану Лейси, хотя вживую выглядела намного ужаснее, чем на фото. Я опустилась на колени, чтобы присмотреться получше, и отпрянула. Чёрт. Чёрт.

— Что такое? — спросил Боатенг.

— Я её знаю, — прошептала я. Вроде как. Желчь подступила к горлу, и я внезапно испытала головокружение. — Прошлым вечером я говорила с ней у бара в «Птичке и Кустике». Её зовут Джули.

Глава 14

Я некоторое время оставалась в Розлендсе, наблюдая, как Боатенг и его команда проделывают тщательную работу по поиску улик, а также помогая им опросить всех, кто жил неподалёку или пришёл поглазеть.

Может, после смерти Патрика Лейси атмосфера в Барчепеле не изменилась, но теперь она сделалась иной. К одной жертве не должны относиться иначе, чем к другой, но если после убийства Лейси жители Барчепела и бровью не повели, то убийство Джули их сокрушило. Я гадала, разрешат ли детям когда-то вновь играть в том парке.

— Это неправильно, — сказал пожилой мужчина, проживавший поблизости и сейчас качавший головой. — Она была хорошим человеком. Она никому не вредила и всегда заботилась о людях. Она в выходные работала волонтёром в приюте для бездомных в Аплдоре, знаете ли, — он поцокал языком. — Это похоже на случившееся с четой Беллами. Можно подумать, что молния не ударяет дважды в одно место, но вот же.

Женщина примерно того же возраста (видимо, его жена, судя по тому, как она на него смотрела) резко пихнула его локтем под рёбра.

— Это-то за что? — пробормотал он.

Она скользнула взглядом ко мне, затем обратно.

— Я просто говорил… — он взглянул на меня. — О, — выражение его лица сделалось напряжённым. — Ты она. Ты Малышка Эм, — он сделал шаг назад.

Я начинала думать, что моя личность скорее мешает, нежели помогает. Я сохраняла бесстрастное и профессиональное лицо.

— Когда вы в последний раз видели Джули? — спросила я, стараясь удерживать их внимание сосредоточенным на деле.

— Буквально сегодня утром, — сказал он мне. — Она шла на работу в дом престарелых в той стороне. Она улыбнулась мне, помахала, поздоровалась. Готов поспорить, она не думала, что закончит вот так, — он подавил рыдание.

Его жена потрясённо пробормотала что-то в знак согласия и потянулась к моим рукам.

— Ты так похожа на свою мать, — сказала она. — Едва ли удивительно, что ты пошла работать в полицию, учитывая случившееся. Как ты? Мы часто вспоминали тебя в наших мыслях и молитвах.

— Я в порядке, — я выдавила улыбку. — Вы можете рассказать мне, не замечали ли вы в деревне кого-нибудь странного или подозрительного в последнее время?

Её ладони заметались.

— В это время года приезжает и уезжает много людей. У нас много туристов, видишь ли. Некоторые проездом на час или два, некоторые задерживаются подольше. Когда ты жила здесь, всё было так же. Я никогда не любила болтать с туристами, но твоя папа с ними разговаривал. Он был любопытствующим товарищем, вечно о чём-то трещал! Он умер таким молодым. Очень трагично, — она тяжело вздохнула. — Ох, Эмма. Мне так жаль. То, что Сэмюэл Бесвик сделал с твоей семьёй…