Чтение онлайн

Испытывая к ней искреннюю благодарность, Хелена опять накинулась на сестру.

– Шарлотта, что ты здесь делаешь? – Она с сомнением оглянулась на спутниц своей сестры. Кроме Джолли, она знала из них только ближайшую подругу Шарлотты – Маргарет-Сороку Уэлтон. Все вместе они составляли веселую, яркую и живую группу. Очень живую.

– Как – что? Мы пришли полюбоваться на наших лучших спортсменов. Но мы проторчали здесь уже два часа, нам надоело, и мы решили пойти куда-нибудь освежиться. Надеюсь, кое-кто из этих спортсменов последует за нами, n'est се pas? – Шарлотта подмигнула и расхохоталась, увидев, как шокирована старшая сестра. – Гораздо интереснее узнать, милая сестрица, что ты здесь делаешь? – спросила она, беря Хелену под руку. – Признайся, дорогая, ты пришла посмотреть на принца Уайтфраерса? Или твоим сердцем завладел кто-то из его учеников?

– Никто не завладел моим сердцем, – солгала Хелена.

– Какая досада! – Шарлотта нетерпеливо отбросила рыжий локон, упавший на ее лоб. – Люди могут подумать, что у тебя вовсе нет сердца. Конечно, ты никогда не была особенно легкомысленной и всегда заботилась о приличиях, но и чересчур чопорной тебя тоже нельзя было назвать. И ты же всегда отличалась решительностью! Это старая дура Тилпотиха так ужасно повлияла на тебя. Тебе надо как можно быстрее сбежать от нее, а то действительно станешь такой ледышкой, какой тебя все считают.

– Что? – потрясенно переспросила Хелена.

– Черт возьми! Неужели ты не знаешь своего прозвища? Хотя, конечно, это можно понять. Ведь ты же почти не бываешь в свете. В настоящем свете, я имею в виду, а не в обществе этих старых ворчунов, которые собираются у леди Тилпот. – Шарлотта наморщила губы, но в ее глазах плясали веселые чертики. – Да, дорогая сестричка, это правда. Тебя все называют ледышкой, Хеленой Неприступной.

– Боже милостивый!

– Да не пугайся ты так! Я бы даже хотела, чтобы меня считали неприступной. – Она вздохнула, но тут же бросила на Хелену лукавый взгляд: – До тех пор, конечно, пока мне не захочется уступить. Боюсь только, что в такой роли я была бы недостаточно убедительной.

– Шарлотта! – укоризненно воскликнула Хелена. Бесцеремонная прямота Шарлотты всегда приводила ее в смущение, хотя многие считали ее очаровательной детской непосредственностью. Хелена же была уверена, что сестренка произносит вслух то, о чем другие лишь думают, вполне сознательно и зачастую обдуманно.

– Это, наверное, твоя старшая сестра, Шарлотта? – вмешалась в их разговор одна из подруг сестры, молодая женщина, одетая в вызывающе модное платье.

– Да, моя сестра и самая красивая женщина в Лондоне, – с нескрываемой гордостью подтвердила Шарлотта. В этом была вся ее натура. Исключительная сердечность и безусловная преданность сестрам сочеталась с решительным нежеланием позволять им вмешиваться в свою жизнь. – Представь, как бы она выглядела, если бы хорошо одевалась! – добавила она с безжалостной откровенностью.

Молодая женщина рассмеялась:

– Да, ты ничего не преувеличивала, она действительно бесподобна. – Она отвернулась к подругам, явно не ожидая, что Шарлотта представит ее сестре. Хелене оставалось только заключить, что эта модная красавица, скорее всего не принадлежит к числу тех, чье знакомство с Шарлоттой она могла бы одобрить.

– Пойдем же, Лотти! – нетерпеливо воскликнула Маргарет Уэлтон. – Дженни говорит, что граф Сансер пьет сейчас кофе на Бонд-стрит. Ведь ты сказала ему, что будешь там сегодня днем. Если мы не пойдем прямо сейчас ... О! Здравствуйте, мисс Нэш! Не ожидала вас здесь встретить!

– Мисс Уэлтон!

Хелена наклонила голову. Теперь у нее не оставалось надежды, что ее появление здесь останется в тайне. Сорока Уэлтон недаром получила свое прозвище.

Шарлотта заметила досаду сестры и закусила губу, пытаясь не рассмеяться.

– Вот чем плоха безупречная репутация, – прошептала она на ухо Хелене, – любая погрешность сразу же становится заметной. – Она весело оглянулась на подруг и крикнула: – Сейчас иду! – Потом опять повернулась к сестре и нежно чмокнула ее в щеку. – До свидания, дорогая. Желаю удачи. Я всегда считала его неотразимым!

И прежде чем Хелена успела ответить что-нибудь на это возмутительное замечание, Шарлотта вернулась к подругам. Весело чирикая, словно стайка экзотических птичек, они вылетели на улицу.

– Гм! – Одноглазый служитель постарался привлечь внимание Хелены. – В зале уже присутствует несколько дам. И раз уж вас оказалось так много, покорнейше прошу тишины. Не забывать, что фехтовальщикам необходимо сосредоточиться. Извольте следовать за мной.

Хелена и миссис Уайнбергер отправились по длинному коридору вслед за служителем. Мисс Нэш воспользовалась этой минутой, чтобы прошептать на ухо своей благодетельнице:

– Мадам, могу я попросить вас еще об одном одолжении?

– Разумеется.

– Сразу после тренировки я хотела бы расстаться с вами и вернуться домой в одиночестве.

Миссис Уайнбергер задумчиво нахмурилась:

– Это очень неожиданная просьба, мисс Нэш. Не уверена, что мне это нравится, и думаю, очень не понравится леди Тилпот.

– Прошу вас.

– Ну хорошо, – сдалась она. – Вы совсем не похожи на легкомысленную девицу, а мне самой, надо признаться, не раз в жизни приходилось нарушать всякие правила. Но будьте осторожны!

– Спасибо, – прошептала Хелена одними губами, потому что служитель уже распахнул двери и посторонился, пропуская дам вперед.

Они оказались на балконе, окружающем большой бальный зал с голыми стенами, из которого была вынесена почти вся мебель. Комнату заливал солнечный свет, поступающий через высокие окна второго этажа. Единственным напоминанием о первоначальном ее назначении была огромная хрустальная люстра, поблескивающая под потолком. Голый пол был расчерчен жирными параллельными линиями, вдоль которых несколько мужчин, одетых только в обтягивающие панталоны, рубашки и жилеты, нападали, ныряли вперед, отступали и наносили удары воображаемому противнику.

Вдоль дальней стены стояла группа из десятка дам и джентльменов. Подойдя ближе, Хелена сразу же увидела, куда устремлены их взгляды. Посредине зала виконт Демарк фехтовал с Рамзи Манро, а судья напряженно следил за поединком, ожидая первого укола.

Это был совсем не тот Рамзи Манро, который лениво парировал удары своих неуклюжих противников на маскараде в Чипсайде. Сейчас он двигался с уверенностью и грацией танцора, быстро и настороженно, стремительно меняя положение тела и не сводя глаз с соперника.