Чтение онлайн

Дежурный, одетый по всей форме в пуленепробиваемый и непроницаемый для любого излучения костюм, довольно холодно объяснил Эву, что коменданта в данный момент нет, но он, дежурный, в курсе всех дел. Эва давно поджидают, хотя груз для него ещё не готов.

— Сколько ещё ждать? — спросил Эв, думая о том, как он будет бродить по улицам Рима, заходить в храмы и базилики, беседовать с философами и поэтами и пить с ними прохладное фалернское вино.

— День, максимум два, — разочаровал его дежурный. — Комната для вас готова.

Скоро подадут обед.

Эва отвели в высокую сводчатую комнату с единственным узеньким окном, выходящим на глухую стенку. Хотя комната была обставлена роскошной мебелью (судя по всему, из тёсаного камня) и убрана коврами, она больше смахивала на тюрьму, чем на гостиницу. Эв потребовал к себе дежурного. Тот немедленно явился и с невозмутимым видом объяснил, что Эву пока лучше побыть здесь. В городе ужасная антисанитария и разгул преступности. Надёжную охрану его персоны обеспечить невозможно, так как весь городской гарнизон, преторианская гвардия и нумидийские наёмники в настоящий момент оцепили военные объекты и государственные здания.

Ночью в городе были беспорядки, и общая ситуация пока не ясна. Если Эву что-нибудь понадобится, пусть только скажет, — все будет тотчас выполнено.

Тут как раз подали обед. Все блюда, кроме фруктов, были незнакомы Эву. Судя по всему, на их приготовление пошли внутренние органы мелких птиц, какие-то пресмыкающиеся и всевозможные дары моря, часть из которых имела совершенно несъедобный вид.

Эв, успевший убедиться в значительности своей особы, выкинул поднос в коридор и потребовал жареной картошки со свининой, что ему и было подано некоторое время спустя.

После полудня дежурный передал Эву напечатанный типографским способом пригласительный билет. В нем значилось следующее:

Все пробелы в билете не были заполнены. Последние строки зачёркнуты фиолетовыми чернилами и ниже от руки приписано:

Дальше стояла неразборчивая подпись.

Несколько часов спустя Эва, успевшего хорошо выспаться, вновь посадили в закрытые носилки и понесли — сначала по извилистым улочкам, сквозь смрад, жару, крики ослов, плач детей и вопли женщин, а затем по крутой лестнице наверх, навстречу нарастающему шуму огромной толпы.

В небольшой, отделанной изнутри тканью и убранной цветами ложе Эва встретил молодой человек в форме лейтенанта сапёрных войск, но в золотых сандалиях на босу ногу и с венком на голове. Кроме него в ложе находились четыре юные римлянки, завитые и надушённые. Поскольку вечер выдался душноватый, их тонкие белые одежды были распахнуты и почти ничего не скрывали. Эв помимо воли опустил глаза.

— Здравствуйте, — радушно приветствовал его лейтенант. — Садитесь рядом со мной.

Особенно не стесняйтесь. Они дети природы, хоть и аристократки. В их времена условностей было гораздо меньше, а белья не изобрели. Как ваши дела? Можете говорить смело, они нас не понимают.

— Подождите минуточку, — сказал Эв. — Дайте оглядеться. Вряд ли кому-нибудь из моих современников приходилось видеть что-либо подобное.

Переполненные ряды амфитеатра уходили круто вверх. Десятки тысяч разнообразно одетых городских плебеев, солдат, вольноотпущенников, всадников, из тех, кто победнее, евреев, греков, сирийцев заключали пари, играли в кости, свистели, горланили и пили вино. В ложах восседали консулы, преторы, эдилы и сенаторы.

Торговцы едой, орехами, фруктами карабкались по узким ступенькам. Арена, огороженная высокой стеной и посыпанная свежим песком, была метров на десять ниже уровня первого ряда. Прямо напротив Эва в стене виднелось два больших, закрытых решётками прохода. В первых рядах сидело несколько легионеров из городской когорты, вооружённых тяжёлыми копьями. Эв заметил также несколько гранатомётов, лежащих на парапете.

Неожиданно весь амфитеатр разразился рукоплесканиями и приветственными криками.

В императорской ложе появился высокий человек с тупым опухшим лицом, в роскошных пурпурных одеждах. Дюжина мужчин и женщин всех возрастов и цветов кожи сопровождали его.

— Это император? — спросил Эв у коменданта. — Как его зовут?

— Его имя вряд ли вам известно. Да я его и не помню. Он возведён на трон сегодня ночью и вряд ли продержится долго.

Император сел, взмахнул рукой — и одна из решёток медленно поднялась. Два или три десятка людей, подгоняемых сзади остриями копий, вышли на арену. На одних были богатые одежды и остатки доспехов, на других — окровавленные лохмотья…

— Родственники и сторонники свергнутого императора, — пояснил комендант. — Это, так сказать, первая часть представления.

Другая решётка поползла вверх, и из тёмного тоннеля раздались жуткие квакающие звуки. Затем там несколько раз вспыхнуло и погасло пламя. Скрипучее кваканье перешло в низкий глухой рёв. Кто-то огромный пробирался по тоннелю, и сзади его жгли огнём. Публика ахнула, когда наружу показалась чудовищная оскаленная морда, состоявшая, казалось, из огромной зубастой пасти и двух тусклых гадючьих глаз, величиной с арбуз каждое. Раздирая на спине чешуйчатую кожу, хищный динозавр вылез на арену и сразу встал на задние лапы. Его когти взрывали песок, как трехлемеховые плуги, а макушка почти достигала парапета. Раскачиваясь на ходу и волоча за собой хвост, он несколько раз обежал арену по кругу. Добыча была слишком мелка для него, но голод взял своё, и динозавр начал гоняться за людьми, прихлопывая их лапой, как курица прихлопывает червяков. Эв опустил глаза и не поднимал их до тех пор, пока вопли жертв, едва слышные за рёвом толпы, не смолкли. Динозавр снова бегал по кругу, вывалив узкий язык и жадно поглядывая вверх на зрителей. Лишь кровавые пятна на песке показывали те места, где смерть застигла несчастных. Юные римлянки восторженно хлопали в ладоши. Их золотисто-смуглые груди при этом подпрыгивали. Комендант ковырял зубочисткой во рту.

— Загнать его в тоннель уже невозможно, — заметил он. — Скоро начнутся гладиаторские бои. Это гораздо интереснее.

После того как динозавра расстреляли из гранатомётов и, разрубив на части, утащили с арены, из левого тоннеля вышли и построились в шеренгу люди в разнообразном боевом облачении: с маленькими круглыми и большими прямоугольными щитами, с копьями, мечами и дротиками в руках.

— Лучшие гладиаторы из императорской школы, — пояснил комендант. — Но сегодня им придётся нелегко.