Чтение онлайн

Он помнил, что два его ближайших друга намерены в самом ближайшем будущем вступить в брак. Доминик воспылал страстью к красавице Каро Мортон, скрывающей свое лицо под маской, а более практичный Гейбриел, унаследовавший титул графа Уэстборна и ставший опекуном дочерей покойного графа, принял решение предложить руку и сердце одной из трех своих подопечных. Но намерения друзей вовсе не убедили Натаньела в том, что он и сам должен вскоре пойти к алтарю. Более того, он считал своим долгом сохранить саму идею холостяцкой жизни для других своих ровесников, которым также до сих пор удавалось избежать брачных уз.

Элизабет с трудом подавила улыбку при виде неодобрительного выражения лица Натаньела при одном упоминании о его возможной женитьбе. Она поняла, что надежды, которые питала в отношении племянника миссис Уилсон, скорее всего, не оправдаются.

— Милорд, вам и в самом деле лучше вернуться к тетушке и ее гостю! — Она бросила на графа вызывающий взгляд, чувствуя, что в последней схватке вышла победительницей.

Натаньел смерил ее высокомерным взглядом:

— Я привык поступать, как мне вздумается, а не повиноваться желаниям других!

Элизабет невольно улыбнулась и заметила:

— Кто бы мог подумать!

В ответ на ее явное ехидство карие глаза прищурились.

— Вы…

— Осборн, твой чай остынет! — властно перебила его миссис Уилсон.

Элизабет вдруг сообразила, что рискует навлечь на себя гнев своей хозяйки, если немедленно не положит конец разговору с ее племянником. Не удостоив графа более ни единым взглядом, она подошла к миссис Уилсон.

— Лорд Торн просто давал мне советы по поводу безопасных маршрутов для прогулок с Гектором. — Она рассеянно улыбнулась сэру Руфусу Теннанту, который при ее приближении поспешно вскочил на ноги.

— Конечно! — Миссис Уилсон добродушно улыбнулась племяннику, не спеша подошедшему к остальным. — Он такой славный мальчик, всегда заботится о благополучии других…

Элизабет не смогла сдержаться и недоверчиво фыркнула. Увидев, что ее хозяйка сурово сдвинула брови, она притворилась, будто закашлялась. Ее смешила сама мысль о том, что Натаньел Торн — «славный мальчик», который «заботится о благополучии других»; граф казался ей олицетворением высокомерия, и единственной особой, о которой он хоть как-то заботился, помимо себя самого, была, по всей видимости, его тетушка.

— Бетси, надеюсь, вы не простудились. — Миссис Уилсон деликатно поднесла к носу платок.

Краем глаза Элизабет заметила, как красивые, чувственные губы графа расплылись в насмешливой улыбке.

— Нет-нет, я не простудилась, — заверила она пожилую даму. — Возможно, что-то в комнате вызывает у меня аллергию, — добавила она, желая уязвить ухмыляющегося графа. — Прогулка на свежем воздухе мигом исцелит меня!

— Я как раз собирался уходить, — заявил сэр Руфус Теннант, ставя на стол пустую чашку. — Может быть, вы позволите сопроводить вас?

При этом предложении у Элизабет екнуло сердце. Замечания о сэре Руфусе, которые она отпускала в недавнем разговоре с лордом Торном, были вызваны единственно чувством противоречия. Она не испытывала никакого романтического влечения к некрасивому, неуклюжему соседу миссис Уилсон, который к тому же был лет на двадцать старше ее. Она невольно устыдилась, подумав, что леди Элизабет Коупленд не удостоила бы такого скромного кавалера даже взглядом!

— Смею вас заверить, я знаком со здешними краями гораздо лучше Осборна, — высокопарно продолжал сэр Руфус.

Элизабет подумала: он не только некрасив, но и напыщен. На Натаньела она старалась не смотреть, но догадывалась, что сейчас он, скорее всего, неодобрительно хмурится. Наверное, именно поэтому, из духа противоречия, Элизабет и приняла приглашение сэра Руфуса. Впрочем, она по-прежнему не испытывала никакого расположения к этому человеку — ни как Бетси Томпсон, ни как леди Элизабет Коупленд…

Она едва заметно вздохнула:

— Ваше предложение очень любезно, сэр Руфус…

— В самом деле, очень любезно, — тепло сказала миссис Уилсон. — Сэр Руфус, на западной опушке леса по-прежнему цветут колокольчики?

— Да, мадам.

— Бетси, непременно позвольте сэру Руфусу показать вам западную опушку — мы зовем ее «колокольчиковый лес»! — Хозяйка дома мечтательно улыбнулась и добавила: — Гектор всегда обожал резвиться в колокольчиках. — Судя по всему, последнее соображение и решило дело.

Элизабет встала, стараясь не выдавать досады; попустительство миссис Уилсон своему любимцу не знало границ; если Гектору нравилось резвиться в колокольчиках, значит, Элизабет непременно должна была отвести его туда.

Едва заметно покосившись на Натаньела Торна из-под полуопущенных ресниц, чтобы понять, как он отнесся к тетушкиному предложению, она поняла, что ошиблась.

Ужасный, ужасный человек! Он как будто забавлялся, радовался ее замешательству! Натаньел наверняка прекрасно понял, как не хочется Элизабет гулять в обществе сэра Руфуса!

Натаньел стоял, плотно сжав губы, словно пытался подавить улыбку. Однако в его карих глазах плясали веселые огоньки.

— Бетси, я не сомневаюсь, что вам чрезвычайно понравится в «колокольчиковом лесу».

Если бы их не слушали и за ними не наблюдали посторонние, она бы с величайшей радостью высказала ему все, что думает о нем!

— Я тоже не сомневаюсь. — Она повернулась к сэру Руфусу: — Если вы не против немного подождать, сэр, я схожу наверх, за шляпкой.

— Я подожду. — Он сухо, без улыбки кивнул ей.

Элизабет нарочито медленно поднималась по лестнице. По правде говоря, она пока не знала, что и думать о сэре Руфусе Теннанте. Он, конечно, старался быть галантным, хотя это ему плохо удавалось. Судя по всему, ему не терпелось погулять в ее обществе.