Чтение онлайн

— Вы с ума сошли! — в отчаянии прошептал Галаган.

— Ладно, перестаньте валять дурака, — Адам Адамыч зло сверкнул глазами. — Впрочем, я даю вам на размышление десять минут. Можете поверить, больше вам не понадобится. Садитесь! — Адам Адамыч, как тисками, сжал локоть Галагана и заставил его опуститься в кресло. — Советую вам, артист, не сердить меня, — Адам Адамыч хрипло засмеялся, — с любыми спорами я обычно кончаю быстро, — он сделал красноречивый жест.

— Вы шантажируете и запугиваете меня, — запротестовал Галаган.

— Какой артист! — Адам Адамыч покачал головой. — У нас с вами есть несколько минут… Так и быть, я покажу вам один любительский фильм.

Он быстро подошел к окнам и задернул шторы, отчего в комнате стало совсем темно. Что-то зашелестело, зашуршало, в углу вспыхнул свет. Адам Адамыч возился у киноаппарата.

— На белой стене будет отлично видно, — насмешливо заметил он. — Смотрите.

Ужас приковал Яшку Галагана к месту… Он увидел себя в вагоне электрички — это было в тот воскресный день… Потом перед ним прошли эпизоды отдыха и пьянки на берегу канала. Вот он встал и потянул за собой племянника Виктора, они углубились в лес…

— Довольно, прекратите! — простонал он.

— Почему же? — Адам Адамыч глумился над ним. — Вот сейчас вы тащите своего юного родственничка к крутому обрыву, вы заранее съездили сюда и подыскали это местечко… Смотрите же! Вот вы уже на краю обрыва. Вы здорово напоили парня, но он внезапно почувствовал что-то зловещее в вашем поведении, у него пропал хмель, он старается отойти подальше от опасного места… Не вышло у вас. Но вот вы успокоили его. Он хочет отдохнуть, уснул. Черт возьми, вам же надо спешить, того и гляди, кто-нибудь помешает. Смотрите же — что это вы делаете с вашим милым родственничком?.. Ах, вас заинтересовал его ремень с потайными карманами. Та-ак… что это вы оттуда вынимаете? Аккредитивы. Молодец, не растерялись: были ваши — стали наши… Ну а теперь можно и припрятать их, чтобы на следующий день возвратиться сюда и взять. Сейчас я покажу, как вы проделали эту операцию.

— Я уничтожу вас, негодяй! — Галаган вскочил на ноги.

Бурная реакция гостя не произвела никакого впечатления на Адам Адамыча. Невидимый в темноте, он выключил аппарат.

— Дерзости я прощаю вам первый и последний раз, — заговорил он спокойно. — Вы вор и, между нами, довольно подлый вор. И, заметьте, вы покушались на убийство парня. У меня несколько копий этого фильма, и одну из них я в любой момент передам куда следует. Вас посадят, и надолго. Вас сошлют туда, откуда вы вернетесь, если вам посчастливится вернуться, старым, больным, опозоренным, никому не нужным и ничего не имеющим. Сегодня я подарю вам жизнь и свободу при условии беспрекословного повиновения мне. Вам придется подписать обязательство и работать под моим руководством, Артист. Кстати, ваше время истекло: если я сейчас возьму со стола эту бумагу, вы погибли. Не бойтесь, многого я от вас не потребую, вы будете вести прежний образ жизни, получать деньги за каждое выполненное вами задание разведки. Поймите — назад вам хода нет. Пишите.

И Яшка Галаган стал с этой минуты не только вором, но и предателем, врагом родины. Адам Адамыч выследил и перехитрил его. И вот теперь, после встречи со Смитом, Чистяков понял, что для выполнения поручения разведки ему нужен именно такой пройдоха, как Артист. И Яков Борисович отправился на юг.

Однако для «окончательной» операции требовался и второй человек. Как-то под вечер отправился Адам Адамыч со станции Расторгуево в продолжительную «командировку». Жена не удивилась — она привыкла к частым отлучкам мужа, к его якобы активной общественной деятельности. Адам Адамыч всегда говорил чересчур доверчивой женщине, что жить ему осталось не так уж много и что изменять своему долгу, замыкаться в пределах дачного участка он не хочет, что его единственная мечта — отдать всего себя народу. Жена вытирала мокрые от умиления глаза и благоговейно внимала примеру поразительного патриотизма.

В метро и троллейбусе Чистяков пересек всю Москву, на Савеловском вокзале купил билет и в поезде местного сообщения отправился дальше. На одной из станций вышел, пересел в автобус. Сошел на пустынной остановке, по привычке зорко осмотрелся и быстро зашагал в сторону от шоссе. Скоро извилистая тропинка привела его к одинокой, окруженной высоким забором дачке, со всех сторон скрытой деревьями, густым кустарником. Адам Адамыч отпер калитку — здесь он был дома. Именно тут находилось его настоящее логово. Понятно, в этих краях у него была другая фамилия и другое «лицо», о пенсионере И.Г. Битюгове здесь никто никогда не слышал.

Через час он снова покинул дачу. На этот раз он спешил к автобусной остановке. Никто не узнал бы теперь в нем того представительного мужчину, что совсем недавно на этой же остановке вышел из автобуса. Уголовник с большим стажем, он отлично знал цену гриму и давно овладел искусством основательно изменять свою внешность. Сейчас он «играл под старичка», выходца из деревни: мятый и грязный картуз, рубаха навыпуск, подпоясанная стареньким крученым пояском, поношенные яловые сапоги, кургузенький пиджачишко с обтрепанными полами и порванными петлями. Опирался он на гладко отполированную временем толстую суковатую палку. Адам Адамыч направлялся в Краснополянский район.

Было уже довольно поздно, когда он добрался до нужного ему места. Автобус побежал дальше по шоссе, к Москве, а он через заводской поселок направился к парку.

Народу в парке гуляло много. Чистяков не спеша прошелся взад-вперед и скоро очутился у танцплощадки. Под радиолу танцевали вальсы, все было благопристойно. Адам Адамыч расположился поблизости на пенечке. Совсем рядом грудастая баба в деревенском, полном сборок платье, лузгала семечки, вздыхала, зевала. Посмотрела на незнакомого старичка, сплюнула пренебрежительно, проговорила:

— Нет у нас мущинов самостоятельных, скушно.

— И всегда так? — осведомился он.

— Да не… Рази б я стала сюды ходить? Да ни в коем разе!

На танцплощадке как-то по-новому зазвучала музыка, новая пара плавно шла по кругу — ладный парень в военной форме без погон и симпатичная девушка в модном платьице.

— От нечистый дух! — завосхищалась баба парнем. — Ишь как дает! Ну да недолго ему прыгать с ней-то!

Она оказалась права, буквально через несколько минут у входа на танцплощадку послышался шум, кто-то непристойно ругался, кому-то грозил…

— Пришел… — шепнула баба с семечками.

Проследив за ее взглядом, Адам Адамыч увидел худощавого паренька с искаженным злобой лицом, с решительным видом направлявшегося к центру танцплощадки. Девушка, что шла в паре с военным, испуганно бросилась в сторону, все шарахнулись кто куда. Теперь посреди танцплощадки остались только двое, грудь к груди.

— Што, бригадмил, пользуешься своим положением? — тихо, но так, что все слышали, спросил хулиган.

Парень в военной форме смолчал.