Чтение онлайн

Оливия покрутила телефоном в руках, довольно улыбнулась, после чего уверенно открыла крышку сотового и протянула его мне в руки с репликой:

— Надеюсь, этих доказательств тебе будет достаточно?

Я с недоверием взял его из её рук и посмотрел на экран. На записи отчётливо было видно лицо Оливии и мой силуэт. Я заигрывал с ней на банкете по заключению сделки, танцуя и шепча что-то на ухо. По всему моему виду была видна заинтересованность девушкой. Все это я помнил. Далее запись прерывалась и начиналась совершенно другая… мы уже находились в моей комнате, я был изрядно пьян и еле стоял на ногах. Но то, что это был я, у меня не было никаких сомнений. Девушка заливисто рассмеялась и произнесла: «Ты такой милый, когда немного пьян…». Грубо схватив девушку за руку, я швырнул её на кровать и заплетающимся языком потребовал, чтобы она перестала снимать. Видимо, эта игра, вконец распалила моё помутнённое алкоголем сознание, раз я позволил себе наброситься на девушку и в порыве (страсти ли?) рвануть часть её одежды на себя.

Даже несмотря на некачественную съемку, послышался звук разрываемой ткани, и грудь Оливии промелькнула на экране телефона. Девушка истошно завопила в ответ на мою силу. И как по мне, сильно переигрывая. Запись была не спишком долгой, но на ней отчётливо был виден мой силуэт… и всё то, что я делал. «Марк, ты делаешь мне больно. Отпусти! — закричал её голос, немного искажённый динамиком телефона. «Пожалуйста, не надо! Ты пьян! — умоляла она». Но я не внял её просьбам и, даже не потрудившись раздеться и снять брюки, расстегнул ширинку и жестко, одним резким движением вошел в неё… На этом видео прерывалось.

Смотря стеклянным взглядом в телефон, я пытался переварить всю увиденную информацию, а главное, понять, как я мог до такого напиться? Очевидно, что эта короткометражка была неоспоримым доказательством против меня. Девушка приблизилась и аккуратно выхватила из моих рук телефон с репликой:

— Мне это ещё пригодится.

— Ты меня чем-то опоила? — отказываясь верить в то, что это был на самом деле я, всё же решил уточнить кое-какие детали.

— Ну, только если чуть-чуть, — прощебетала она заигрывающим тоном.

— Чего ты хочешь? — девушка самодовольно улыбнулась и, обойдя вокруг меня, остановилась у моей спины, обнимая меня за плечи.

— Тебя, — услышал я тихий шёпот около своего уха.

— Тогда к чему все эти сложности? — услышал я свой жёсткий голос.

— Они необходимы. Мне… — она нежно провела губами по моей шее и прижалась обнаженной грудью к спине. Против собственной воли я почувствовал, как возбудился член, желая эту расчетливую сучку. Но остатки мужского достоинства не позволяли даже и двинуться с места, чтобы прикоснуться к ней и ответить на ласку.

Она грациозно обошла вокруг, покрутила телефоном перед лицом и, положив его на стол, томно проговорила:

— Он мне ещё пригодится, — и, облизав мои губы своим языком, спустилась по шее к груди, прокладывая мокрую дорожку.

Словно голодное животное, она припала к моему соску и втянула его в себя, опуская одну из рук в трусы, поглаживая твёрдый член. Держась из последних сил, я запрещал себе поддаться ласкам, но девушка, будто почувствовав мои колебания, сорвала с моих бедер боксеры, и, встав на колени, начала покрывать член легкими, воздушными поцелуями. Закрыв глаза от наслаждения, я едва подавил в себе стон, когда она взяла его в рот и начала посасывать, лаская языком головку. Она творила невероятные вещи, будто мой член был для неё чем-то наподобие трубочки для сока; её губы втягивали меня и выталкивали обратно, доводя до безумия. После нескольких недолгих минут искусных движений её рта я кончил. при этом ощущая себя невообразимо гнусно. Она, не задумываясь, проглотила сперму и, облизав губы, покрыла мой живот поцелуями. Придя в себя от мощного оргазма, я бы должен был почувствовать облегчение, но ничего кроме отвращения не ощущал. Оливия собиралась меня шантажировать и таким образом держать при себе одной только ей известное время. Такое положение вещей меня никак не устраивало. Даже её искусный рот, который делал невероятные вещи, был никак не плюсом в данной ситуации. Я не собирался в двадцать пять лет оказаться связанным по рукам и ногам какой-то расчетливой дрянью лишь из-за того, что та вовремя подобрала время для съемки своего «занимательного кино».

— Тебе же понравилось? — проворковала она.

— Нет, — ответил я резко. Если она думала, что со мной будет невообразимо хорошо, то она очень ошибалась на этот счёт…

— Не будь таким плохим мальчиком, я ведь могу пойти в полицию… — пригрозила она.

— Ты сумасшедшая, — холодно бросил я.

— Уже вижу заголовки в прессе: «Марк Бретт, сын всемирно известного бизнесмена Фрэнка Бретта, обвиняется в изнасиловании…».

— Достаточно! — прервал я. — Что тебе от меня нужно?

Оливия игриво вздернула бровь и улыбнулась:

— Кажется, я тебе несколькими минутами ранее наглядно продемонстрировала своё желание, — она сделала паузу и приторно сладким голоском продолжила, — или тебе, как маленькому мальчику, нужно всё показывать по нескольку раз?

— Нет, повторять не нужно. Мне пора на работу, — бросил я через плечо, подходя к двери в ванную комнату. На самом деле я не собирался ни на какую работу, мне нужно было время, чтобы осмыслить всю ситуацию, а присутствие Оливии только раздражало, не давая собраться с мыслями.

— Хм… ну и ладно. У меня тоже сегодня кое-какие дела, — она залезла в один из моих шкафов и достала новую выглаженную рубашку. Надев её на себя, она подобрала сумочку и телефон и направилась к выходу, громко закрывая за собой дверь. Я перевёл глаза на пол, где осталось лежать её порванное платье и. закрыв глаза от бессилья, пошёл в душ.

На работе Джон нарочито, как будто предчувствуя мое угнетённое состояние, влетел в мой кабинет с расспросами. Деваться было некуда, и я всё ему рассказал как на духу, не упустив ни малейшей детали.

— Да, влип по самое некуда… — грустно подытожил он общее настроение. — Что будешь делать?

Да! А что я буду делать? Меня самого интересовал ответ на этот вопрос. По ходу, мне ничего не оставалось, кроме как играть в игру, которую придумала Оливия.

Только она не учла одного — играть я буду по своим правилам.

Дальнейшие два года прошли в сплошных мучениях. Оливия меняла образы один за другим. превращаясь из блондинки в брюнетку, если заставала в моей постели темноволосую девушку, и наоборот. Не скрою, порой мне доставляло огромное удовольствие, — видеть, как менялось её лицо, когда я менял девчонок, как перчатки. Но и Оливия знала мои слабые места, к сожалению… И после очередного «загула» она тут же начинала размахивать перед носом той злосчастной видеозаписью и требовала объявить в прессе о нашей помолвке. С тех пор я начал вести себя предельно аккуратно, потому как в моих ближайших планах на будущее не было скорой свадьбы.

По воле злого рока, на одном из вечеров, когда я случайно принял Кейтлин за Оливию, то не на шутку увлёкся красивой и юной девушкой. На моё удивление, Оливия беспрепятственно отошла в сторону или была увлечена своими делами, но как бы там ни было, в итоге я сам бросил Кейтлин. Точнее, избавил её от себя; я не мог попользоваться таким чистым созданием как Кейт и причинить девушке столько боли. В конечном итоге Оливия разрушила бы всё и без моего вмешательства. И в тот момент, как нельзя кстати, на горизонте появился отец с предложением расширить филиал в Лондоне. Я посчитал это знаковым событием и, не раздумывая, уехал, ничего не сообщив Кейтлин; я не мог предстать перед ней с грузом нерешённых проблем в лице Оливии и лучшим выходом из сложившейся ситуации нашёл бегство на родину…