Чтение онлайн

— Вы собирались позвонить мне? — повторила она. — Какие-то проблемы с моими детьми?

Флоренс Уикман откинулась на спинку стула.

— Абсолютно никаких. Но я подумала, вряд ли Вы что-нибудь знаете о Джо, о его... — Она замолчала, будто подыскивая подходящее слово, затем тяжело вздохнула. — Думаю, «проблема» будет самым лучшим словом.

У Марианны упало сердце. Итак, здесь скрывалось нечто большее, чем просто тяга Джо к одиночеству.

— Полагаю, что я здесь именно по этой причине. Произошло два неприятных эпизода, и моя дочь рассказала мне, что многие дети, кажется, недолюбливают Джо. Понимаете, у меня такое чувство, будто мне не хватает информации.

Миссис Уикман взяла со стола папку, открыла ее и вручила Марианне.

— Думаю, Вы все здесь найдете. Когда Джо впервые привели в детский сад, он был самым робким и застенчивым ребенком из всех. Он почти ни с кем не разговаривал — такой был замкнутый. В этом нет ничего необычного, особенно если ребенок единственный в семье. Но по мере того, как Джо подрастал, он не становился более общительным, подобно другим детям. У него никогда не было лучшего друга и, казалось, он никогда и не хотел иметь такого. — Она указала кивком головы на папку. — У него было немало неприятностей, когда он пошел в школу, — продолжала директор. — Практически все учителя отмечают, что ему свойственна чрезмерная мечтательность. Очень часто он сидит, поглядывая в окно, как будто видит что-то, недоступное взору других. — Она замолчала, затем заговорила вновь. — И были драки.

— Драки? — эхом отозвалась Марианна.

— Драки не жестокие, — откликнулась директор школы, она нахмурила брови и между ними пролегла задумчивая морщинка. — Но очень странные. Когда он был в пятом, может быть, в шестом классе, это считалось самым плохим поступком, и дети старались никогда не затевать драк. Они расценивались как хулиганство отбившихся от рук учеников. А те, с которыми он дрался, всегда были старше и крупнее Джо. — Миссис Уикман вновь смолкла, затем, казалось, решила продолжить. — Меня всегда интересовало, не могло ли это иметь какого-нибудь отношения к Теду.

— К Теду? — переспросила Марианна, окончательно сбитая с толку. — Каким образом это могло быть связано с Тедом?

Миссис Уикман протянула руки, пытаясь жестом успокоить Марианну.

— Я и не говорю, что было. Но я всегда задавала себе вопрос: тот факт, что Джо постоянно дрался с более старшими по возрасту и более крупными детьми, мог быть как-то связан со стремлением Джо таким образом восстать против своего отца.

— Я не могу поверить...

— Опять же, миссис Карпентер, я не говорю, что мне все ясно. Но если Тед слишком ратовал за дисциплину, мое предположение не лишено смысла, не так ли? Каким еще образом Джо мог почувствовать, что способен одержать победу над своим отцом, если не в драке с кем-то старше себя, и более сильным? Попытаться победить для того, чтобы самоутвердиться?

У Марианны начали сдавать нервы. Опять этот намек на то, что у Теда и Джо были серьезные проблемы.

— Вы утверждаете, что Тед, как отец, был очень строгий? — спросила она, прилагая все силы к тому, чтобы голос звучал безразлично.

— Мне вообще не хотелось бы утверждать что-то, — поспешно заверила ее Флоренс Уикман. — Я просто ищу объяснение его поступкам. Во всяком случае, — продолжала она, вновь усаживаясь на свой стул, — за последний год, или что-то около этого, положение несколько улучшилось. Мы посоветовались немного насчет Джо...

— Посоветовались? — перебила Марианна. — Неужели дела обстояли так плохо?

— Боюсь, что да, хотя и совсем недолго. Год или два Одри была чрезмерно обеспокоена Джо. И хотя с недавних пор он изменился, я не могу не думать о том, что потеря родителей может обернуться регрессом в его поведении. И мне пришло в голову, что Вы, скорее всего, абсолютно ничего не знаете обо всем этом. — Она улыбнулась. — Вы знаете, как говорят: кто предостережен, тот вооружен. И мне казалось, что будет лучше, если я переговорю с Вами.

— Понимаю. — Марианна немного расслабилась. — Но Вы говорите, дела обстоят лучше?

— Гораздо лучше, — заверила Флоренс Уикман. — Думаю, что появление в доме еще двух детей очень поможет ему. — Она бросила взгляд на часы. — Надеюсь, что все это не слишком расстроило Вас, но я чувствовала, что Вам необходимо быть в курсе дела. И если я хоть чем-то могу помочь Вам... — Она не договорила, и слова повисли в воздухе.

Марианна поднялась со стула.

— Благодарю Вас, — машинально произнесла она, все еще пытаясь осмыслить полученные от директора сведения.

Когда она вышла из кабинета, раздался звонок на перемену, и широкий коридор начал быстро заполняться детьми, выходящими из классов. Осторожно пробираясь между ними, Марианна не заметила Джо, стоявшего в конце коридора.

Стоявшего безмолвно и не сводившего с нее глаз.

Она говорила с миссис Уикман о нем.

Она следила за ним...

Рик Мартин с отвращением смотрел на отчет, поступивший из лаборатории в Бойсе.

— Что это, черт возьми, такое? — риторически вопрошал он.

Тони Молено, единственный, кто еще находился в конторе, состоящей из двух кабинетов, расположенных на втором этаже здания пожарной охраны, выглянул из-за вороха бумаг, над которыми сейчас трудился, расследуя кражу тенниски с бельевой веревки у Франсины Шильдхаузер.

— Извращенец! — заявила ему Франсина. — У нас в городе действует извращенец. Дети не могут чувствовать себя в безопасности!

Не видя смысла в споре с ней, Тони покорно записал ее показания и сейчас заполнял многочисленные бланки, как того требовали правила ведения дел в отделении шерифа.

— О чем ты? — спросил он, радуясь, что может отвлечься.

— Об этом! — возмущался Мартин, перебросив отчет напарнику. — Ты можешь этому поверить?

Молено быстро пробежал глазами документ — анализ мельчайших частичек вещества, извлеченного из палатки и спальных мешков в лагере у Волчьего ручья, а также из тела Глена Фостера.

— "Шерсть неопознанного животного"? — прочитал Молено, брови его выгнулись дугой. — Что они имеют в виду, «неопознанного»? Их работа, черт возьми, в том и заключается, чтобы установить принадлежность подобного материала!