Чтение онлайн

Таким образом, белорусская победа способствовала нашим дальнейшим успехам в Прибалтике, Польше и на Балканах.

В докладе 6 ноября 1944 года товарищ Сталин сказал:

2. Наступление Красной Армии в Белоруссии представляет собой операцию стратегического значения и большого размаха, осуществленную в тесном взаимодействии четырех фронтов под руководством Верховного Главнокомандования. Как показывает опыт войны, главным организатором операции подобного масштаба являлась Ставка, а фронты вели свои операции в рамках общего оперативно-стратегического замысла, развивая наступление на одном или двух основных операционных направлениях.

Длина линии фронта в исходном положении (от озера Нещердо до реки Припять) составляла около 600 км. На этом протяжении, согласно оперативному замыслу, наносилось почти одновременно шесть мощных ударов, которые имели целью прорвать оборону врага, расколоть его фронт на отдельные, не связанные между собой куски, окружить немецкие войска и уничтожить их по частям.

Белорусская операция характерна высокими темпами ее проведения (в среднем за три недели по 20 км и более в сутки) и быстрым развертыванием крупных событий. В ряде случаев запланированные темпы были значительно перевыполнены, примером чего являются действия войск 3-го Белорусского фронта, которые вышли на березинский рубеж за три дня до намеченного срока, а также овладение войсками этого фронта городом Минск ранее срока. Подобные примеры имеют место и в действиях других фронтов. Таким образом, это одна из наиболее маневренных операций Великой Отечественной войны, в которой сила ударов и темпы наступления нарастали в ходе продвижения войск.

23 июня войска Красной Армии занимали исходные позиции восточнее Днепра (между Оршей и Быховым), а 15 июля они находились уже на Немане (между Каунасом и Гродно), а частью сил и за Неманом.

В рамках этой большой операции можно отметить целую серию меньших, вполне законченных операций фронтового и армейского масштаба (Витебская, Бобруйская, Полоцкая и др.), которые последовательно развивались и перерастали в следующие без заметных пауз.

Глубина операций (армейских, фронтовых) зависела от общего замысла операции, от задачи данной армии (фронта), а также от того, насколько удалось осуществить намеченный замысел. Так, глубина операции 39-й армии под Витебском составила всего 30–50 км, а 65-й армии под Бобруйском — 70–90 км. Глубина первых операций 5-й и 11-й гвардейской армий доходила до 140–160 км. Глубина фронтовой операции 3-го и 2-го Белорусских фронтов до Минска составила 250–500 км.

Взаимодействие фронтов осуществлялось по-разному, в зависимости от задач и особенностей обстановки. Так, на первом этапе мы видим согласованные удары четырех фронтов по прорыву неприятельской обороны и разгрому противостоящих сил врага на огромном шестисоткилометровом фронте, и вместе с тем наиболее тесное взаимодействие (оперативное, а в отдельные моменты даже тактическое) войск 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов по окружению и уничтожению витебской группировки немцев.

На втором этапе исключительно четко осуществлялось оперативное взаимодействие трех фронтов (3-го, 2-го и 1-го Белорусских) путем концентрического наступления на минском направлении в целях окружения и разгрома минской группировки немцев.

Наконец, на третьем этапе, при преследовании остатков разбитого противника, взаимодействие носило более широкий характер: фронты, решая самостоятельные задачи на своих направлениях и в своих полосах действий, вместе с тем оперативно содействовали друг другу в достижении общей цели.

3. Работа командования в Белорусской операции была исключительно сложной и ответственной. В ходе наступления Верховное Главнокомандование твердо и искусно руководило напряженной борьбой огромного масштаба и размаха в условиях быстрого изменения обстановки и добилось блестящих успехов при разгроме трех армий врага.

Выбор направлений для главных ударов, организация наступления четырех взаимодействующих фронтов, своевременное сосредоточение и использование оперативных и стратегических резервов, наращивание сил из глубины в ходе операции, разгром врага и неотступное преследование на сотни километров его разбитых частей и соединений являются замечательными образцами советского военного искусства.

Представители Ставки Верховного Главнокомандования маршалы Советского Союза Г. К. Жуков и А. М. Василевский руководили на местах операциями фронтов, объединяли и направляли их действия для наилучшего осуществления плана Верховного Главнокомандования по разгрому немцев в Белоруссии. В этой ответственной и сложной работе, давшей столь блестящие результаты, они еще раз проявили свой военный талант выдающихся полководцев сталинской школы.

Работа командующих фронтами (1-го Прибалтийского — генерала Баграмяна, 3-го Белорусского — генерала Черняховского, 2-го Белорусского — генерала Захарова и 1-го Белорусского — маршала Рокоссовского), а также многих командующих армиями ярко свидетельствует о высоком уровне оперативного искусства нашего высшего командования.

Войска Красной Армии в боях за Белоруссию показали возросшее воинское мастерство, большое мужество и редкую выносливость. Сражаясь зачастую в трудных условиях лесисто-болотистой местности и в сложной боевой обстановке, совершая длительные форсированные марши с преодолением речных преград и смелые маневры, наши воины оказались на высоте стоявших перед ними задач.

В свете блестящих побед Красной Армии, достигнутых на полях Белоруссии, стала особенно наглядна порочность немецко-фашистского стратегического и оперативного руководства.

Переходя к оценке действий немецкого командования, следует с самого начала указать на уже отмеченный ранее крупный просчет, допущенный гитлеровцами в оценке общего стратегического положения на Востоке и сил Красной Армии. Немецкое высшее командование считало возможным отразить наступление советских войск в Белоруссии наличными силами Центральной группы армии, в пределах главной полосы обороны, не допустив оперативного прорыва и его развития.

Между тем оперативных резервов у немцев в Белоруссии было недостаточно, и прорыв тактической обороны на широком фронте грозил им катастрофой.

Интересно напомнить, что из 22 танковых дивизий, которые немцы имели на Восточном фронте, к началу операции 20 находились к югу от реки Припять и только две — к северу от нее.

Когда прорыв был совершен и образовалась широкая брешь, немецкое командование стало лихорадочно снимать и перебрасывать дивизии с других направлений. Однако ввиду больших размеров понесенного поражения, а также стремительности наступления советских войск немцам приходилось перебрасываемые силы вводить в бой по частям, с ходу, без необходимой подготовки. Поэтому они быстро уничтожались в огне сражений, не будучи в состоянии выполнить поставленные перед ними задачи и задержать наше наступление.