Операция 'снег'
Шрифт:
Я на ощупь натянул ласты, стараясь не упустить глазами то место, где последний раз мелькнула голова мальчика, и, торопливо сделав несколько глубоких вдохов, поднырнул под пенный гребень очередного вала.
Мне повезло: на четвертом или пятом заходе я задел мальчишку за руку. Он уже обессилел, обмяк и наглотался воды.
Делать ему искусственное дыхание не пришлось. Он быстро пришел в себя, но долго еще морщился и откашливался, сплевывая горькую морскую воду.
Потом, натягивая рубашку, он взглянул на меня откуда-то из-за подмышки своим круглым совиным глазком и сказал:
– А все-таки я немножко совсем не доплыл... Самую чуть-чуть!
– Чуть-чуть...
– вскипев, передразнил я его.
– Не утонул ты
чуть-чуть, заморыш несчастный! Он не обиделся и только глубоко вздохнул, невольно проведя рукой по ребрышкам, неожиданно гулким, как ксилофон. А потом спросил вдруг:
– А завтра вы здесь будете?
– А тебе зачем?
– не слишком вежливо буркнул я.
– Я опять поплыву!
– горячо выпалил мальчишка.
– Понимаете? Я же должен доплыть! Обязательно должен! Ну, а в случае чего... Вы меня опять спасете... Ладно?
Я просто-напросто опешил от такого-нахальства. Да что я ему - общество спасения на водах, что ли?! Несколько мгновений я вглядывался в его серьезное очкастое лицо, раздумывая - не дать ли ему хорошенько... В воспитательных целях... Но... было что-то такое в выражении его глаз, что совершенно неожиданно для себя самого я ляпнул:
– Ладно... приходи, там посмотрим...
И все мальчишки, столпившиеся вокруг нас, радостно загоготали. А Санька Свищ смачно хлопнул его по плечу и добавил:
– И чего смотреть? Поплывем вместе - и кранты! Что мы - не люди, что ли?
Бычок радостно подпрыгнул, подтянул трусики, резинка которых звонко щелкнула его по животу, - и я вдруг понял, что это очень симпатичный мальчишка. И еще я твердо понял одно: этот непременно доплывет. Не завтра, так послезавтра...
ЗЕЛЕНАЯ СПОРТИВНАЯ СУМКА
Наконец-то зазвенел долгожданный звонок.
Двое пятиклассников из неполной средней школы Красноградского района, два школьных друга - Гриша Табачников и Севка Зайцев торопливо, боясь потерять лишнюю минуту свободы, выскочили из школы. Домой они всегда шли вместе, тем более обоим было по дороге.
– Эх, наконец-то вырвались!
– завопил Зайцев и изо всей силы огрел друга портфелем по спине.
– Ну, Зайцев, погоди!
– привычной шуткой отозвался тот и с завыванием кинулся за приятелем в междомовый проезд...
Разбрызгивая кроссовками лужи, они с упоением гонялись друг за дружкой вокруг детского садика, где гомонили, словно весенние воробьи, веселые и деловитые дошколята с совками и ведерками, все как один толстенькие и неуклюжие в своих теплых одежках. Они завистливо взглядывали на буйствующих, в расстегнутых куртках, школьников...
Нет, что ни говорите, а весна - лучшее время года! Припекает солнце, на носах у девчонок заметно прибавляется веснушек, дымится, высыхая, асфальт, на котором вместо утоптанного снежного панциря остаются симпатичные акварельные лужицы, а грязные мутные городские ручьи несут свою пузырчатую пену и с журчанием проваливаются в ближайшие люки. Впереди - вот они, рукой подать!
– лето, каникулы, пионерские лагеря... Одно слово - сво-бо-да!
– Ха! Смотри!
– ткнул пальцем в землю Гриша.
– Сумка...
– Подумаешь, сумка!
– не останавливаясь, на ходу кинул Севка.
– Кто-то на помоечку нес, да не донес, по дороге кинул. Сейчас мы ее...
И он с разгону, хорошим полновесным ударом классного форварда сильно наподдал сумку, словно это был футбольный мяч.
– Ой-е-ей!
– невольно присел он, скривившись, и схватился за ногу.
– В ней что-то лежит... Тяжеленное! Сумка от Севкиного удара все же
отлетела метра на два и теперь лежала под кустом, на сером ноздреватом снегу, зацепившись ремнем с блестящей металлической пряжкой за голую черную ветку. Друзья, увязая по колени в зернистой, мокрой снежной каше, достали сумку, поставили ее на асфальт и подозрительно оглядели со всех сторон. На вид сумка как сумка: зеленая спортивная сумка из кожзаменителя, с молнией и олимпийской эмблемой.
– А что там внутри может быть, как ты думаешь?
– с любопытством спросил Гриша.
– Да барахло всякое... Железяки ненужные. Кусок мясорубки... Я же говорил - на помойку несли. Помойная сумка, хе-хе-хе!
– Новая больно...
– с сомнением покачал головой Гриша.
– Зачем такую новую выбрасывать?
– Зачем, зачем...
– недовольно пробормотал Севка.
– Купили новую, "Рекорд" там или "Адидас"... Фирму! А эту выбросили. Плевали мы на эту сумку!
– Давай посмотрим...
– нерешительно предложил Гриша.
– Ну давай...
– не слишком охотно согласился Севка Зайцев и затрещал молнией. Сумка раскрылась. Самым удивительным в ней оказалось то, чего никак не могли, прямо-таки не ожидали увидеть ребята: сумка была набита нормальными школьными учебниками!
– Ой, не могу!
– заплясал вокруг сумки Севка.
– Учебнички-лечебнички!
– Кто-то забыл...
– предположил Гриша.
– Должно быть, играли...
– А вот сейчас проверим... Тоже мне забываки-задаваки...
– хмуро сказал Севка. Он и в школе всегда любил всех передразнивать, играя часто совершенно нелепыми словами в рифму.
– Ага! Дневничок... Ученика шестого класса школы номер... Во! Владимир Брянцев!
– Это же рядом!
– обрадовался Гриша.
– Специализированная школа с математическим уклоном. Может, в школу отнесем?
– Еще чего?
– буркнул Севка.
– Он будет забывать, а ты будешь относить? В нашей стране слуг нету!
Он вытащил тетрадку по математике и стал ее листать, сначала медленно и лениво, потом все быстрее и быстрее. Потом вытянул из сумки вторую тетрадь, третью... Он явно хотел в чем-то убедиться.
Гриша ждал.
– Ишь ты...
– хмыкнул Зайцев.
– Одни пятерки... Надо же! Везет людям! И по физике, и по математике. Вот гад! Отличничек-горчичничек! А мы вот сейчас... твою тетрадочку с пятерочками...
– и он рванул тетрадку так, что она неровно, наискось, разорвалась пополам.