Чтение онлайн

– Он прав, – проговорил барон Эстерхэйзи. – Другого варианта попросту нет.

Граф Лэддери наконец раскурил сигару и сказал из-за клубов синего дыма:

– Полагаю, теперь нет необходимоети держаться всем вместе. Ведь покинуть замок – равносильно признанию в преступлении. Никто из нас не сделает этого… А убийца – в последнюю очередь.

– На правах полицейского следователя, – произнес Уэстбери жестко, – я прошу всех воздержаться от употребления слов «убийство» и «убийца», пока это не будет подтверждено или опровергнуто.

– Принято, – кивнул Эстерхэйзи.

– Тогда я приступаю. – Уэстбери выпрямился во весь рост и оглядел присутствующих. – Не думаю, что мне понадобится много времени, господа.

Корин сидел в своей комнате один.

Перед ним на столе лежала распечатанная пачка сигарет и высилась наполовину опустошенная бутылка содовой. Шторы прикрывали окна от прямых лучей яркого солнца, в неподвижном воздухе плыл табачный дым.

Проблема, которую решал Корин, была такова. Следует ли ему позвонить в Лэнгли, Коллинзу? Телефон в замке есть, и он работает. Прежде пользоваться им рекомендовалось, лишь предварительно известив Эммета Уинвуда. Теперь Уинвуда нет… Но звонок в Лэнгли был бы не только признаком паники. Он означал бы, что Корин капитулирует, не выполнив задания. Его отправили в Везенхалле, чтобы собирать информацию и по мере сил противодействовать сговору финансистов… А именно сейчас, когда ситуация обострилась до предела, открываются новые возможности, и если их использовать с толком…

О найденном письме и о том, кто и почему убил Уинвуда, Корин вообще не думал – он не привык гадать на кофейной гуще. Для всего есть свой срок, и этот срок придет.

Корин взял бутылку содовой, вылил в стакан, глядя, как бурлит и опадает шапка шипучей пены. Потом потянулся за сигаретой… Рука его замерла в воздухе, –он напряг слух. Шаги за дверью. Осторожные, подкрадывающиеся. Кто-то приближался к комнате и явно не желал быть услышанным.

Корин поднялся со стула, шагнул к внутренней двери, отделявшей его комнату от незанятой далекой спальни. Приоткрыв эту дверь, он встал за ней так, чтобы видеть вход и самому оставаться невидимым хотя бы первые две-три секунды.

Дверь из коридора плавно, бесшумно отворилась. В комнате появился Джон Уэстбери. Сам факт его прихода выглядел вполне объяснимо – в рамках расследования он обязан побеседовать с каждым. Малообъяснимым были три других факта. Первое: почему он крался?

Второе: почему он не постучал? И наконец, третье и самое забавное, усмехнулся про себя Корин. Почему в его руке снятый с предохранителя, изготовленный к стрельбе пистолет?

Корин рассудил, что прежде чем задать Уэстбери этот очевидный вопрос, следует как минимум поставить собеседников в равные условия, а то некоторые любят сначала стрелять, а потом уж разговаривать – и Корин знал это по опыту.

Уэстбери увидал Корина лишь тогда, когда тот выбросил вперед ногу в прыжке из-за двери. Страшный удар ботинком по запястью, и пистолет отлетел далеко в сторону.

К чести Уэстбери надо сказать, что пропущенный им удар был первым и последним. Он со скоростью отлаженного механизма получил мощный левый хук, отбросивший его к стене, а далее была проведена отличная профессиональная серия в корпус и в голову. На полсекунды Корин оказался в нокдауне, и вот тут Уэстбери допустил ошибку. Вместо того чтобы воспользоваться преимуществом и отправить противника в нокаут, он повернулся и наклонился за пистолетом. Корин прыгнул ему на спину, но последствия нокдауна помешали правильно рассчитать прыжок. Приемом Уэстбери перебросил Корина через себя, тот кубарем покатился в угол, вскочил, но было уже поздно: с расстояния полутора метров в его грудь уставился ствол пистолета.

– Не двигаться, Торникрофт! – крикнул Уэстбери, задыхаясь. – На стул!

Корин осторожно сел, ощупал разбитую правую половину лица. Ладно, починим; главное, что Уэстбери не выстрелил сразу, а следовательно, пришел не убивать.

– Черт, какой вы беспокойный, – проговорил Уэстбери более миролюбивым тоном.

– Поневоле забеспокоишься, когда к тебе в гости являются с пистолетом, – парировал Корин. – Ну, зачем эти театральные эффекты, Джон?

Уэстбери ногой подвинул к себе кресло, сел, не сводя с Корина пистолетного ствола.

– Сейчас объясню, но учтите: одно движение, и…

– Да будет вам, – отмахнулся Корин. – Говорите.

Уэстбери немного подумал, принял более удобную, расслабленную позу, не забывая держать Корина под прицелом.

– Чтобы вы поняли, расскажу сначала, кто я такой. Мое имя… Впрочем, это не имеет значения. Я сотрудник британской разведки…

Корин присвистнул. Кажется, Уэстбери истолковал это неправильно, потому что на его лице промелькнуло торжество.

– Мое задание здесь, – продолжал он, – присматривать за лордом Фитуроем, кое-какие аспекты его деятельности давно не дают нам покоя… Мы получили информацию и о других участниках встречи в Везенхалле. Не исчерпывающую, нет!

Но вполне достаточную для того, чтобы утверждать: ни один из них не связан с русскими разведывательными ведомствами. Исключение – вы, темная лошадка.

Поэтому, прочитав письмо Уинвуда, нетрудно было сообразить: либо вы и есть Корин, либо работаете на него.

Корин совершенно спокойно посмотрел в глаза Уэстбери и с покаянным видом наклонил голову.

– Вы правы, поздравляю. Сергей Корин – так меня зовут.

Уэстбери выглядел сбитым с толку.

Видимо, он никак не ожидал столь быстрой и безоговорочной победы.

– Гм… И то, что говорится о вас в письме, – правда?

– Чистейшая правда, кроме одной мелочи. Я не работаю на русские спецслужбы.

– Тогда зачем вы убили Уинвуда?! – воскликнул Уэстбери. – Из одного страха быть заподозренным в шпионаже?!

– Я не убивал Уинвуда, – пожал плечами Корин.

– Но письмо…

– Фальшивка. Оно у вас с собой?

– Да.

– Дайте сюда.

Уэстбери достал письмо из кармана и перебросил Корину, не вставая и не приближаясь. Корин не спешил разворачивать документ.

– Интересно, в каком подразделении британских спецслужб вы работаете, – задумчиво произнес он. – МИ-5? МИ-6?

«Интеллидженс сервис»? Как бы то ни было, у вас там довольно приблизительные представления о рангах в ЦРУ. Позвольте, я прочту вам маленькую лекцию под названием «Служебная лестница ЦРУ сверху вниз». Первое лицо – директор.

Второе – генерал Джеймс Стюарт, потом начальники отделов. Формально они все равны, но фактически начальник отдела координации и планирования, то есть Эммет Уинвуд – третий человек в ЦРУ.