Чтение онлайн

Прапор бросился выполнять приказ. Иван оглянулся на город — теперь зарево над Черным кварталом было видно хорошо, клубы огня горящей бензоколонки четко выделялись на фоне черного дыма.

Администратор застонал, завозился на асфальте. Иван двинул его носком ботинка в бок и пошел к зданию.

Сине-красный туристический автобус двинулся к дому. Прапор и четверо бойцов побежали вперед, чтобы открыть дверь.

— Мерзавец… — простонал Старший Администратор.

— Тебе нужны души, — ответил Иван, — а мне — спасти людей. Хотя бы детей. Если мне за это нужно будет ответить — отвечу.

Первый выстрел разнес стеклянную дверь. Иван даже подумал, что это кто-то из его парней поспешил, но второй выстрел изнутри здания швырнул прапора на бетонные ступеньки.

Следующий выстрел, на этот раз из окна второго этажа, пришелся в лобовое стекло автобуса. Сине-красную тушу повело в сторону, хрустнуло дерево, затрещало, ломаясь, и автобус остановился.

Автомат одного из бойцов перечеркнул очередью дверь, крест-накрест. Пролетели осколки стекла, кто-то пронзительно закричал.

Снова грохнуло, на этот раз никого на улице не зацепив.

Иван прыгнул вперед, к зданию, прижался спиной к стене и осмотрелся. Прапорщик не шевелился, лица, считай, не было, стреляли картечью или крупной дробью. Нога в высоком ботинке подергивалась.

Бойцы сидели под стенами, держа автоматы стволами вверх.

В общем, можно уезжать, подумал Иван. Форс-мажор — это обстоятельство непреодолимой силы. Тут силу, наверное, можно преодолеть, но это будет стоить крови. Ближайший к Ивану боец полез за светошумовой гранатой.

— Я тебе эту штуку сейчас в жопу засуну, — предупредил Иван и крикнул: — Не стрелять!

— Я же… вам говорил… — Старший Администратор все-таки встал.

Левая половина лица у него быстро багровела и напухала. Из угла рта протянулась темно-красная струйка. На черной рубашке кровь была почти незаметна.

— Оставьте нас… Вы не можете выполнить приказ — убирайтесь. Иначе еще кто-то из ваших погибнет. Или вам придется убивать, — Старший Администратор, покачиваясь, подошел к Ивану, наклонился, опершись руками о колени.

Капля крови упала на асфальт.

— Вы можете гоняться за журавлем в небе и пытаться спасти женщин и детей. А можете получить синицу в руку — уехать живым и не заставлять своих людей делать выбор, — лицо Старшего Администратора больше не было конопатой физиономией двадцатилетнего мальчишки, теперь Иван видел фанатика, уверенного в своей правоте и готового ради этой своей правоты пойти на любые муки. — Вы уже потеряли двоих, капитан… Ради чего? И ради кого?

Из здания выбежали двое в черных рубашках, подхватили Старшего Администратора под руки и повели внутрь.

— Уезжайте! — сказал Администратор и указал пальцем в сторону города. — Уже идут. И да сбудется обещание Его!

Иван посмотрел — от города двигалась толпа. Еще трудно было разобрать каждого отдельного человека, но дымы сотен факелов над головами погромщиков видны были четко.

— Все ко мне, — скомандовал Иван, поднимаясь с асфальта. — К автобусам.

Бойцы собрались.

Иван обвел взглядом лица парней — он только позавчера принял командование взводом, некоторых даже не знал по имени. Думал, скоро со всеми познакомится. Не получилось.

— У меня приказ — не допустить убийств, — сказал Иван, с трудом подавляя желание оглянуться на тело прапорщика. — И его никто не отменял. Но я не могу приказывать вам… Не могу приказывать умирать, особенно при подобных обстоятельствах.

Все-таки не смог удержаться, оглянулся. Над телом прапорщика кружились две мухи.

— Дело добровольное. Кто не может… или не хочет оставаться здесь — забирайте тела и уезжайте. Семья, убеждения, страх, нежелание мараться или рисковать из-за тварей неблагодарных — я даже спрашивать не буду. У вас на все — минуты три, не больше.

Иван резко повернулся, снимая с плеча автомат, передернул затвор и, не оглядываясь, пошел навстречу толпе.

Прошло несколько секунд, за спиной взревел двигатель.

Это хорошо. Он не собирался тянуть за собой кого-то еще. Он и сам не собирался умирать, но этот долбаный пацан, брат Старший Администратор, своими птицами его достал. Сопляк совсем, а поди ж ты… Хорошо натаскивают паразитов в Службе Спасения. Очень хорошо.

Стали видны лица.

Обычные человеческие лица. Возбужденные, сосредоточенные, даже веселые. Оно и понятно — не каждый день выдается возможность почувствовать себя частью чего-то большого, невероятно сильного. Толпа привлекает именно этим — ощущением силы. Такой силы, что, почувствовав ее один раз, не сможешь забыть никогда. Даже если ты потом будешь жалеть о содеянном этой толпой, ты все равно будешь помнить тот душевный подъем, то клокотание, что распирало твою грудь.

Иван помнил это ощущение. Однажды он тоже шел вот так по улице, видел, что поперек дороги стоят человеческие фигурки, но какими маленькими показались ему тогда эти представители Силы Закона. Крохотными и нелепыми.

Потом было ни с чем не сравнимое возбуждение, он кричал, бежал вместе со всеми, что-то ломал, топтал… а потом, когда он остался один и увидел, наконец, что было содеяно, пришли стыд и отчаяние из-за невозможности хоть что-то изменить…

Но память о той силе — осталась.

Каким же мелким и нелепым выглядит сейчас капитан Александров в глазах толпы?

Ветер прижимает черный дым от факелов к головам людей. Треплет хоругвь с темным печальным ликом. В первом ряду несут иконы.

Иван стиснул зубы и остановился. Спешить некуда. Минутой раньше, минутой позже. Лучше позже.

Иван расстегнул кобуру, передвинул ее вперед. Нелепое движение, он не успеет выхватить пистолет. Он даже расстрелять магазин из автомата не успеет… если начнет стрелять.

Это люди. Люди одной с ним веры. А там, сзади, твари, предавшие Бога. Малюющие на стенах «Дьявол не врет», расклеивающие листовки на церквях, совращающие слабых духом, предлагающие торговлю, договор с преисподней.