Чтение онлайн

– Да… я тебя тоже…

Венеция положила трубку и откинулась на подушки, глядя в потолок. О, Боже, что же ей делать? В ее мыслях был только Фитц, ее тело помнило тепло его тела, когда они танцевали, тесно прижавшись друг к другу, ее губы помнили вкус его поцелуя, и, когда позвонил Морган, ей снилось, как они любят друг друга. Она знала, что любит Моргана, но – по-другому. Но она тоже знала, что совершенно неожиданно страстно и всем сердцем она полюбила его отца. Возможно, сегодня вечером, подумала она с улыбкой, возможно, сегодня вечером они опять пойдут в какой-нибудь ресторан и будут при свечах смотреть в глаза друг другу и будут еще танцевать. Вдруг она вспомнила о Раймунде. Ну, конечно же! Больше не будет никаких ресторанов со свечами. Фитц был с Раймундой. А она была с Морганом.

В самом мрачном настроении она пошла в ванную и включила душ. Стоя под тугими струями, не боясь намочить волосы, она думала, что можно сделать с Раймундой. И пришла к выводу, что этим должна заниматься не она. Если Фитц захочет отделаться от нее, он это и сделает. Ей остается лишь ждать.

Боб Ронсон – отличный мужик, подумал Фитц, кладя трубку на рычаг. На него всегда можно положиться, он все сделает, что бы его ни попросили, даже если просьба и не вполне обычная. Но с Ронсоном хорошо иметь дело, когда он выступает на твоей стороне, если же против – он становится жестким и расчетливым. Ронсон не допускал, чтобы хоть что-то мешало его продвижению по лестнице успеха. А это было как раз то, что нужно для большой компании – в корпорации МакБейна он также успешно продвигался вверх, и они знали, что ему всегда можно поручить самую неблагодарную работу. Ронсон обещал, что через неделю вернется и привезет все данные по делу Хавен, которые ему удастся добыть – он сказал, что до него доходили кое-какие слухи на этот счет, а кроме того, он знал, что многие с подозрением относятся к Кауфману и Рабину. Короче говоря, он все узнает.

Это будет только справедливо, подумал Фитц. Он сделает все, что в его силах, чтобы восстановить справедливость для Венеции и ее сестер. И все. Прошлой ночью он совершил большую ошибку. Венеция действительно очень мила, очень молода, и он не удержался. Но она – девушка Моргана. И ему хватает проблем с Раймундой, которая вчера вечером, когда уже разошлись гости, устроила скандал, обвиняя его в грубости по отношению к гостям; она сказала, что он оскорбил их, пожелав им спокойной ночи и отправившись спать. Олимпи тоже была там и с легкой улыбкой наблюдала стычку между ними. Он успел заметить, что она была необыкновенно привлекательна – в красном платье и с такого же цвета помадой. Но он думал только о Венеции… Венеции…

Кажется, сегодня день, когда надо бы подумать, как расстаться с прошлым – он забудет об этом эпизоде с Венецией, и надо бы как-то придумать способ избавиться от Раймунды. Сейчас она была внизу и укладывала вещи. Он с самого начала дал ей понять, что никакого общего будущего у них быть не может – эта была временная связь, которая приносила радость, по крайней мере, до тех пор, пока Раймунда не стала требовать слишком многого.

И, как по волшебству, в эту минуту в его кабинет ворвалась Раймунда.

– Я так и знала, что застану тебя здесь, – сказала она сварливо. – Очевидно, твое понятие об «отдыхе» не относится к работе, только к вечеринкам, развлечениям и ко мне.

– Раймунда, – спокойно ответил Фитц, – я был совершенно доволен тем, как я проводил здесь время – наедине с тобой. Все мое внимание было отдано только тебе.

Раймунда стала расхаживать по комнате, очень элегантная в своих изящных туфлях-шпильках и в белом полотняном костюме.

– Разумеется, – продолжала она, не обращая внимания на его слова, – тебе нет необходимости волноваться обо мне, хотя ты никогда этого и не делал. Солти Мейджорс проявил любезность и сказал, что полетит вместе со мной в Нью-Йорк – в субботу у него регата в Ньюпорте, и я хочу поехать с ним.

Она выпалила это, как бы бросая ему вызов, и Фитц улыбнулся – она все еще продолжала свои игры с ним.

– Это очень мило со стороны Солти. Разумеется, я буду о тебе волноваться, Раймунда. Я не хочу, чтобы ты была несчастна. И я никогда не хотел обижать тебя… просто у нас ничего не получилось – вот и все.

Раймунда понимала, что он прав. Она бросила свою последнюю карту – и проиграла.

Фитц взял ее за руку и проводил на палубу. Катер, набитый вещами Раймунды, уже был готов к отплытию, и молодой моряк в белой рубашке, шортах и капитанской фуражке стоял у штурвала. Раймунда задержалась в нерешительности, затем повернулась к Фитцу.

– Может быть, попытаемся еще раз, – прошептала она, – еще только один раз?

Фитц нежно поцеловал ее в обе щеки.

– Все кончено, малышка, – сказал он, делая шаг назад. – Давай расстанемся друзьями, Раймунда.

Раймунда пожала плечами.

– Друзьями! – фыркнула она, ступая на катер. – Мы никогда не были друзьями.

Возможно, она и права, подумал Фитц, наблюдая за тем, как катер направляется к берегу.

Венеция провела все утро с Мастерсом в Бриджтауне, где он показывал ей местные магазины, рынок, и она пришла в восторг, увидев огромные корзины с зелеными и желтыми экзотическими фруктами, всевозможные сорта стручкового перца, каких-то необыкновенных, совершенно незнакомых ей рыб, выловленных сегодня утром. В магазинах она видела приветливые дружеские лица, и это немного отвлекло ее от личных проблем. Она приехала сюда работать, и она не собирается подводить Моргана – по крайней мере, уж в этом.

Катер с «Фиесты» только что пришвартовался, когда Мастерс с Венецией прибыли в гавань, нагруженные покупками. С катера сошла Раймунда, оглянувшись, чтобы отдать кое-какие приказания молодому матросу, разгружавшему ее вещи. Проходя мимо них, она бросила на девушку ледяной взгляд и с высоко поднятой головой прошла вперед.

Они с удивлением посмотрели ей вслед.

– Никогда не считал ее настоящей леди, – с усмешкой прокомментировал Мастерс, – похоже, мы от нее избавились.

Избавились от нее? Венеция вслед за ним взошла на катер. Багаж Раймунды был сложен у пирса, и она видела, как его относят к машине, где с каменным выражением лица сидела сама Раймунда. Значит, он сделал это! Фитц сделал это! Он порвал с Раймундой – отослал ее прочь. И все из-за нее. Она почувствовала, как у нее задрожали коленки. Значит, он ждет ее – нет, все-таки жизнь – замечательная штука!

Мастерс направил катер к «Фиесте», помог Венеции перенести на борт их покупки и опять направился к берегу, чтобы забрать матросов, помогавших Раймунде.

В чистеньком камбузе Венеция разложила свои припасы. Прежний повар оставил ей целую тетрадку подробных указаний, и она намеревалась прочитать их, а также получше ознакомиться с камбузом и его оборудованием, но сейчас она была слишком взволнована. Сначала она примет душ и переоденется, чтобы выглядеть как можно более привлекательной.

Фитц не мог сосредоточиться. Он уже в третий раз перечитывал один и тот же абзац и никак не мог вникнуть в его смысл. Он сердито отбросил книгу. Ну почему он не желает признаться себе самому, что ждет ее, что как мальчишка-школьник только и ждет, чтобы увидеть ее, поймать ее улыбку. Он просто сошел с ума – надо что-то с этим делать, причем как можно скорее, пока еще не поздно и он еще в состояний хоть что-то соображать. Он снял трубку местного телефона и позвонил в «Островной клуб рыболовов Пита». Ему лучше уехать на пару дней со своим старым приятелем Питом половить барракуду или тунца – это отвлечет его и не даст возможности совершить глупость. На следующей неделе вернется Морган, и все опять встанет на свои места.