Чтение онлайн

Адрес, присланный Гоморрой, привел меня не самый центр Нарышкина, но все равно в элитный район. Я стоял перед трехэтажным особняком, имитацией желто-белого классицизма, присущего усадьбам русских дворян. Дом являлся новоделом, конечно же, но смотрелся неплохо.

Швейцар в пафосном кителе наградил меня пренебрежительным взглядом. Я сказал, что меня ждет певица Гоморра, чему он не сразу поверил. Но тут появился хозяин всего этого богатства, толстый лысый кавказец, этот смотрел на меня с откровенной ненавистью, но все же лично провел в пафосный кабинет, весь в лепнине, хрустале, картинах и даже с камином, сейчас, правда, неработающим.

Мара сидела в кресле под репродукцией знаменитой Аленушки. При нашем появлении она улыбнулась хозяину.

— Самвелл, дорогой, спасибо! — произнесла она тягуче.

Толстяк не торопился уходить, тогда она добавила:

— Милый, нам надо поговорить, это важно!

Самвелл закатил глаза, но послушно вышел из комнаты.

Мара, не вставая, потянулась, будто бы пробудившись от дремы. Когда я приблизился, она протянула руку. Мне захотелось немедленно пожать ее, припасть губами, потереться щекой, возбужденно мурлыча, свернуться котиком-клубочком на ее коленях, а лучше бы она устроилась на моих. И конечно же ничего подобного я не сделал. Вместо этого я посмотрел на даму холодно и свысока, и я считаю это подвигом для мужчины, который выглядит как олух в запотевших очках.

— Я знаю, кто ты, сука.

— Мы не любим, когда нас так называют, — вспыхнула вампирша.

Похоже, совершенно случайно я наступил суккубу на больную мозоль.

— Такие, как ты, умеют любить?

Черноволосая разозлилась.

— Такие как ты ползают у моих ног. Думаешь, охотник, если я возьмусь за тебя всерьез, не превратишься в свинью?

Воздух вокруг нас сгустился. Откуда-то снизу в мой мозг пришла мысль, что целовать ее ноги — не такая уж и скверная идея.

— Я думаю, суккуб, что такие как ты — моя законная добыча! И если ты позвала меня, только чтобы проверить, какая свинка из меня выйдет, я объявляю охоту открытой.

Мы с минуту, тяжело дыша, играли в гляделки. Не знаю, кто бы выиграл, и чем такая победа обернулась бы для нас обоих, но в кабинет ввалился Самвелл, за ним громко топали мордовороты с пистолетами наготове.

— Милая, у тебя все в порядке? Этот тип тебе досаждает?

Гоморра, конечно же, сорвала злость на нем.

— Пошел вон! Быстро! Я ведь ясно сказал, нам надо поговорить.

По комнате будто порыв ветра пронесся, унеся охранников прочь, толстяк развернулся и сгорбившись поплелся прочь. Мне его стало жалко, возможно, нашей рок-звезде — тоже.

— Самвельчик, дорогой, прости. Это мой кузен, у нас сложные родственные разговоры. Уверен, в твоем семействе тоже все непросто.

Толстяк расцвел.

— Ты меня прости, моя душечка! Не хотел тебе мешать. Но если что, я любого порву ради тебя!

— Конечно порвешь, милый! А теперь все же оставь нас. У нас действительно важная беседа.

Самвелл удалился в прекрасном настроении, забыв закрыть за собой дверь.

Мара качнула головой.

— Охотник, пожалуйста!

Я не стал кочевряжиться, сходил и захлопнул дверь. Потом вернулся.

— Давай начнем сначала. Ты же спас мне жизнь не для того, чтобы теперь отрезать голову? — попросила Мара миролюбиво. — Присядь, пожалуйста! Второго кресла здесь нет, но стулья чрезвычайно удобные.

Я присел, стул и правда оказался хорошо.

— Так зачем я тебе понадобился? — спросил я Мару тоже вполне дружелюбно.

— Я слышала, что ты заделался частным детективом? Ищешь потерянные души? Ну так у меня есть работа по твоему профилю.

— И кто же потерялся?

— Оракул. Слыхал о таких? — Мара наклонилась ко мне. — Не удивлюсь, если нет, оракулы в наше время, как и в любое другое, на дорогах не валяются.

— Я слышал о некой бабе Женечке. Но лично не встречал, — ответил я честно.

— Это весьма уважаемая личность в нашей среде. Угадай с одной попытки, почему ее нет с нами?

— Твой бывший постарался? — ответил я как можно менее ехидно.

— Откуда ты знаешь? — вспыхнула Мара.

— Я же детектив! — ответил я пафосно, но, глядя на искаженное лицо вампирши, объяснился. — Пообщался с одним хобгоблином, тем самым, что пытался тебя убить. Не важно, вернемся к твоему оракулу. Расскажи, что произошло.

Мара вздохнула, посмотрела на меня испепеляющим взглядом, но потом расслабилась.

— Его зовут Гарри Торфл. На самом-то деле он русский, причем, и в этом мире, и в том, но парень, в которого он вселился, эмигрировал и довольно давно. Зовут его Игорь Торфяник. Я как раз была в туре по Штатам, там и отловила молодого, свеженького инвейдейчика. Прям как ты, только реально молодого, он и в прошлой жизни подростком коньки отбросил.

Мальчик не понимал, ни где оказался, ни кем стал, я, как могла, растолковала ему, во что он вляпался. А главное — что никто не должен знать о его способностях. Это я вдолбила в его не слишком умную голову накрепко.

Он применил способности почти по назначению, но зачем-то пошел на мелкую должность в крупную компанию. Там и спалился. Мозгов хватило удрать. Его в оборот могли взять реальные хищники, не чета нам с тобой, милым пушистикам.

— Я не хищник! — попытался я возмутиться.

— Мне сказки не рассказывай! — рассмеялась Мара. — В общем, мальчик ударился в бега, но неумело, у него все же нет твоих знаний. Для дилетанта он выступил неплохо, однако, я его нашла легко, но поздно, буквально на пару дней опередив ищеек. Короче говоря, я отправила его в Россию. Надо было отвезти его за ручку, но тогда мне казалось, что мое общество скорее привлечет к нему внимание. Я вредна для его инкогнито и как звезда, и как инвейдей.

— Так что случилось с нашим мальчиком в России?

— Он сел на самолет в Москву, но с самолета не сошел. Или по крайней мере не покинул аэропорт «Шереметьево». Ты должен узнать, что с ним случилось.

— Ладно, скажи, какой у него рейс, и под каким именем он летел. Если есть фотография, прекрасно. Нет, обойдусь.

Мара кинула мне на колени пухлый конверт. Я открыл его, там лежала распечатка с какими-то данными и пачка денег.

— Что это?

— Ты у нас теперь бизнесмен, а значит, работаешь за деньги. Уж извини, но перевод привлечёт внимание. Наличные надежнее.