Орк-лекарь
Шрифт:
Лишь в нескольких местах у локтя и на груди оставались пятна измененной плоти. Я сменил повязки и попытался разбудить Мухтиэля.
— Можешь не стараться, — прокомментировал мои попытки говорливый щит. — Он еще сутки храпеть будет.
— Откуда знаешь? — удивился я.
— Подсчитал. В рецепте сколько мяты написано? А ты сколько набухал?
Интонации мертвого мага здорово напомнили мне Апа-Шер, бурчащую по поводу очередного моего косяка. Если я что-то напутал с рецептом, то может случиться что угодно.
— Он хоть жить-то будет? Как думаешь?
— Будет, будет… только раньше завтрашнего утра не очухается.
— Ну, фиг с ним. Займемся другими делами, — решил я.
«Другие дела» — это капище новоявленного бога. Если там готовится прорыв Хаоса, то нужно сделать все, чтобы свести на нет усилия фанатиков. А для этого нужно выяснить, кто или что поселилось в капище. И попытаться с этим кем-то или чем-то что-то сделать. Какую-нибудь непристойность, которая пусть не полностью подорвет, но хотя бы поколеблет веру адептов. Но для этого сначала надо попасть в Храм. А вот это — задача.
Я прикидывал и так, и эдак, перебирал все имеющиеся у меня артефакты, листал «записнушку», выискивая подходящие заклинания, но ничего в голову не приходило. Был бы я нормальным попаданцем, то, наверное, мне достаточно бы было промчаться по ущелью, расшвыривая врагов направо и налево, взлететь к Храму и украсить его интерьер похабными надписями. Но, к сожалению, я ненормальный, так что приходится работать мозгами.
— Ничего не поделаешь, единственный путь — со скалы на крышу портика, — пробормотал я вслух. — Но летать я не умею, а сигать с пятиметровой высоты — увольте. И веревки нет…
— Даже повеситься не сможешь, — моментально отреагировал Асаль-тэ-Баукир.
— Угу, — согласился я. — И где взять — не знаю…
«Ищите и обрящете! — раздалось у меня в голове. — Молитва и еще раз молитва! Тому, кто предан душой, воздастся втрое».
От неожиданности я подскочил на месте. Никак не проявлявший свое присутствие Илионир вдруг заговорил цитатами из какого-то Писания. Бедные шизофреники! Если у них такое творится в голове…
«Господин Илионир, что это значит?» — как можно строже подумал я.
«А то, что я немного покопался в твоих воспоминаниях, лекарь душ, — ответил мне мозголом. — И нашел то, что тебе нужно. Когда в больнице нет нужных лекарств, что делают врачи?»
«Просят родственников больного достать», — я начал догадываться, к чему клонит мертвый мудрец.
«А кто твой пациент сейчас?»
— Вау! — выдал я вслух. — Слушай, Асаль-тэ-Баукир, а нам обязательно надо будет этого умника отдавать дураку Мухтиэлю?
— Как хочешь, — рассудительно отозвался щит. — Но мудрый советник у одного из правителей этого мира — это весьма полезно для дела Порядка.
— Ладно, пусть этот потенциальный советник дрыхнет, а я пойду обретать!
Для общения с Матушкой-Землей я решил выбраться на поверхность. Подземелье защищено какими-то заклинаниями, вдруг они и молитвы экранируют? Поднялся по лестнице, прислушался. Вроде бы все тихо. Попытался осторожно приподнять крышку люка — она не поддавалась. Нажал сильнее, с трудом сдвинул и обнаружил, что вход в подземелье был придавлен овечьей полутушей. Где-то невдалеке наверняка ухмылялся сытый Маня. Точно — я почувствовал присутствие невидимого зверя, протянул руку и потрепал по шерсти:
— Ну, ты, парень, даешь! Спасибо за свежатинку! Я же говорил, что так тебе охотиться в сто раз легче будет.
— Арг! — ответило пустое место.
— Да, и попрошу не комментировать то, что будет, хорошо? — предупредил я гиено-волка.
Маня ничего не ответил, но на всякий случай сместился в тень от разрушенной стены, прихватив с собой и мясо.
А я прочитал заклинание «Разговор с богом», встал на четвереньки и начал колотить лбом по плитам, которыми был вымощен дворик форта.
— И нечего так стучать, — раздался гулкий голос. — Я все прекрасно слышу.
— Не оставь лекаря твоего недостойного своей милостью! Не откажи в просьбе!
Кажется, мозголом начал на меня дурно влиять. Эта сволочь умудрилась незаметно убедить меня, что именно так нужно обращаться к богам. Может быть… хотя мой опыт подсказывал совершенно иное.
Я представил, как выгляжу со стороны, и почувствовал себя полным идиотом.
— Что еще? — прогудело из-под развалин.
— Мне веревка нужна… мыла не надо.
Последнее я добавил, чтобы этот наглый мудрец не подумал, что может управлять мной.
— Какая веревка? — Голос богини на этот раз был гораздо тише.
— Реп-шнур… метров двадцать… Ну, в общем, крепкая веревка, которая меня выдержит.
— И больше ничего?
— Нет…
— А откуда ее взять? — недоуменно спросила Матушка-Земля. — Это же не клад какой-нибудь, не золото и каменья драгоценные и не колдовской цветок…
— Не знаю, — честно признался я. — Но ты же, в конце концов, богиня…
— Ладно, подумаю, — согласилась Матушка-Земля. — Жди.
И она действительно придумала!
Через час с небольшим, когда я пожарил принесенное Маней мясо и собирался начать есть, стены подземелья загудели:
— Иди и обрети, лекарь!
Я опрометью бросился наверх.
Над развалинами кружились орлы. В лапах у них была рыбацкая сеть. Снизившись, они сбросили груз и взмыли в небо.