Чтение онлайн

Закончив обход в данном секторе, надзиратель решил наведаться в соседний, туда, куда он разместил всех заключенных, основное и главнейшее преступление которых можно было охарактеризовать лишь тремя словами “заноза в заднице”. Да, в “Чистилище” содержались и такие. И они, пожалуй, приносили основной доход.

Многие бизнесмены, политики и прочие власть имущие не просто хотели расквитаться со своими врагами. Убить - это слишком легко. Но вот запереть на всю жизнь в четырех стенах и сознавать каждую секунду, что жизнь твоего врага зависит только от собственного желания платить за его содержание… Это было удовольствие особо тонкого состава, можно даже сказать, нелогичное, но вместе с тем невероятно приятное. Курил позволял таким спонсорам посещать тюрьму в любое время, когда им только заблагорассудится, чтобы насладиться видом своего заклятого врага за решеткой, а за отдельную плату можно было устроить тет-а-тет или же “случайное” избиение.

Впрочем, таких заключенных, относящихся, как про себя прозвал надзиратель, к категории “заклятые друзья”, было не очень много. Все-таки платить за содержание заключенного ради такой забавы не многим было по карману.

Ноги непроизвольно остановились напротив камеры, где содержался заключенный номер 402. Если сравнивать с другими из этой же категории, то можно сказать, что 402-ому еще повезло: никаких пыток, только иногда побои, но и те в легкой форме. За состоянием заключенного пристально следил клоун Дел’Сера, который и поместил сюда этого везунчика с особым условием: “он должен быть живым как можно дольше”. Курил понятия не имел, зачем Дел’Сере это понадобилось, пока “птичка не нашептала”, что Солем с помощью 402ого хотел выманить на свет божий другого своего врага, который - вот идиот сыскался - по мнению батарианца, обязательно попробует вытащить из тюрьмы дружка. А соответственно, и меры безопасности в камере заключенного стали особыми: камера была полностью автономна, а также помимо стандартных приборов видеонаблюдения имела звуковые жучки, реагирующие на звучание незарегистрированного в системе голоса.

Попахивало, честно говоря, паранойей. “Чистилище” и так была неприступной крепостью, зачем еще и эти примочки? Курил нашел для себя единственное объяснение этим предосторожностям: ничто не пугало Солема сильнее, чем угроза собственной шкуре, а стало быть, у четырехглазого имелись нехилые основания для соответствующей статьи расходов.

Поскольку заключенного воспрещалось слишком часто подвергать побоям, а Курил ненавидел, когда ему что-то запрещали, надзиратель придумал оригинальный способ усложнить заключенному 402 жизнь: он просто разместил по соседству заключенного номер 403 и зарегистрировал его голос в системе. А у того, 403его, были проблемы с психикой, отчего он целыми днями стонал и стенал, вопрошая, умоляя и разговаривая с “голосами”. Сутками слушать такое мог бы только глухой.

Поначалу Курил даже был полон азарта, гадая, через сколько дней 402ой сдастся и завопит своему соседу: “Заткнись!!” Но потом надзиратель как-то приуныл, поскольку так и не добился нужного эффекта: сумасшедший тараторил не переставая, а его сосед как будто отрешался от мира и преспокойно себе медитировал, чем не просто выводил Курила из себя, а чрезмерно бесил.

Вот и сейчас, закрыв глаза, проклятый “протеже” Солема не обращал никакого внимания на обход. Постояв несколько минут у камеры, Курил поймал себя на мысли, что уже готов сам пристрелить сумасшедшего, так как тот вопил, как резанный:

– Они пришли!!! Голоса пришли!!!

Вместо голосов на инструментрон пришло сообщение помощника.

– Что такое?

– Надзиратель Курил. У нас запрашивает разрешение на сближение и стыковку незарегистрированное судно. Говорят, вы их ожидаете.

– Ах да… - вспомнил надзиратель о том, что два дня назад приходил запрос от нового клиента.
– Проверьте идентификаторы и номер транспорта. И если все нормально, разрешайте стыковку. Я сейчас спущусь в док.

Быстрыми шагами турианец направился к нужному стыковочному доку и еще двадцать минут наблюдал за тем, как богатая и явно очень дорогая яхта со странным названием “Алькатрас” швартовалась. Магнитные зажимы крепко присосались к корпусу, охлаждающие пары фыркали из-под днища, сбрасывая температуру.

Когда, наконец, стыковка была завершена и выровнено давление, люк открылся, и изнутри показался крепкий мужчина в новехонькой броне и шлеме. Спустившись с трапа и осмотревшись, он дал кому-то знак, и тут же по трапу стала спускаться человеческая женщина.

Уже по одному её виду Курил понял, что может провернуть неплохую сделку.

Клиентка была одета в дорогой брючный костюм, а турианец по своему опыту уже знал, что такой стиль одежды у землян называется “деловым” и придерживается его та категория людей, которая способна заплатить за товар немалые деньги. По меркам турианца, эта представительница человечества была не дурна собой, даже, наверное, красива, но Курил не особенно разбирался в тонкостях красоты этой расы, да и в глубине души недолюбливал людей.

На лице женщины было странное приспособление, называемое очками, волосы завязаны на затылке, а туфли были на таких огромных каблуках, что турианец задался вопросом, а для чего земные женщины используют подобную неудобную и крайне непрактичную обувь, и как вообще можно на таких ходить? Впрочем, дама справлялась с этим делом относительно легко, так как, спустившись, тут же зашагала к надзирателю, сразу же выделив его из встречающих, среди которых был и помощник Томассон, прыткий и исполнительный служака, несмотря на то, что человек, и начальник безопасности турианец Вертикус.

– Добрый день, - открыла свой ярко накрашенный рот дама.
– Надзиратель Курил?

– Верно. Полагаю, мадам Клойден?

Она улыбнулась и протянула ему руку в приветствии. Курил, глядя на этот жест, понял, что от него что-то требуется, но так и не сообразил что. Вместо него нашелся его помощник, который тут же принял протянутую руку в свою и склонил голову то ли в знак почитания, то ли с целью поцеловать. Дама с некоторой холодностью взглянула на надзирателя и прокомментировала:

– У людей в высшем обществе принято целовать руку при знакомстве с дамой.

– Странный обычай, - отозвался Курил, которому взгляд незнакомки не очень понравился. Но турианец решил не заострять на этом внимание и продолжил: - Думаю, для обсуждения условий сделки нам лучше перейти в блок зачисления. Там вы сможете ознакомиться с перечнем категорий содержания заключенных и выбрать те, которые вам наиболее подходят.

– Честно признаюсь, я рассчитывала на небольшую экскурсию, надзиратель Курил, поскольку еще не до конца уверена, каких “особых благ” заслуживает этот человек. Как вы помните, я описывала вам вкратце, что он сделал.

– Да, помню, - сказал Курил, пошарив в памяти. Когда два дня назад пришла заявка от этой дамы, надзиратель запустил её в процесс изучения и оценки, отдав своему помощнику Томассону, так как тот лучше справлялся с бюрократической частью. Чуть позже турианец все-таки пробежался глазами по заявке и, честно говоря, совсем не был впечатлен. В ней говорилось, что “объект” убил кого-то, чье имя не указывалось, и пытался поджечь дом, владелец которого тоже не указывался, только местоположение: Лондон. Был задержан правоохранительными органами землян и осужден, но бежал и несколько лет скрывался в системах Терминус. За его поимку была назначена награда, и, когда один из охотников его поймал, было принято решение передать его на заключение в тюрьму “Чистилище”.