Чтение онлайн

— А потом тебе понадобится чертов шлем? — не умолкал поток брани.

За следующим поворотом туннель разветвлялся на два. В левом яростно ревел Пвент; а правый перекрывала дверь, сквозь многочисленные щели которой сочился свет факелов, горевших по ту сторону. Дриззт недоуменно склонил голову, услыхав оттуда такое знакомое, хоть и очень тихое хихиканье.

Он махнул рукой Кэтти-бри и вошел в дверь, не постучав. Там у левой стены в одиночестве стоял халфлинг. При виде друзей его лицо озарилось улыбкой, и он высоко поднял пухлую ручку, приветствуя их, — относительно высоко, потому что Регис был очень маленьким, даже по меркам халфлингов, и от пяток до макушки в нем укладывалось всего три фута. Его объемистый животик, кажется, уменьшился за последнее время, словно и ленивый халфлинг весьма серьезно отнесся к возможности нападения на место, заменившее ему дом.

Он приложил палец к губам и показал на «дверь» рядом с собой. Друзья почти сразу сообразили, что здесь происходило. Халфлинг держался за рукоять механизма, управлявшего толстым листом металла, который ездил по полозьям над и под дверью. Сейчас деревянная дверь почти целиком скрылась за металлическим листом.

— Пошел! — прогремела команда с той стороны, послышался тяжелый частый топот и воинственный рев, потом чудовищный удар налетевшего на укрепленную дверь дварфа, тут же, само собой, отлетевшего от нее.

— Берсерк уроки дает, — невозмутимо объяснил Редкие.

Кэтти-бри, скривившись, взглянула на Дриззта, вспомнив, что говорил ей отец о планах берсерка.

— Отряд «Веселые мясники», — бросила она, и Дриззт понимающе кивнул, потому что Бруенор и ему говорил о том, что Тиббледорф Пвент решил научить нескольких дварфов нелегкому искусству быть берсерком и создал свой собственный отряд, который состоял из неудержимых, бешеных, но не блиставших умом солдат.

В укрепленную дверь врезался следующий, судя по всему головой, и Дриззт понял, каким образом Пвент решил воспитать в своих подопечных третье качество настоящего берсерка,

Кэтти-бри только вздохнула. Она ничуть не сомневалась в бойцовской мощи подобного отряда, ведь в бою Пвент мог дать сто очков вперед любому, за исключением только Дриззта и, может быть, Бруенора, но при мысли о носящихся гурьбой подобиях Тиббледорфа Пвента ей стало нехорошо.

За дверью Пвент во всю бранил свое войско, осыпая их всевозможными ругательствами, большинство из которых прожившая двадцать лет с кланом Баттлхаммера Кэтти-бри даже не слыхала. Некоторые, особо забористые, Пвент, похоже, придумывал на ходу.

— Мы отправляемся в Сеттлстоун, — обратился к Регису Дриззт; ему вдруг очень захотелось поскорее уйти отсюда. — Берктгар упрямится.

Регис кивнул:

— Я там был, когда он потребовал у Бруенора молот. — На миловидном личике халфлинга появилась обычная задумчивая улыбка. — Мне показалось, что Бруенор сейчас разрубит его пополам!

— Берктгар нужен нам, — вмешалась Кэтти-бри. Регис только отмахнулся.

— Чушь! — уверенно объявил он. — Это мы нужны Берктгару, и если он повернется спиной к дварфам, его собственный народ этого не потерпит, потому что они умеют помнить добро.

— Нет, Бруенор не убил бы его, — возразил Дриззт, однако несколько неуверенно.

Все трое умолкли и посмотрели друг на друга, одновременно подумав о том, что Бруенор снова стал прежним неукротимым королем. Они вспомнили и о Эйджис-фанге, молоте, которому не было равных по красоте и мощи. На нем были вырезаны священные руны дварфских богов: на одной стороне — молот и наковальня Моррадина, бога кузнецов, на другой — скрещенные секиры Клаштедона, бога войны, а остальное пространство было сплошь покрыто изображениями драгоценных камней внутри горы, символа Думатона, Хранителя Тайн. Бруенор считался одним из первых кузнецов среди дварфов, но после того, как он создал Эйджис-фанг, лучшее из своих творений, почти не появлялся в кузне.

Они вспомнили о Эйджис-фанге и о Вулфгаре, высоком светловолосом юноше, который был дварфу как сын и для которого Бруенор сделал великолепный молот.

— Бруенор действительно мог бы убить его, — произнесла Кэтти-бри, проговорив вслух то, что подумали остальные.

Дриззт хотел было что-то возразить, но Регис остановил его, подняв палец кверху.

— ...А теперь голову наклони! — рявкнул Пвент по ту сторону двери.

Регис улыбнулся и кивнул, чтобы дроу продолжал.

— Мы подумали, может, ты...

Донесся новый звук удара, потом опять стон и достаточно явственное шлепанье губами: очевидно, будущий берсерк ожесточенно тряс головой после неудачного наскока на преграду.

— С возвращением! — заорал Пвент. Кэтти-бри передернуло от отвращения. .

— Мы подумали, ты мог бы пойти с нами, — продолжал Дриззт.

Регис на секунду задумался. Наверное, халфлинг хотел бы выбраться из рудников и погреться на солнышке, хоть лето уже закончилось и воздух был по-осеннему прохладным.

— Нет, я должен остаться здесь, — наконец ответил он с несвойственной ему ответственностью. — Дел много.

Дриззт с Кэтти-бри не стали спорить. Регис сильно изменился с тех пор, как настали" тяжелые времена. Когда Дриззт и Кэтти-бри отправились в Мензоберранзан — Дриззт в надежде отвести опасность от Мифрилового Зала, а Кэтти-бри на его поиски, — Регис вместо сломленного горем Бруенора принял руководство подготовкой к войне на себя.

Тот самый Регис, которого прежде больше всего волновало, где бы найти постельку помягче да обед повкуснее, своей кипучей энергией и целеустремленностью поразил видавших виды дварфов, и даже Тиббледорфа Пвента. Вот и теперь друзья понимали, что халфлинг очень хотел бы пойти с ними, но дело — прежде всего.

Дриззт пристально поглядел на халфлинга, не зная, как обратиться к нему с просьбой. Но, к его изумлению, Регис все понял без слов и тотчас же потянулся к цепочке на шее, на которой висела рубиновая подвеска, снял ее и небрежно бросил Дриззту.

Еще одно подтверждение тому, что халфлинг сильно изменился, подумал дроу, глядя на сверкающий рубин. Эту вещь, которую Регис когда-то стащил у главы Гильдии Воров в далеком Калимпорте, он ценил превыше всего, в ней была заключена огромная волшебная сила. И до сих пор халфлинг берег и лелеял ее, как львица своего детеныша.