Чтение онлайн

И тут Сорен с ужасом понял, что только что видел свой собственный сбывшийся сон. Луноликая сипуха, появившаяся рядом с Клуддом, была той самой совой, которая приснилась ему тогда и произнесла страшные слова: «Отведай собственного снадобья».

Неужели они с Гортензией видят одни и те же сны? Значит, они оба попадают в одну страну видений? Или же их сны каким-то образом вплетены в реальную историю смерти и разрушения?

Внезапно Сорен понял, что его беспокоит. Та сипуха, что летела рядом с Клуддом, кого-то убила. Он знал это. Об этом говорил след крови на ее лице.

— Что-то стало очень тихо, — проговорил он.

— Все кончено? — вслух подумал Мартин. — Неужели осада наконец-то снята?

В этот миг на каменную площадку под скалами опустились Гильфи с Сумраком.

— Все кончено? — снова спросил Мартин.

— Кажется, да, — отозвался Сумрак. — Но истребители Стрикс Струмы понесли тяжелые потери.

— Потери? — еле слышно пролепетал Мартин.

— Скажи, что это не Руби и не Отулисса… — шепотом произнес Сорен.

— Не Руби и не Отулисса, — ответил ему Копуша, подлетая к каменной площадке. — Это Стрикс Струма.

Лицо Отулиссы окаменело. Похожие на маленькие твердые камушки белые крапинки резко выступили на ее лицевом диске.

— Как ты думаешь, она придет в себя? — шепотом спросила брата Эглантина. — Ты же знаешь, как она любила Стрикс Струму!

— Думаю, все обойдется, — ответил Сорен, чтобы ее успокоить. На самом деле он не был в этом уверен и очень волновался. Они все боялись за Отулиссу.

Юная пятнистая сова летела рядом со своей военачальницей, когда Стрикс Струма подверглась нападению.

Враги сошлись коготь к когтю, но едва успели обменяться первыми ударами, как вражеская сова нанесла Стрикс Струме страшную рану в том месте, где первостепенные перья крепятся к телу. Крыло ее почти оторвалось, но Стрикс Струма все равно продолжала лететь. Отулисса храбро бросилась на помощь обожаемой наставнице и даже сумела полоснуть нападавшую когтями поперек лица.

— Я пыталась спасти ее, — прошептала Отулисса, когда друзья зашли ее проведать. Она повторяла это снова и снова, и больше от нее нельзя было ничего добиться.

Копуша, Сумрак, Сорен и Гильфи просто не знали, что сказать. К счастью, в дупло вползла миссис Плитивер.

— Отулисса, дорогая моя, твоя наставница вовсе не хотела этого спасения. Подумай сама, какая жизнь ждет сову с одним крылом? Разве она смогла бы по-прежнему возглавлять клюв навигаторов? Разве могла бы продолжать командовать своими доблестными истребителями? Стрикс Струма прожила полную жизнь. Она была стара. Она была готова. Она умерла, сражаясь за великое дело. Перестань терзать себя, дорогая.

Как ни были полны утешения слова мудрой змеи, Сорен ясно видел, что они не в силах облегчить горе Отулиссы.

Отулисса не пришла в себя и позже, когда все собрались на Прощальную церемонию — так на острове называли поминки по умершей сове.

Сорена не на шутку испугало ее непривычное спокойствие. Отулисса казалась изваянием, высеченным из камня.

А чуть поодаль, в каких-нибудь десяти футах от карниза Великого Древа билась в рыданиях Вислошейка.

— Я не думала, что такое случится! Я совсем не думала! — без умолку голосила она.

Внезапно Отулисса вышла из своего оцепенения. Она резко обернулась и распушилась от ярости.

— Это точно, вы совсем ни о чем не думали! — прошипела она.

Тем временем Барран взлетела на самый высокий насест и начала свою речь:

— Мы собрались здесь, чтобы с честью проводить в последний путь героическую пятнистую сову по имени Стрикс Струма. Мы с ней принадлежали к разным видам, однако были сестрами по любви к свободе и той чистой радости, которая наполняет сердце каждой совы при мысли о том, что звезды вечно — сезон за сезоном — свершают свой путь по ночному небу. Именно от Стрикс Струмы, своей бесценной наставницы навигации, я впервые узнала о «глазах Глауморы», как мы частенько называем звезды. Отвратительная жестокость войны положила конец славной жизни этой совы, хотя смерть ее нельзя назвать преждевременной, ибо Стрикс Струма прожила долгую и славную жизнь.

Барран продолжила свое выступление, с любовью рассказав о своей долгой дружбе со Стрикс Струмой, а когда она закончила, слово взял Эзилриб:

— Ее Величество Барран говорила об отвратительной жестокости войны, унесшей жизнь нашей любимой Стрикс Струмы. Она умерла с занесенными когтями. Все вы слышали, как Барран назвала Стрикс Струму своей сестрой, и я рад, очень рад этим словам. Нынешняя война стала порождением гнусной теории о превосходстве одних совиных семейств над другими, о том, что одни совы могут быть чище других. Я хотел бы, чтобы каждый раз, произнося слова «чистый» или «чистота», мы вспоминали о кровопролитии, вызванном этими словами.

Мы с вами знаем, что ни одно совиное семейство не может быть лучше или чище другого. Все мы братья и сестры, все мы дети совиного мира. Но сейчас я хочу вернуть истинный смысл слову «чистота» и вместе со всеми вами вспомнить о чистоте духа нашей павшей сестры, нашей славной воительницы Стрикс Струмы, которая погибла, защищая ценности равенства и свободы.

Прошлой ночью великая сова погибла в бою, но сегодня на небо взойдет новое созвездие. Этой ночью вы подниметесь в небо и найдете Стрикс Струму среди звезд, которые она так любила.

Ночь выдалась холодная и морозная. Сорен вспомнил свой первый урок навигации, когда Стрикс Струма учила их следовать за созвездием Золотых Когтей.

Отулисса оторвалась от друзей и летела одна. Шустрая Руби, которая очень сблизилась с Отулиссой за время боевых вылетов в эскадрилье, хотела броситься за ней следом, но Сорен остановил ее кончиком крыла:

— Не надо. Дай ей побыть одной.

— Вперед, молодняк! — раздался рядом с ними громовой голос Бубо. — Я слышал, что возле Сломанного Когтя бушует добрый лесной пожарище. Эзилриб сказал, мы должны на него взглянуть. Эй, Сумрак, Копуша и вы, ребятки! Полетели с нами, поглядите, чем занимаются угленосы. Гладишь, научитесь чему-нибудь полезному, верно? — прогудел он и подмигнул Сумраку.