Чтение онлайн

Приняв решение об отъезде, все разбрелись, кто куда.

Через полчаса у огня остались только Эрчин, Смайл и Флоран. Они непринуждённо болтали. Флоран очень хорошо относился к линдси, и высказывал сожаление об их переселении.

– Ты думаешь, что это не правильно? – поинтересовался Эрчин.

– У меня странное ощущение, что мы допускаем какую-то глобальную ошибку. Понять я этого не могу, это где-то на подсознании. Просто так чувствую, – он смущённо пожал плечами. Флоран был очень застенчив и чаще предпочитал промолчать, чем высказывать своё мнение. Но со Смайлом и Эрчином он чувствовал себя достаточно вольготно, поэтому мог поделиться своими соображениями.

– А почему линдси назвали линдси? – подал голос Смайл. Два собеседника удивлённо уставились на него. Флоран первый подал голос:

– Ты не знаешь легенду про Линдси Орион?

Смайл посмотрел на него и помотал головой:

– Если честно, то в школе я очень часто прогуливал именно историю Сваторики, – он смущённо улыбнулся и продолжил, – как я понимаю, это относится к твоей семье Эрчин?

Эрчин кивнул и улыбнулся:

– Видать судьба у меня такая рассказывать тебе наши семейные легенды. Ну, слушай.

В семье Лорис и Прайм Орион родилась дочка, её назвали Линдси. Очаровательная красавица радовала родителей, отец в ней души не чаял и любил брать её с собой в различные уголки планеты.

Прайм Орион был заядлым путешественником, обожал посещать диковинные места, благо волшебная сила перемещала его в любое место, увиденное хоть раз на картинке, стоило ему только захотеть. Он с детства обладал живым воображением и умел ярко представлять место, даже просто со слов друзей.

Ещё в школьные времена он экспериментировал с произвольным представлением места и перемещался туда, без помощи рисунков и карт, попадая иногда в очень интересные уголки планеты.

Один раз ему приснилось место, очень необычное – в небе плыло фиолетовое светило, растения вокруг были в основном фиолетового и красного цвета, и было ощущение, что всё мерцает и светится, каким-то едва заметным мерцанием. И Прайм рискнул – представил место из сна, и переместился. Он не сомневался, что попал на другую планету, природа вокруг была абсолютно другой. Перемещения туда стали регулярными и он путешествовал по новому миру, который назвал Лотос, во всех водоёмах встречались цветы очень похожие на лотосы, всевозможных расцветок и размеров.

На эту планету ему удавалось брать с собой маленькую дочь.

И вот Линдси исполнилось пять лет и ближайшая попытка отца, переместиться вместе с дочкой не удалась, один он перемещался свободно, но если держал дочь за руку, то не мог понять, какая невидимая сила мешает ему сдвинуться с места.

К семи годам родители поняли, что Линдси не обладает волшебной силой. Если ей нужна какая-то вещь, то она должна взять её сама и принести куда надо. Так было во всём, ни один мысленный посыл девочки не работал.

Сначала родители недоумевали, потом расстраивались, а потом отец создал краски и кисти, и Линдси стала рисовать. Все свои детские путешествия с отцом были в её картинах, очень живых и завораживающих. Девочка росла и рисовала, улучшая своё мастерство.

Отец изобрёл первую летающую платформу на Сваторике, теперь он мог с дочерью путешествовать по воздуху, и это было тоже интересно. Линдси рисовала свою планету с высоты платформы.

Она рисовала и рисовала… И стала знаменитой.

По её имени стали называть всех детей, обделённых волшебной силой. Так появились линдси.

Думается, она была не первой, но родители других замалчивали свои случаи, стыдились их и скрывали.

А Линдси Орион раскрыла другой свой талант и заявила о себе миру, дав название целому народу.

***

Эрчин закончил рассказ и замолчал.

Смайл лукаво посмотрел на него и изрёк:

– Какая легендарная у тебя семья, уже две легенды мне поведал, может ещё есть?

Эрчин засмеялся и ответил:

– Есть, у нас вообще много легенд, у меня семья не ленивая, всегда находился один любитель писать семейные хроники. И некоторые потом, со временем становятся легендами. Кстати все хронисты нашей семьи были линдси.

Флоран молча слушавший рассказ и разговор приятелей, подал голос:

– Как интересно, вот на примере твоей семьи я убеждаюсь в своей правоте. Нельзя избавляться от линдси. Не нравится мне это.

После его слов всем стало как-то неловко и грустно. Помолчав ещё какое-то время решили возвращаться на корабль, отдыхать.

Волшебники весь перелёт старались отдохнуть. Своей миссией они были довольны и чувствовали себя удовлетворёнными. Считая, что сделали всё возможное.

Только Флоран не разделял их радости и удовлетворения, его гложила тревога. Он предпочитал находиться в рубке у Эрчина и Смайла. Эти два молодых человека были ему как-то ближе, с ними он мог поговорить на волнующую его тему.

Эрчин был не против компании Флорана, хоть тот и был старше их двоих, но с ним было достаточно просто общаться, он не докучал вопросами, был вежлив и приветлив. Поэтому уже к третьему дню полёта было, как само собой разумеющееся, что Флоран присутствовал в рубке. Изначально это место было рассчитано на двоих. Но этот вопрос решился довольно просто. Смайл очень хорошо умел работать с пространством, и он просто увеличил количество места ещё на одного пилота, создание кресла и других атрибутов не составило труда ни одному из троицы.

Но полёт затягивался, уже два дня Эрчин не мог увести корабль в прыжок, для настройки корабля ему требовалось одиночество и спокойствие на некоторое время. А это никак не удавалось. Какая-то вожжа попала под подол сюртука Патриса, и он изводил их троих с самого утра своими претензиями, причём возникавших не понятно откуда и непонятно как. Сначала ему не нравилась каюта, в которой он обитал, и он потащил с собой Эрчина выбирать другую, причём ни с кем другим он идти не хотел, ему нужен был именно капитан звездолёта.