Чтение онлайн

Она не имела над ним власти, напомнил себе Зекк. И при жизни она ему не нравилась и не вызывала почтения, а теперь, когда Сестра ночи была мертва, как она могла удержать его? Он описал сверкающим клинком широкую дугу в сторону деревьев. Образ Тамит Кай расплылся, как неисправная голограмма, и растворился.

Перед глазами Зекка пронеслась обжигающая волна тьмы. После того, как она отхлынула, перед Зекком предстала новая, ещё более ужасающая фигура: Бракисс, мастер Академии теней.

Его наставник.

Суровые глаза смотрели с безмятежного, скульптурно совершенного лица в обрамлении светлых волос. Серебристые одежды колыхнулись, когда Бракисс развёл руками.

— Как ты можешь уйти сейчас, Зекк? После всего, чему я тебя научил? Ты, темнейший из моих рыцарей.

Неуловимо властный тон окрасил слова злого мастера-джедая, тон разочарования... предательства.

Зекк сделал шаг назад. Лихорадочный жар вспыхнул внутри него, угрожая поглотить его. Реки пота стекали по его лбу, по шее. Молодой человек покачал головой, отчего с его длинных тёмных волос посыпался дождь горячих капель.

— Мне жаль, мастер Бракисс, но вы были неправы. Тёмная сторона не смогла спасти ни вас, ни Вторую Империю, ни меня.

— Не отбрасывай всё это, Зекк. Подумай, сколь многому ты ещё мог бы научиться у Тёмной стороны, — сказал Бракисс, его голос был убедительным, настойчивым.

Обжигающий жар внутри Зекка стал таким сильным, что от него исходили волны, мерцая в воздухе и размывая лицо Бракисса.

— Нет, — прошептал Зекк, чувствуя обжигающий жар собственного дыхания. Звук капель вдалеке мучил его обещанием прохладного облегчения — если бы только дождь мог пробиться сквозь густую путаницу ветвей, чтобы освежить его.

— Если ты действительно думаешь, что я неправ, Зекк, тогда срази меня, — сказал Бракисс. Его голос был прохладным, шелковистым. — Разве Светлая сторона не хотела бы, чтобы ты это сделал... чтобы доказать свою преданность, свою целеустремлённость?

Зекк заколебался. Могло ли это быть правдой? Был ли это его единственный выход?

Нет, этот путь вёл на Тёмную сторону. Должен быть иной путь.

Внезапно, зафиксировав свой световой меч в положении «ВКЛЮЧЕНО», Зекк метнул алый клинок вверх со всей силой своего разгорячённого тела. Клинок вращался, поднимаясь всё выше и выше, рассекая листья и ветви на своём пути. Образ Бракисса исчез в ливне листьев, коры и веточек, которые посыпались на Зекка.

Световой меч продолжал подниматься выше и выше, пока не пронзил полог тёмных джунглей. Снаружи лил проливной дождь. Зекку едва хватило времени, чтобы ощутить постукивание прохладных капель по своей пылающей коже, прежде чем упавшая ветка ударила его по голове и яркий ореол вспыхнул перед его изумрудно-зелёными глазами....

Зекк проснулся от звука капающей воды. Это всё ещё был дождь из сна? Он чувствовал прохладную влагу на своей коже; луч яркого солнечного света упал ему на лицо. Молодой человек открыл глаза — и обнаружил себя в странной комнате с толстыми, древними на вид каменными стенами.

Солнечный свет лился сквозь глубокую оконную щель в одной из стен. Но откуда доносится этот журчащий звук?

— Воды, — сипло прохрипел он.

— Эй, ты проснулся, — воскликнул знакомый голос. Рядом с Зекком появилось ухмылявшееся лицо Джейсена Соло. — Ты просил воды? У меня тут есть немного.

Он поднёс чашку к губам Зекка, и тот с благодарностью сделал глоток.

— Джейна установила настенный фонтан, пока ты был без сознания, — объяснил Джейсен. — В этой комнате не было проточной воды, и она подумала, что тебе это может понадобиться.

— Без сознания? — Зекк попытался принять сидячее положение. — Как долго?

— Эй, ты там, — сказал Джейсен, подкладывая подушку позади Зекка и толкая молодого человека обратно на неё. — Лучше не торопи события, иначе у тебя может случиться ещё один рецидив.

У Зекка закружилась голова, и он опустился на подушку.

— Ещё один рецидив? Джейсен, где я был?

— Знаешь, ты нас всех здорово напугал, — сказал Джейсен. — Мы думали, что после дня или двух в бакта-камере на станции «Ловец самоцветов» с тобой всё в порядке, но когда мы вернулись сюда, на Явин-4, ты потерял сознание. Ты уже несколько дней в коме. Дядя Люк говорит, что есть такие травмы, которые бакта-камера просто не может залечить.

Брови Джейсена сошлись над его глазами цвета бренди, и он провёл рукой по своим взъерошенным кудрям.

— Разрази меня бластер, какое-то время мы не были уверены, что у тебя получится выкарабкаться.

При этих словах в голове Зекка вспыхнул образ из финальной битвы Академии теней с Академией джедаев — «Громоотвод», за которым тянется шлейф дыма и пламени.

— Пекхам? — спросил он.

— Вон там, — Джейсен указал в угол комнаты, где старый космолётчик дремал в кресле, подперев кулаком седой подбородок. — Не отходил от тебя с того дня, как ты потерял сознание. Хочешь, я его разбужу?

Зекк покачал головой, и от этого движения у него застучало в висках. Ему было достаточно знать, что его старый друг всё ещё жив и здоров.

— Дай ему поспать, — прохрипел он, затем сделал ещё глоток прохладной, вкусной воды.

— Я думаю, Зекк, тебе действительно понравится здесь, в Академии джедаев, — сказал Джейсен. — Дядя Люк говорит, что ты можешь остаться и тренироваться с нами, если хочешь. Мы все по очереди ухаживали за тобой: Джейна, Лоуи — даже Тенел Ка. Конечно, она ещё не совсем уверена, что доверяет тебе, но я думаю, она с этим справится. Я беру с собой свою ящерицу-культяпку, когда наблюдаю за тобой. Он и его подруга нашли дорогу обратно ко мне после взрыва — думаю, они спрятались в ангаре — так что им, должно быть, повезло. Эй, мне не терпится рассказать всем, что ты проснулся и чувствуешь себя лучше. Как думаешь, ты сможешь поесть, если я принесу тебе немного еды?

Зекк неуверенно кивнул.

— Отлично, я пойду принесу тебе что-нибудь, — сказал Джейсен. — И это напомнило мне анекдот. Я расскажу его тебе, когда вернусь. Ты можешь присмотреть за моей ящерицей-культяпкой несколько минут, пока меня не будет? Теперь всё будет просто прекрасно, Зекк. Вот увидишь.

С этими словами Джейсен выскочил за дверь, оставив Зекка удивлённо смотреть ему вслед.

Но он вовсе не был уверен, что всё будет «просто прекрасно».

Когда бы то ни было.