Осколки чести
Шрифт:
В наступившей тишине она слышала, как стучит в висках кровь. Через стены по-прежнему доносились шумы корабля. В коридоре переступал с ноги на ногу Ботари, кто-то прошел мимо ее каюты…
Она покачала головой.
– Мне надо подумать. Все не так просто, как казалось вначале.
– Да, непросто. – Он повернул руку ладонью вверх в знак окончания разговора и неловко поднялся: видно было, что рана все еще беспокоит его. – Это все, что я хотел сообщить. Вам ничего говорить не надо.
Корделия кивнула, испытывая благодарность за то, что он ее оставляет, и он ушел, уведя Ботари и плотно прикрыв за собой дверь. Она вздохнула, расстроенная и растерянная, и лежала, глядя в потолок, пока старшина Нилеза не принес обед.
Глава 6
На следующее утро она сидела взаперти и читала. Ей требовалось какое-то время не встречаться с Форкосиганом, чтобы переварить вчерашний разговор. Она чувствовала себя сбитой с толку. Как сейчас нужна была хоть какая-то уверенность! Но, увы, происходящее казалось непостижимым.
Библиотека корабля предлагала широкий выбор материалов по Барраяру. Некто Авелль создал пухлую общую историю, переполненную именами, датами и подробными описаниями забытых баталий, все участники которых давным-давно обратились в прах. Другой ученый муж по фамилии Ащиц уделил особенное внимание биографии императора Дорки Форбарры Справедливого (по расчетам Корделии – прадеда Форкосигана), чье правление пришлось на окончание Периода Изоляции. Погрузившись в запутанную мозаику персонажей и интриг, она даже не подняла головы, когда к ней постучали, и лишь буркнула: «Войдите».
Пара солдат в зелено-сером планетном камуфляже ввалилась в комнату, поспешно закрыв за собой дверь. «Что за несуразная парочка», – рассеянно подумала Корделия, отметив, что ростом эти парни уступают даже Форкосигану.
Но в следующую секунду она узнала обоих; возможно, этому способствовал вой сирены, внезапно разлившийся по всему кораблю.
«Похоже, что авторов на букву „Б“ я уже не прочитаю…»
– Капитан! – воскликнул лейтенант Стьюбен. – Вы в порядке?
Он пожертвовал своими роскошными кудрями ради имитации барраярского военного ежика, и теперь его прическа напоминала плохо выстриженный газон. Его спутник, лейтенант Лэй, худой, узкоплечий и сутулый, имел еще более карикатурный вид. Военная форма, рассчитанная на рослых барраярцев, была ему безнадежно велика, и он вышел из положения, подвернув рукава и брюки. Но одна брючина успела развернуться, и Лэй то и дело наступал на нее.
Корделия открыла рот, пытаясь что-то сказать, но слова застревали в горле.
– Почему вы здесь, а не на пути домой? Я дала вам приказ, лейтенант! – Ей все же удалось обрести командирский тон.
Стьюбен, ожидавший более теплой встречи, на мгновение опешил.
– Мы устроили голосование, – просто сказал он, словно этим все объяснялось.
Корделия безнадежно покачала головой.
– На вас похоже. Голосование. Так. – Она закрыла лицо руками, не в силах подавить истерический смешок. – А по какому случаю?
– Мы опознали барраярский корабль, нашли его в справочниках и установили, кто им командует. Мы просто не могли оставить вас в руках Мясника Комарры. Решение было единогласным.
Она на мгновение отвлеклась:
– Интересно, как это, черт подери, вам удалось добиться единогласного решения… Ладно, не будем. – Она осеклась, заметив, что Стьюбен горделиво приосанился, готовясь дать обстоятельный ответ. «Просто хоть головой о стену бейся… Нет. Мне нужна информация. И ему тоже».
– А вам известно, – вкрадчиво проговорила она, – что барраярцы планируют провести через эту систему свой флот, чтобы неожиданно напасть на Эскобар? Если бы вы добрались до дома и сообщили об открытии новой планеты, их блицкриг стал бы невозможен. Теперь из-за вас все пошло кувырком. Где сейчас находится «Рене Магритт» и каким образом вы сюда проникли?
– Как вам удалось все это узнать? – поразился Стьюбен.
– Время, время, – напомнил лейтенант Лэй, постукивая пальцем по хронометру.
Стьюбен продолжил:
– Позвольте я вам отвечу по дороге к катеру. Только скажите, где Дюбауэр?
– Он… К какому катеру? Нет, так не пойдет, давайте с начала. Я должна сориентироваться, прежде чем сделаю хоть шаг в коридор. Насколько я понимаю, барраярцы знают, что вы на борту?
За дверью все еще выл сигнал тревоги, и она сжалась, ожидая появления охраны.
– Нет, не знают. В этом вся прелесть, – гордо ответил Стьюбен. – Нам колоссально повезло. Когда мы удирали, они преследовали нас два дня. Я не включал полную скорость – только такую, чтобы удержать дистанцию, и вел их за собой. Думал: может, нам удастся повернуть и как-нибудь подобрать вас. Но они почему-то передумали и легли на обратный курс. Мы дали им отойти, а потом и сами повернули. Надеялись, что вы все еще прячетесь в лесах.
– Нет, меня поймали в первый же вечер. Продолжай.
– Мы набрали максимальное ускорение, потом отключили все, что могло дать электромагнитный шум. Кстати, проектор прекрасно действует в качестве глушителя, как в опытах Росса в прошлом месяце. Мы прошли мимо них, а они даже не моргнули…
– Ради Бога, Стью, к делу, – пробормотал Лэй. – У нас мало времени.
– Если этот проектор попадет в руки барраярцев… – начала Корделия, повышая голос.
– Не попадет, уверяю вас. И вообще «Рене Магритт» сейчас летит по параболе к здешнему солнцу. Замаскируется радиоизлучением звезды, наберет разгон и промчится мимо, чтобы подобрать нас. У нас примерно два часа, если бы отсчет начался… ну, допустим, десять минут назад.