Чтение онлайн

— Отарчик, ты так не волнуйся, пожалуйста. — Оливия Генриховна вновь вскочила, метнулась к аптечке, что хранилась в шкафчике, достала какие-то таблетки.

— Прекрати мне их всё время совать! — возмутился отец.

— Тебе нельзя волноваться! Вот, выпей, — парировала мать и пояснила специально для Агаты, надеясь, наверное, ту успокоить: — После того звонка отцу пришлось вызывать «скорую».

— Оливка!

— А мне вы почему не позвонили?

Голос Агаты звучал растерянно. Ей казалось, что она попала в какую-то параллельную реальность. Ту реальность, которой просто не могло быть. Точнее, так она чувствовала себя вот уже почти два месяца, и всё, что ей ещё хоть как-то позволяло держаться — корни. Мама и папа, к которым можно было прибежать, когда плохо, лечь тихонько им на колени, как в детстве, обнять. Неизменные, как время, как окружающие пейзажи, мама и папа… А теперь и они, как перекати-поле, сорвались куда-то.

— Ну, зачем ещё и тебя пугать да расстраивать?

— И правда. Мы же чужие люди!

— Не чужие! В том-то и дело. Перестань себя накручивать, Агатик. Успокойся. Мы всего-то в Берлин.

— По нынешней жизни с таким же успехом вы могли и на Марс податься!

— Ты преувеличиваешь. Долгосрочная виза у тебя есть. Да, на дорогу уйдёт чуть больше времени, но это не критично.

— Не критично, — Агата опустилась на стул, пригладила наэлектризовавшиеся от скопившегося напряжения волосы. Каждый раз, как только ей начинало казаться, что она нащупала какую-никакую почву под ногами, Агату вновь вышвыривало в невесомость. У неё не было понимания, как ей теперь держаться. И за счёт чего.

— Я ещё могу остаться. Если мы тебе так нужны, — тихо заметила мама, переглянувшись с отцом. Агату всегда восхищало то, что они умеют без слов с ним разговаривать. Может, если бы самой Агате было с кем вот так молча говорить, было бы легче. А так — казалось, ещё чуть-чуть, и запнувшееся сердце остановится вовсе.

— Ещё как можем! Нас этим выродкам не запугать!

Как же хотелось с этим согласиться! Как невыносимо хотелось.

— Нет. Нет, что вы. Извините мою реакцию. Просто всё очень неожиданно… Хотя почему так, непонятно, правда? — Агата горько засмеялась.

— Агата…

— Вы всё правильно делаете. Ни в коем случае нельзя упускать такую возможность, мама. Пап, а ты, может, тоже решишь дать какой-нибудь мастер-класс? Тебя же звали! Вот и поезжайте. Встряхнётесь.

Даже в невесомости, в которой она пребывала, одно из немногого было понятно — родителями нельзя рисковать. Ни её мать, ни её отец не смогут остаться в стороне от происходящих событий. Агата очень хорошо понимала, пусть они и не договаривали, что не будь поступившие им угрозы в самом деле серьёзными, они ни за что не решились бы на такой отчаянный шаг… И если теперь она их не поддержит, её несгибаемые родители просто сломаются. Или, что гораздо более вероятно, сломают их.

— Дочь, может, и ты с нами?

— А как же бабулин фонд? Как же наши подопечные? Они в чём виноваты?

— Вырастили ответственную барышню себе на погибель! — воскликнул отец.

— Лишь бы не ей самой на погибель, Отар.

— Мам, ну ты чего? Не нагоняй панику.

— Я не нагоняю! Просто обещай, что уедешь, если что-то пойдёт не так.

— Обещаю.

— И не будешь грудью лезть на амбразуру! Я тебя не для того воспитывала.

— Не буду. А теперь мы можем уже поесть? Эти пирожки выглядят просто изумительно.

Она не могла больше поддерживать их беседу. Тему требовалось сменить во что бы то ни стало! Притвориться, что всё хорошо, отмотать на два месяца. Иначе она просто развалится. На части. У всех на глазах.

— Да, конечно. Бублик, Макарон, фу… — мама отвлеклась на своих псов. Агата улыбнулась отцу. А тот, видно, и сам не прочь был притвориться, потому что стал рассказывать ходящие по посёлку сплетни и всячески демонстрировать, будто всё нормально. И было это хо-ро-шо. Как в прежние времена. Шипел чайник, гудели проснувшиеся пчёлы, и ветерок раздувал кружевные занавески на окнах.ГЛАВА 15

Ко дню отъезда настроение Стужина испортилось окончательно. Не без помощи дочери, которая вела себя просто отвратительно. Пока Илья проверял, ничего ли не забыл, пока перекрывал воду в кранах и накрывал простынями мебель, чтобы та не пылилась, Ксюша орала, падала на пол и с яростью молотила ногами в воздухе. Поначалу он ещё как-то пытался её успокоить — не помогло. Не сработала и тактика игнорирования. Минут через пятнадцать такого концерта нервы Стужина сдали. Он выскочил на балкон и закурил, благо от Миланы остались сигареты — тонкий, но довольно крепкий «Парламент».

Ксюша так орала, что он не сразу услышал, что в дверь звонят. Затушил окурок, закрыл за собой дверь и вернул тюль на место.

Дзынь-дзынь-дзынь.

— Ксюх, это, наверное, бабушка. Пойдёшь со мной бабулю встречать? Нет?

— А-а-а-а-а-а!

— Ясно, — пробормотал Илья, игнорируя тик в глазу, и поплёлся в коридор, чтобы открыть дверь незваным гостям. Как он и думал, на пороге застыла Зоя Константиновна, за спиной которой маячил муж.

— Добрый день.

— Добрый? Ну, может быть, для кого-то… — шмыгнула носом женщина. — Для меня — нет. Я все дни не могу успокоиться, реву. Правда, Серёжа?

— Мы же не на Марс улетаем, — в который раз повторил Илья.

— Я вообще не понимаю, зачем вам уезжать!

— Затем, что здесь в ближайшие годы ничего толкового не будет. Не хочу ставить крест на своём будущем и будущем дочки.

— Да с чего ты это взял?! Меньше читай эту свою независимую прессу! Ты разве не знаешь, что в мире творится? Кризис. Без нас там пропадут. А нам-то что? Мы, наоборот, наконец, заживём по-человечески.

Илья пожалел, что вообще влез в этот разговор. Потому как следующий вопрос, который сам собой напрашивался, был до банального очевиден и затёрт до дыр — что им мешало зажить по-человечески в последние двадцать с хвостиком лет. Точней, прости господи, кто. Но у этих людей был какой-то сбой в причинно-следственных связях. С телевизором они дружили гораздо больше, чем с логикой. Они ели то, чем их кормили, не желая задумываться о меню, и всерьёз полагали, что это норма.

Ну и чёрт с ними! Пусть и дальше живут в своём придуманном мире. Рано или поздно он рухнет, как карточный домик. Но это будут уже не его проблемы. Кстати, о проблемах…

— Пойду к Ксюше, она сегодня что-то совсем расходилась…

— Ещё бы! Чувствует, видно, что ты собрался её увезти. От родных-то бабушки и дедушки. Как будто мало, что она мать потеряла.

— Пожалуйста, не начинайте. Лучше попытайтесь её успокоить. У меня не выходит.

— Тогда как же ты с этим будешь справляться один?!