Основной инстинкт

— Господин Радов, к вам господин Стрельников, — по внутренней связи раздался женский голос.

В нем слышалась официальность и затаенная томность, как бы говорившая о личном отношении к тому, к кому она обращается.

— Пусть войдет, — спокойно ответил молодой мужчина за рабочим столом.

Он еще раз подкинул вверх бейсбольный мяч и, не глядя, поймал его ладонью, крепко сжав пальцами. И лишь побелевшие костяшки выдавали заинтересованность в посетителе. На лице мужчины не промелькнуло никаких эмоций.

В просторный кабинет вошел поджарый мужчина лет сорока пяти. Он окинул быстрым взглядом знакомую обстановку помещения и спокойным шагом направился к хозяину кабинета. Господину Стрельникову было интересно узнать настроение Радова, но кроме привычного равнодушия ничего не увидел. Сколько раз он пытался проникнуть сквозь завесу отстраненности своего нанимателя? Сбился со счета. И вот сейчас необычность задания, заставившая начальника службы безопасности компании «Р&Р» заниматься делом, совершенно ему несвойственным, надеялся получить ответы на вопросы, давно поставленные и нерешенные.

— Рэй, по твоему запросу найдено пять женщин, — сухо произнес Стрельников, подавая тонкую папку в руки Радова.

Между мужчинами давно прошла стадия узнавания, позволившая им обращаться друг к другу по имени.

— Так много? — на губах хозяина кабинета скользнула холодная улыбка.

Начальник безопасности посчитал, что владелец «Р&Р» недоволен результатами, считая их недостаточными, а потому нахмурился и продолжил:

— По тем критериям, что ты нам задал, я вообще удивился результатам. Разумеется, в первую очередь мы искали в России, затем стали делать запросы по миру. Надеюсь, ты поймешь, что африканские и азиатские страны не дали полной информации, — слегка приподнял брови мужчина в ожидании одобрения.

В ответ Радов кивнул. И этот жест означал, что понимает трудности, представшие перед его подчиненным, и одновременно предлагал продолжить свой доклад. Стрельников жест понял правильно, а потому продолжил.

— Мадам Элеонор Дюпье, уроженка Франции, — раскрыв папку, принялся излагать сухие факты начальник безопасности, — Учительница музыки в средней школе, тридцать восемь лет. Замужем, имеет двух дочерей десяти и семи лет.

Кивок со стороны Радова, означающий, что информация услышана.

— Мисс Дебра Монтеран, уроженка Саудовской Аравии, — продолжил Стрельников, получив поощрение, — Отец работал по контракту, и его жена родила дочь в это время, — уловив недовольство на лице работодателя, мужчина решил сократить экскурс в историю происхождения второй претендентки, — Сорок два года, разведена, имеет сына семнадцати лет.

Еще один кивок от Радова, показавший о внимании слушателя.

— Мисс Ришана Догра, уроженка Шри-Ланки, — в этом месте Стрельников замялся и принялся пояснять, — Здесь данные не очень понятные. В их базах данных сплошная путаница.

— Что о ней известно? — сухо перебил оправдания Радов.

— Двадцать три года, замужем, четверо детей, — в этом месте голос мужчины немного смягчился, — две недели назад родила мальчика.

— Дальше, — требовательно обронил хозяин кабинета.

— Госпожа Орлова Маргарита Ильинична, Россия, двадцать лет, не замужем, — отстраненно произнес данные начальник безопасности, заранее зная, какой выбор сделает Радов.

— Еще кто? — холодно взглянул на раскрытую папку мужчина.

— Мисс Луиза Ханс, уроженка Израиля, тридцать лет, не замужем, — закончил говорить Стрельников и передал папку с фотографиями и анкетами своему наймодателю.

Радов проследил движение синего прямоугольника из пластика по столу и задумчиво спросил:

— У всех одинаковый уровень выживаемости?

— Не совсем, — уклончиво уточнил Стрельников, — индуска имеет самые высокие показатели, на втором месте госпожа Орлова, остальные примерно одинаковые, но отстают от этих двух.

— Пятеро, — задумчиво произнес Радов и поднес кисть руки с зажатым в ней мячом к подбородку, легко стукнув кулаком, — Пятеро.

— За два месяца все, что удалось найти, — выдохнул мужчина.

Он внимательно наблюдал за Радовым, стараясь понять цели, для каких ему понадобились эти женщины. Насколько он знал, владелец «Р&Р» никогда не знал недостатка в женском обществе. Но в этот раз задача стояла специфическая. Заказчика не интересовала внешность или размер состояния ее или родственников, в том числе возможный титул. Сейчас были заданы странные параметры, и Стрельников очень надеялся, что смог доставить всю информацию. Опять же это могло приподнять завесу таинственности, окружающей мужчину.

Радов не позволял кому-нибудь совать нос в личные дела, обрывая вопросы на эту тему одним холодным взглядом. О его состоянии ходили легенды, по одной из которых Рейланд получил наследство от своих дальних родственников, а затем значительно его увеличил, по другой версии Радов добился всего сам, поднявшись из самых низов. Никто точно не мог сказать, откуда он родом, потому что сам Стрельников два раза исправлял данные паспорта по приказу начальства. Так что быть уверенным в том, что там написано, не было возможности. В официальном документе значилась странна рождения Россия, город Москва, возраст тридцать два года. Опыт же подсказывал начальнику безопасности, что каждая буква не соответствует истине.

Разумеется, Радов прекрасно знал столицу, ориентировался в ее улицах, в подземке свободно передвигался, водил знакомство во всех слоях общества — от правительства до бомжей, живущих на ближайшей от его дома заброшенной стройке. И все же Стрельников несколько раз приходил к выводу, что если бы Рейланд Радов пришел устраиваться к нему на работу, то он бы не дал одобрения на его кандидатуру. Только вот сам Стрельников сейчас работает на таинственного, богатого и жесткого начальника. И не служба безопасности задает вопросы подозрительному претенденту, а они выполняют самые разнообразные приказы владельца «Р&Р».