Чтение онлайн

— Просто попросил?

— Ну-у-у…

— Серёжа, — жалобно поинтересовалась Линера, — ты когда-нибудь повзрослеешь?

Да взрослый я, взрослый! Давно взрослый. И не будь тут вражьего Штирлица в юбке (точнее, пока в штанах, но женские тряпки мы принцессе быстро найдём), доложил бы как положено: «Дорогая, в результате проведённых оперативных мероприятий было установлено следующее: во-первых, козёл тебя не хотел; во-вторых, его отзовут; в-третьих…» Ну, и так далее. В общем, маска обязывает. А носить её приходится даже со своими. Чтобы не расслаблялись и при чужих реагировали правильно. Как минимум — пока точно не решим, что с этой нашей гостьей делать. И, кстати, мысль поженить их с Касом не такая уж и глупая. Нужно только подождать, пока притрутся. А потом… Хе! Император Каххара — сын Хранителя Гнезда! Казус Беллиус Людоед-младший! Во номер будет!

Мечты-мечты… А грубая проза жизни вносит свои коррективы. Н-да. Внесёт. Точнее, попробует внести. Но с этим потом разберусь. Сейчас бы встречу с тестем пережить как-то.

Когда в приоткрывшуюся дверь кабинета просунулась знакомая молодая физиономия и поинтересовалась разрешением войти, Наместник вздохнул: наблюдатели, на всякий случай приставленные к посланцам смотрителя, успели уже доложить о произошедших с утра событиях. Так что теперь ан'Камис-старший готовился к неприятностям (на всякий случай) и размышлял о том, кем может быть переодетая юнгой женщина (имевшийся среди агентов маг определил это по ауре). «Что ж, — подумал граф, — сейчас всё и узнаю», — после чего приветливо улыбнулся:

— Заходите, юноша. Я как раз хотел с вами поговорить.

Сергей, не заставляя себя упрашивать, тут же просочился в кабинет и направился к окну, явно намереваясь устроиться там, а вошедшие следом Казус и Ирнаен-младший заняли кресла перед столом Наместника. Мряв же, заглянувший в дверь, почему-то с явной насмешкой фыркнул и предпочёл остаться в приёмной.

Когда все расселись, младший Беллиус начал с заметной нерешительностью:

— Граф, тут такое дело… Я вам сразу не сказал… Думал, так узнаете… от Лин…

Упоминание о дочери сначала заставило ан'Камиса-старшего насторожиться. Затем он вспомнил новости, рассказанные женой, и недоумённо нахмурился: по его мнению об ожидаемом прибавлении в семье должен был говорить сам Людоед, но никак не его брат. Или…

— В общем, — собрался между тем с духом Сергей, — это я на Лин женат. И тогда, в библиотеке, неприятности обещал тоже я. Просто новым телом обзавёлся. А ещё, я — дракон! Вот!

«Дра… Кто?! Повелитель?! Здесь?! Муж Лин?! Стоп-стоп-стоп. Слухи. Слухи были. К северу от Прибрежного несколько раз видели летящего дракона. В сумерках. Я приказывал их проверить. Ан'Ругис докладывал, что… Ан'Ругис… Ан'Ругис! Его же мне Ир посоветовал! А я… Ну сын! Родного отца — как мальчишку! И ведь не стыдно паршивцу! Совсем ведь не стыдно! Я же вижу! И куда Линера пропала, ты, получается, знал, и…»

И почему мне кажется, что Иру в ближайшие дни лучше дома не появляться? А? Тестюшка-то мужик у-умный. Два и два без калькулятора сложить может. И что родной сын его за нос водил всё это время, явно понял. Вон, как глазами сверкает. А самое интересное — доказательств не требует. С полуслова поверил. Это у меня что, дар убеждения прорезался?.. Да нет, вряд ли. Скорее, тема слишком серьёзная. Граф даже представить не может, что я так шучу. Но показать всё же стоит. Только в сторонку отойду чуток, чтобы ничего не сломать. Ага. И-и-и… р-р-раз!!!

Фу-у-у! Даже легче как-то! Всё же почаще изменяться надо. Почаще. Хоть ненадолго. На часик. И летать. И жену покатать наконец-то. А то, тварюга бесстыжая, так и не удосужился. Точно! Сегодня же и покатаю. А заодно и принцессе покажусь. Только соврать надо будет, что мелкий по делам слинял. В смысле, изменюсь, совру, приглашу… Не, сначала приглашу, а потом сделаю кислую морду и скажу, что ей везёт, а вот меня… Ага. А потом Лин покатаю. Она девочка смелая, не испугается. Во-от… А сейчас… Ос-то-рож-ненько… Та-ак… хвост сю-у… да-а…

— Да вы потрогайте, уважаемый Ирнаен, потрогайте. Не обижусь.

— Как сказал один великий военачальник, никакой план не выдерживает столкновения с противником. [2]

— Это ты к чему?

— К тому, что моё желание не светиться подольше накрылось медным тазом. Бо-ольшим таким медным тазом. Блестящим. Новеньким.

— Думаешь, Наместник разболтает? Так он вроде человек разумный…

— Ага. Очень разумный. Как узнал, кто я, так сразу про послезавтрашний совет Домов и сказал. А до этого молчал в тряпочку.

— Ну, значит, будешь светиться. Всё равно смотритель сказал, кому захотел.

— Кас, не наезжай на деда. У него мозгов больше, чем у всего нашего клана вместе взятого. А что втёмную всё делает, так за две тыщи лет и не такие привычки появятся. Я на тебя посмотрю в его возрасте.

— Я столько не проживу.

— Да куда ты денешься?!

— Помру, как ты говоришь, на фиг.

— И меня одного бросишь?! Кас, у тебя совесть есть, а?

— А у тебя? Что ты ко мне пристал с этой женитьбой? На кой гоблин она мне?

— А ты собираешься всю жизнь по борделям бегать?

— А тебе уже завидно?

— Да было бы чему завидовать! Просто я тут однажды подумал… В общем, если у меня мальчик родится, а у тебя девочка, они вполне могли бы… Ну, это, пожениться.

— Тьфу ты! У тебя всё к одному сводится! Сергей, ты, вообще, как, здоров?

— Здоров, здоров. Это просто драконьи инстинкты так проявляются. Мне надо численность восстанавливать, вот и…

— Вот и восстанавливай. Я-то тут при чём?

— Касси, тебе сегодня вечером к Наместнику надо будет, — ага, вот так, с порога. Дранг унд чего-то там. — Лин, я твоему папе всё сказал, всё показал. А он мне, между прочим, сразу же работу нашёл. Так что я побежал… Да! Ты тоже зайди. И… это… В общем, Кас тебе объяснит.

Ну вот. И даже не соврал. Осталось придумать, чем заняться до вечера.

По мнению Кассилы, Линера Беллиус оделась для визита к Наместнику явно неподобающе: мужской костюм и высокие мягкие сапоги. Всё кожаное. Всё чёрное. Из украшений — только налобная повязка, густо усеянная мелкими чешуйками, и серебряный брачный браслет. В то время как для самой принцессы нашлись и весьма приличное платье, и хоть и неброские, но достаточно дорогие украшения, и даже изящные туфельки, незадолго до выхода принесённые пожилым тёмным.