Чтение онлайн

Когда они с Леоном остались наконец одни, стало уже темнеть. Они вышли на веранду, и тут Леон стал рассказывать, что ему пришлось пережить с того дня, когда неожиданно объявилась мать Чиппи и Фионы и принялась угрожать, что заберет детей.

– Я сразу понял, что дети ее вовсе не интересуют; ей нужны были деньги. К большому сожалению, я выдал себя, позволив ей увидеть, как дороги мне Чиппи и Фиона, и она стала торговаться, каждый раз повышая сумму. Наконец она остановилась на пяти тысячах фунтов, хотя я дал бы ей и гораздо больше, если бы она стала настаивать. – Леон замолчал. Единственным звуком в тишине сада был шелест листьев на верхушках пальм.

– А теперь она не сможет забрать их? – испуганно спросила Элен.

– Это беспокоило меня больше всего, – ответил Леон, – и я отказался давать ей деньги до тех пор, пока она не подпишет согласие на мое официальное усыновление. Сегодня мы оформили все документы, поэтому я и задержался. Нет, родная, никто не отнимет у нас детей. – Он привлек жену к себе, и она ощутила нежность и силу его рук.

– Если бы ты только позволил мне разделить с тобой все невзгоды… – тихо сказала Элен и с искренним раскаянием добавила: – Я так глупо вела себя, Леон. Не знаю, сможешь ли ты простить меня.

– Ты же простила меня, помнишь? – А когда она не ответила, он произнес: – Все было не так, как ты думала, дорогая. Я любил только тебя. – Он заглянул ей в глаза. – Ты веришь мне, Элен? Должна верить!

– Верю, Леон! Но почему я не могла поверить в это раньше?

– Потому что ты один раз уже обожглась. Естественно, ты считала, что все мужчины одинаковы. – Леон наклонился, чтобы поцеловать жену, и с улыбкой сказал: – Осталось еще одно маленькое недоразумение, моя милая глупышка. Ты обвиняла меня в том, что я ездил с Паулой на пикник, но ты совсем забыла, что она торгует недвижимостью, а я как раз искал дом для тети Хрисулы. Могу тебя заверить, любовь моя, что осмотр бесчисленного множества домов не имел ничего общего с пикником.

Элен молчала, виновато опустив голову. Леон взял ее за подбородок и заставил поднять глаза.

– Я не знаю, сможешь ли ты простить меня, – срывающимся голосом повторила она. – Я… я все время делала слишком поспешные выводы.

– Ну, честно сказать, я тоже, – признался Леон. – И я ужасно ревновал тебя к твоему англичанину…

– Он вовсе не мой… ты напрасно ревновал меня к нему.

– Ты ходила с ним купаться, а я чуть с ума не сошел…

– Купаться? Как ты узнал?

– Ты оставила пляжную сумку на крыльце, а Фиона не могла удержаться, чтобы не заглянуть в нее. – Леон замолчал, и Элен почувствовала, что ему неприятно вспоминать об этом. – Когда я увидел мокрый купальник, я просто обезумел. Я знал, что на пляже ты была с Робертом, потому что здесь у тебя нет других знакомых.

Элен на мгновение задумалась, потом удивленно спросила:

– Леон, почему ты сразу ничего мне не сказал? Почему ты признался лишь сегодня утром?

– Разумеется, я в тот же день хотел поговорить с тобой, но не решился. – У Леона даже дрогнул голос, и Элен теснее прижалась к мужу. – Видишь ли, дорогая, я знал, что если мать Чиппи и Фионы заберет их, ты свободно сможешь покинуть меня, ведь только дети удерживали тебя здесь…

– Нет, нет, Леон, – поспешно заверила его Элен. – Я никогда не оставила бы тебя, любимый, тебе незачем было волноваться.

– Но я думал, что ты уйдешь от меня, и старался сдерживаться и не расстраивать тебя. Я так боялся потерять тебя, родная. – Леон привлек ее к себе, и Элен ощутила нежную настойчивость его губ.

Ветер принес терпкий запах сосен с холмов. Всюду царила тишина, и Элен взволнованно прошептала:

– Ты никогда не потеряешь меня, Леон. Я твоя навсегда.