Остров без акул
Шрифт:
Невыносимый ужас охватил Кена. Ему приходилось видеть всяких морских тварей — акул, скатов, черепах, осьминогов, химер — но это… это…
Переступая по дну лапами, к нему приближалось существо и впрямь похожее на не очень крупную морскую черепаху, но без панциря, поросшее длинной густой шерстью. Ужаснее всего была голова, — большая, гладкая, сидящая на длинной шее. Но еще ужаснее было его лицо, отдаленно напоминающее обезьянье, с узкими злобными глазами, приплюснутым носом и большой пастью. Пасть приоткрылась, выставив наружу множество острых зубов и торчащие клыки.
«Луска», — пронеслось в голове у Кена, точно — «луска»! Ему приходилось слышать массу легенд об этом чудовище, якобы живущем в подводных пещерах у Багамских островов и нападающем на людей, крупных рыб и акул; кое-кто называл этого монстра «подводным снежным человеком»… Но Кен считал все эти рассказы выдумками, обычными охотничье-рыбацкими байками. Он отчаянно забил ластами, но почти сразу же понял, что это бессмысленно. Чудовище стремительно всплыло и ринулось к нему, мощно гребя длинными лапами, и стало совершенно очевидно, что драки не избежать. Господь поймал меня за язык, обреченно подумал Кен, выпуская кейс и сжав в руках гарпун. Ты хвастал, что готов достать морского дьявола — ну так вот он, морской дьявол…
Они боролись у самого дна, вздымая облака мути. Кен отчаянно извивался всем телом, пытаясь уйти от клыков страшной морской твари, и вовсю орудовал гарпуном. Несколько раз ему удалось поразить тело чудовища, и в воде вокруг них заклубилась зеленоватая кровь. Несколько раз Кен мысленно прощался с жизнью — когда голова на длинной мохнатой шее ляскала зубами у его лица, а передняя лапа чудовища, вооруженная мощными кривыми когтями, пропахала на плече Кена четыре глубоких борозды, выпуская кровь из человека… В конце концов неимоверным усилием Кен оказался на спине у раненой твари. Обхватив ее бока коленями и высоко подняв гарпун, он обеими руками глубоко всадил его острие в то место, где, по его расчетам, у твари должно было находиться сердце. Темное облако вокруг стало гуще, агонизирующее чудовище бешено забилось, изгибая шею и пытаясь достать человека зубами. С головы Кена слетела маска. Теряя сознание, он крепче сжал зубами загубник и включил клапан, наполняющий мешок воздухом из акваланга…
…Они всплыли вместе — воздушный мешок вынес на поверхность человека, который и в бессознательном состоянии не выпустил из рук гарпуна, и, таким образом, вытянул морское чудовище за собой. Кену повезло дважды: кейс случайно зацепился ручкой за рукоять ножа, пристегнутого к ноге ныряльщика, и тоже оказался наверху.
В полосе прибоя Кен отбросил акваланг и ласты. Охваченный какой-то дикой яростью, измученный водолаз пятился, волоча за собой убитую тварь за задние лапы. Он тащил чудовище по песку в сторону палатки, чтобы в эту срань Господню ткнуть носом человека, заведомо пославшего его на верную смерть и не предупредившего об опасности… Расчет Джереми был прост, как апельсин: если Кен одолеет чудовище — хорошо, если чудовище Кена — об этом никто и никогда не узнает, можно нанимать следующего ныряльщика…
Спустя полчаса Кен выпустил лапы твари и тяжело рухнул на песок у самой палатки.
Из нее доносился громкий храп. Так-так, с ненавистью подумал Кен, разглядывая пустые бутылки из-под виски «Белая лошадь», валявшиеся вокруг. Нечистую совесть свою в спиртном топишь, подлюга? Ну, с-с-сволочь… И тут ему в голову пришла великолепная, как показалось, мысль. Постанывая сквозь зубы, Кен разложил мертвое чудовище прямо перед палаткой, головой ко входу. Потом, подумав, ножом разжал челюсти чудища и вставил между ними ручку кейса. Вот тебе твой чемоданчик, Джереми, злорадно подумал Кен. Хотелось бы видеть твою рожу в тот момент, когда ты будешь его доставать…
Джереми продолжал храпеть. Через какое-то время ему предстояло проснуться, выйти из палатки и увидеть у своих ног небывалого монстра, держащего в зубах чемодан… От этой мысли Кен слегка повеселел. Держу пари, подумал он, что после этого Джереми даст зарок больше никогда не пить. А уж заорет, небось, так, что слышно будет аж в Вальпараисо…
Кен выпрямился, стряхивая с мокрого тела песок, потом медленно пошел по направлению к озеру — поглядеть на фламинго.