Чтение онлайн

– Что это?! – еле слышно проговорила она.

Вилка слабо звякнула о нож в ее задрожавших руках.

– Курица! – Одноглазик с изумлением заморгал единственным глазом.

Невозможно представить себе, какой ужас и растерянность охватили пиратов, когда они увидели на блюде вместо рыбы жареную курицу.

Они шарахнулись от стола, опрокидывая табуретки и стулья.

– Пираты, эта курица пахнет привидением… – прошептала Джина Улыбнисьхотьразок, пятясь к двери.

– Даже за кошелек золота не съем и крылышка! – Вся шерсть на спине Черной Кошки встала дыбом.

– На этом корабле живет привидение, – простонал длинный Джек и сделал попытку спрятаться за Джона, – это оно переменило курицу на рыбу!

– А рыбу на курицу, – договорил толстый Джон и сделал попытку спрятаться за Джека.

– Ясно… Это его рук дело! – прохрипел Коротышка и стал еще меньше ростом, словно ужас, как невидимая тяжесть, придавил его.

Пираты сбились в кучу, в страхе прижимаясь друг к другу.

– Корабельную Белку сюда, – слабым, прерывающимся голосом приказала атаман Джина.

– Белка! Крыса! – нестройно закричали пираты.

По трапу заскрипели мелкие коготки. В каюту вбежала Белка.

– Вот тебе твоя пиратская порция, – негромко проговорила атаман Джина, издали указывая на курицу.

– Мне? Целую курицу? – растроганно воскликнула Белка. От умиления слезы навернулись у нее на глазах.

– Но сначала исполни мой приказ. – Джина никак не могла отвести взгляд от заколдованной курицы. Ей казалось, что та вот-вот снова превратится в рыбу. С перепугу ей даже померещилась на курице чешуя и пара плавников на спине. – Пират Крыса! Приказываю тебе немедленно прогрызть в днище корабля дыру. Да побольше.

– Ну уж для дружков-приятелей. – Черная Кошка вежливо перешагнула через Белкин хвост. Трясущейся лапкой погладила ее по спине.

– Ладно уж… – несчастным голосом сказала Белка.

– Для друзей пират должен делать все, – стараясь казаться спокойной, сказала атаман Джина. Но, не выдержав, повернулась и, подобрав юбку, со всех ног бросилась по трапу вверх.

Пираты, отталкивая друг друга, кинулись за ней.

Белка с некоторым удивлением проводила их глазами. Опустилась на стул, подперла морду лапой.

Море и небо за круглым окном посветлели. Ровная тихая голубизна – небо. Голубые волны – море. День обещал быть ясным, солнечным.

Белка вспомнила об отважном капитане, о матросах, брошенных в трюм, крепко связанных по рукам и ногам. И ей стало так тоскливо, как никогда в жизни.

Много лет подряд мечтала она о морских путешествиях, о друзьях, нашла наконец и теперь могла потерять все.

– Грызть или не грызть? – с глубоким вздохом проговорила она.

– Не грызи! – послышался чей-то взволнованный голос.

Белка вздрогнула, обернулась и увидела высунувшуюся из бочки голову дрессированной Сардинки.

– А, это ты… – равнодушно пробормотала Белка и вдруг, вскочив с места, заговорила горячо, прижав лапки к груди: – Да пойми ты, рыбья голова, как же мне не грызть? Разве я могу? Ведь я тогда останусь одна, без друзей.

– Эх ты, простота, наивная душа, – с сожалением сказала Сардинка, – обманывают тебя пираты. Я сама слышала: корабль пойдет ко дну, и ты вместе с ним.

– Не верю, – простонала Белка. – Ведь мы друзья!

– Пираты друзьями не бывают, – твердо сказала дрессированная Сардинка.

Белка в отчаянии заломила тоненькие лапы.

– Грызть или не грызть? – с тоской повторила она.

Вставало солнце, и золотые волны шли от него до самого носа корабля.

Капитан Тин Тиныч задумчиво глядел на море.

– Хороший денек будет… – вздохнул старпом Сеня.

«По такой погоде мы бы уже завтра, в крайнем случае послезавтра, увидели родные берега», – подумал капитан Тин Тиныч, но промолчал.

На палубу с топотом выбежали пираты. Обрадовались свету, солнышку. Атаман Джина с нескрываемым страхом оглянулась на ступеньки, ведущие вниз, передернула плечами, будто от холода.

Она подошла к капитану Тин Тинычу, остановилась перед ним.

– Прощайся с жизнью, капитан, – злобно проговорила она. – Отплавался! Твой маяк будет светить на дне рыбкам!

– В трюм уже хлещет водичка, – высунулся из толпы пиратов Одноглазик.

– Белка прогрызла в днище большую дыру! – добавила Черная Кошка. – Что, капитан, не пора ли выкинуть за борт всякое там благородство и честность? Кому они нужны?

Капитан Тин Тиныч, хотя и твердо решил не вступать ни в какие разговоры с пиратами, не выдержал.

– Делайте со мной что хотите, но ведь там, в трюме, матросы. Они спят. Там юнга Щепка… – стараясь скрыть волнение, проговорил он. – Дайте им возможность спастись, сесть в лодки. Ну есть у вас хоть капля жалости?

– Жалость? – презрительно скривила губы атаман Джина. – Жалость только унижает пирата. Я не колеблясь швырну за борт каждого, кому знакомо это прокисшее чувство!

– Негодяи! – с презрением сказал капитан Тин Тиныч. – Что для вас совесть, честь, низкие души!

– Вот и пойдешь ко дну вместе со своей совестью и привидением, – с обидой проворчал Одноглазик.

– Ох, лучше не вспоминай! – замахала на него лапами Черная Кошка. Пираты перекинули трап с «Мечты» на корабль Томми.

Началась свалка. Каждый хотел поскорее убраться с заколдованного корабля.