Остров Сердце
Шрифт:
Она внезапно подняла с земли огромный булыжник и метнула в голову наступавшему Альфреду. Тот увернулся и попытался достать Яшку кастетом, но тоже промахнулся.
– Бей их!!!
– заорала Светка Димедрол и бросилась на Ляльку, нанося ей тяжелые удары кулаками. Альфред на секунду отвлекся от Яшки и кинулся помогать сожительнице, но в него мертвой хваткой вцепилась Акулина, а сзади под ноги подкатился Эмиль, после чего легкого Яшкиного толчка хватило, чтобы Альфред опрокинулся навзничь.
– Не отпускай их!!! – орала Яшка, пиная, что было силы, своего обидчика в пах. – Вырвутся – убьют нас! Не отпускай!!!…
Через пять минут Альфред с Лялькой перестали сопротивляться. Светка пнула каждого из них для верности пару раз ногой в голову, потом присела, потрогала обоих и констатировала:
– Если не сдохли, то не скоро очухаются!
Яшка деловито высыпала содержание сумки в ящик, сосчитала деньги, разделила на равные кучки часы, цепочки и решительно сказала:
– Забирайте. Отсюда порознь уходим, каждый своей дорогой…
– Я с тобой хочу! – попросилась Акулина.
– Нет! – отрезала Яшка. – Все порознь! Хватит уже…
– Яшка! – Светка нагнулась к Альфреду, который слабо застонал. – У него пистолет должен быть. Помнишь, в поезде, там еще шахматы чудные оказались! Может, при нем?
Яшка, пыхтя от напряжения, перевернула мужчину на живот.
– Есть! – объявила она. – Хорошо, он им воспользоваться не успел.
В ее руках оказался огромный черный пистолет.
– "ТТ"! – уверенно заявил Эмиль. – Дай подержать, Яш!
– Нет! – твердо сказала Яшка и, по примеру Альфреда, сунула пистолет со спины за пояс шортов. – Всё, девчонки! Разошлись! Мы с Эмилькой пешком до следующей станции двинем, к утру дойдем. А вы… как решите. Деньги и барахло лучше здесь где-нибудь спрячьте и давайте на вокзал. Там до утра пересидите, а потом… потом, как знаете. Все! Пока!…
… Яшка вскинула на плечи сумку, обняла за плечи брата и двинулась в темноту. Где-то ухнуло несколько взрывов, застрекотали автоматы. В кромешной тьме они шли по шпалам с полчаса, как вдруг откуда-то сверху решительно и властно прозвучало:
– Стой!!!
Наверху, на железнодорожной насыпи, появились несколько мужских фигур с оружием в руках.
– Стой!!! – повторил мужской голос. – Стой! Мы сейчас спустимся!
– Отпустите, дяденьки! – запричитала Яшка. – Мы дети… заблудились… Отпустите, дяденьки!
– Да отпустим!… Стой на месте!
Вооруженные мужчины спустились, и стало ясно, что это военный патруль: офицер и солдаты с автоматами. Офицер осветил их фонарем и строго спросил:
– Башмаки почему в крови?
Яшка механически опустила голову и действительно увидела, что ее светлые кожаные кроссовки и белые носки основательно заляпаны кровью.
– И руки тоже! – добавил офицер. – И футболка… Что в сумке?
– Деньги! – ответила Яшка, уставившись офицеру в глаза немигающим взглядом. – Вот! – она одной рукой протянула сумку, а когда тот взял ее, медленно подняла другую, в которой был зажат пистолет. Она нажала на спуск. Боек стремительно скакнул вперед и клацнул:
– Цган!!!
Выстрела не последовало.
Офицер завороженно смотрел на ствол, который почти уперся ему в живот. Он никак не мог до конца осознать, что эта хрупкая девочка-подросток, похожая на цыпленка, пытается стрелять в него.
– Цган!!! Цган!!! – еще два раза щелкнул вхолостую боек.
Солдаты попятились и вскинули автоматы, но стрелять не решались, тоже не очень понимая, что, собственно, делать и не шутит ли эта чумазая девица, щелкающая вхолостую курком.
Следующая секунда стала роковой. Яшка вспомнила, что в кино, перед выстрелом, пистолет берут сверху за корпус и передергивают – назад, а потом вперед. Она быстро, хотя и с трудом, повторила это движение и снова нажала на спуск. Пистолет подпрыгнул в ее руках, ствол шумно выплюнул короткий сноп пламени.
Офицер охнул и перегнулся пополам, и в ту же секунду один из солдат, вздрогнув от выстрела, механически нажал на автоматную гашетку. Очередь получилась короткой, всего-то пули в три. Но этого вполне хватило, чтобы все они пробили Яшке грудь и, не теряя убойной ярости, прошли дальше, через мальчика, который стоял, прижавшись сзади к сестре…
Пейзаж после битвы
Сидеть спиной к собеседнику, конечно, нехорошо. Однако и спереди, справа от водителя, мощное тело полковника размещалось с трудом. А уж пристроить свои сто тридцать килограммов в тесном заднем ряду милицейского "УАЗика" Баркову и думать было нечего.
Он слушал монотонный доклад начальника астраханского ОМОНа подполковника Алькеева, одновременно почему-то размышляя о судьбах отечественного автопрома. "Странная вещь… Лучший в мире автомобиль по проходимости! Равных нет! Но в хорошую пургу на переднем сидении сугробы наметает, зазоры в дверях такие, что палец проходит. Дверь с первого раза не закроешь никогда, хоть с размаху бей, хоть ласково ее защелкивай. Не закрывается, и все тут! Ну просто фигня какая-то!"…
– …наших четырнадцать убитых и около пятидесяти раненых… – услышал он.
– Откуда такие потери? – раздраженно уточнил Барков. Ему впервые в жизни пришлось командовать операцией по ликвидации спланированного мятежа. – Вы же ночью докладывали о пяти убитых?
– В районе водозабора тяжелый бой был, пытались захватить городскую систему водоочистки. Видимо, там орудовала основная группа подстрекателей, обученных военному делу и хорошо вооруженных. Несколько убитых опознаны – известные личности, еще со штурма Назрани. Их потери – девятнадцать человек убитыми. И на электростанции двенадцать. А всего за ночь с их стороны человек пятьдесят будет! Среди гражданских тоже есть убитые и раненые. Несколько человек на стадионе, потом ночью в городе, в том числе от рук мародеров… Сейчас цифры уточняем.