Чтение онлайн

А может, его совсем не существует? А если и существует, зачем?

Действительно, зачем?

Эх, люди-человеки! Всегда и во всем мы ищем пользу. Разве нельзя, чтобы Мрак существовал просто так, без всяких причин и надобностей. Даже не для того, чтобы пугать непослушных малышей.

Он не будет этого делать. Он добрый, Мрак. Добрый по-детски. Добрый к тому, кто сам добр.

Мрак — это ничто. Черное-черное чудовище, скалящееся в угольно-черной тьме антрацитовыми зубами.

Это Мрак. Мы не видим и не боимся. А между тем он ужасен.

Мы чувствуем это и умираем от страха. А меж тем он безобиден.

Мрак — это наше анти-я, в котором нет ничего от «я». Ведь мы не ведаем того, чего в нас нет.

Мрак — это огромное страшное чудовище, порожденное дикой фантазией Космоса. Оно засасывает миры и рождает звезды.

Мрак — это шелковистая полянка, усеянная голубой травой. Лежишь на ней, и кажется, что паришь в облаках. А облака такие зеленые!

Я хочу рассказать сказку о Мраке, сказку о зеленом луче. Сказку о Нем. Сказку обо мне. Сказку, которой никогда не было. Сказку, которая могла быть.

Море в том году было изумительно чистым. Солнце — словно безупречный золотой диск. Даже без пятен. Еще были степь и серые камни. Много серой степи и очень много камней.

Он сидел у моря и ловил зеленый луч. Да-да, тот самый зеленый луч, поймать который удается так немногим. Это не выдумка; один из Его приятелей клялся, что ему удалось поймать это мгновение. Правда, приятель был в тот день пьян.

Но Он ловил луч. Быть может, это была мечта, быть может, ему просто было нечего делать.

Солнце медленно погружалось в величаво-бездонное море. Желтые губы его коснулись освежающей влаги — и вдруг!

Сверкнул луч и ударил по ушам. Крик! Кто-то кричал. Кто-то звал на помощь.

Он сбежал по осыпанному камнями склону и прыгнул в море. Она тонула. Он вытащил ее. Без труда, слегка изумляясь. Он не верил в подобные истории. Слишком банально. Как в плохих романах.

Смешно, но Он не потащил ее в постель.

Невероятно, но она не пришла к Нему.

А утром она исчезла. А Он лишь пожал плечами.

Настал вечер, и исчез Он. Поиски продолжались много дней, но не дали никаких результатов.

Но с тех пор рыбаки, возвращаясь с моря, видят порой человека, сидящего на осыпанном камнями склоне. Они видят его всего мгновение, а потом он исчезает.

Он ловит свой зеленый луч, не ведая, что тот уже поймал Его и заковал в вечные цепи.

Зеленый луч. Я не видел его, но когда бываю на море, всегда смотрю вечерами туда, где смыкаются солнце и синяя кипень воды. Быть может, повезет?

Ах да, Он по-прежнему сидит около моря. Лишь мгновение. Но в последнее время с ним стали замечать девчонку. С колдовскими зелеными глазами…

К чему я это пишу, а?

Мрак пугает, так как он разумен. Помните гоейвское — «Сон разума порождает чудовищ»! Больной разум рождает чудовищ. Разум, научившийся раздвигать границы света и проникший в никуда — в Мрак, чтобы вырвать оттуда то, что должно поразить мир.

Вырвать и забыть.

Мрак покорим лишь сильному. Тому, кто не боится темноты, тому, кто не боится Солнца. Тому, кто не признает полутонов. Лишь черное и белое.

Черный квадрат. Всмотритесь, вся гамма радуги заключена меж гранями мрака и невесомостью светлого пространства.

Черный квадрат — это те, кто что-то запомнил. Но не успел рассказать.

Ведь Мрак — это Разум, который не в состоянии выдержать человеческий мозг. Это слишком ново и страшно. Это тысячелетия парсеков, втиснутые в один миг.

Не стоит познавать того, что стоит больше, чем жизнь. Даже если у тебя есть еще одна в запасе. Мрак поглотит и ее.

Мрак и Тартар. Серые тени на черном полотнище. Орфей победил Аида, очаровав его музыкой души, но что он получил в награду от Мрака? Тень! Всего лишь тень; но способную завлечь свою жертву в черные тенета познания. Там слишком душно и слишком темно, а в темноте зряч лишь крот, ибо ему не о чем думать.

Человеку же достаточно маленькой щелки, крохотной щелки в безмерное царство Мрака.

Ловите зеленый луч, и он принесет вам счастье. Ведь в нем отблески Света и Мрака.

ЛОВИТЕ СВОЙ ЗЕЛЕНЫЙ ЛУЧ!

Вбежав в залу Совета Пяти, Русий обнаружил там лишь понуро уставившуюся в полированную поверхность стола Леду. Отрешенный вид ее, смущение, и поспешность, с какой она отвела глаза, говорили о том, что произошла какая-то неприятность.

Вдруг Леда хлюпнула носом и бурно разрыдалась. Подобного Русий не помнил по крайней мере лет тридцать.

— Что случилось?

Вместо ответа Леда протянула ему какой-то лист бумаги. Русий быстро пробежал по нему глазами.

Это была распечатка с компьютера. Текст гласил:

— Где ты это взяла?

Не переставая всхлипывать, Леда ответила:

— Я случайно запросила данные радиоперехвата.

«Слишком много случайностей», — подумал Русий, но вслух этого говорить не стал, а спросил:

— Откуда велась передача?

— Из радиорубки.

— Кто там сейчас? Крим?

— Этна! — Леда вновь разрыдалась. — Но почему она с нами так?!

Этна? В памяти Русия возник образ погибшей Ариадны, чьи губы шептали: «Тот, кто пытается убить тебя, женщина. Ее кожа пахнет розовым маслом… Нет, это не Леда. Она не переносит благовоний, говорит, что их запах напоминает ей о храмовой службе. Розовое масло любит Этна…» Все сходилось. Русий вспомнил и странные взгляды, не раз обжигавшие его спину. Он вспомнил, что Гумий как-то заметил, будто бы Крим слишком быстро позабыл Ариадну и начал путаться с Этной. Их видели вместе? Что ж, это лишнее доказательство.