Чтение онлайн

– Хорошо. Понятно.

«Срединные». Еще одно выражение на заметку. Расспрашивать уже некогда, мы приблизались к единственным закрытым дверям, которые я видел в этом месте. Да и размер их намного больше. Тронный зал? Скорее всего. А значит, сейчас я встречусь с королевой.

Мое внимание сразу привлекла она. Повелительница диких краев Призрачного мира, куда меня ненароком занесло. Изящная и обманчиво хрупкая. Обманчиво, потому что от нее веет силой. Черной силой. Наверное, даже обычный человек это почувствовал бы. А уж близко знакомый с Лунной магией маг и подавно.

Величественная. Замершая неподвижно на хрустальном троне, прозрачными темными стрелами вздымающимся за ее спиной к самому потолку. Не молодая и не старая. Красивая. Будто изваянная рукой великого мастера из того же мрамора и хрусталя, что и ее дворец. Такая же не мертвая и не живая. С черными прямыми волосами невероятной длины, волной спускающимися до самого пола и растворяющимися в тенях. Аристократически бледная. Надменная. Черноглазая вполне по-человечески и уж точно не по-драконьи. В черном, невероятно сложного кроя платье с серебряной искрой, в черной бархатной мантии, обвивающейся вокруг ног. Сжатая, сконцентрированная сила, готовая извергнуться и обрушиться на окружающих в любой момент.

Очень сильная черная магесса? Не смешите. Берите выше.

Все кусочки мозаики в один момент сложились в моей голове, и я, пораженный собственной догадкой, столбом застыл перед троном ожившей богини. Богини Луны.

Разум твердил: «Не может быть!» Чутье вопило: «Да-да-да!» Ноги подгибались, готовые преклониться перед во сто крат более могущественной силой, чем моя.

Я же просто оставался стоять. И безуспешно пытался заставить замолчать вопящие чувства.

«Поклониться надо», – пришла в голову первая здравая мысль. Этикет еще никто не отменял.

Но не успел я еще ничего сделать, как сидевшая на возвышении в окружении придворных женщина, нарушив всеобщую неподвижность, поднялась со своего места и в мгновение ока оказалась передо мной. Длинные волосы бесконечным черным шлейфом протянулись за ней и туманной дымкой обвились вокруг ног.

Вот только что была она застывшим образом на троне, вот призраком пронеслась через зал, а вот живым человеком отчего-то заключила меня в объятия, крепко прижав к себе и шепча на ухо на древнеэлератском: «Дорри! Дорри! Сынок…»

И так знакомо, так по-родному это прозвучало. Так фантасмагорична и нереальна была вся ситуация. Так щемяще отзывались в сердце забытые, словно когда-то во сне услышанные слова, что я просто-напросто замер в горячих объятиях. Щека прижалась к щеке, и лицу сразу стало мокро. В груди что-то екнуло, и я произнес рвущиеся с языка слова:

– Не плачь… мама…

Королева, в божественной сущности которой я уже не сомневался, разжала объятия, и я, смущенный, отпрянул в сторону.

Чувства и мысли мешались в голове, кружились сумбурным потоком. Неприятно кольнуло сомнение, сменилось отрицанием и стыдом. Глупая, глупая надежда. Так не бывает. Примерещилось. Показалось…

– Простите, ваше величество, – пряча глаза, выдавил я. – Обознался. На миг мне показалось…

– Конечно же тебе не показалось! Ты узнал меня! Мой дорри, мой сынок, – с нежностью провела мне пальцами по щеке богиня. – Наконец ты пришел ко мне.

– Но я не могу быть вашим сыном. Мы же из разных миров. И мой отец всегда говорил, что мама ушла, пропала, ее больше нет…

– Ах, Дарий! Ну конечно же он промолчал. Решил скрыть даже от тебя. Я тебе все объясню, Леор. Чуть позже. Не здесь. Мне надо столько рассказать, столько узнать о тебе.

– Вы знаете, как меня зовут? – еще больше удивился я.

– Как же я могу не знать имя своего сына? Ведь это я дала тебе его, – с легкой грустью произнесла королева. И, обернувшись к придворным и слегка подтолкнув меня вперед, повысила голос: – Верные тэшшеры, свободные селии, смотрите – мой сын. Мой наследник. Отныне и навсегда он со мной. С нами!

Взмах тонкой руки, глубокие поклоны придворных, – и королева, сжав мою руку, уже стремительно увлекает меня прочь из зала.

– Потом, все потом! Завтра будет праздник! Оповестите всех!

Подхваченный стремительным, будто скользящим по воздуху вихрем, я, даже не успевая переставлять ноги, но каким-то сверхъестественным образом успешно передвигаясь, проношусь мимо толпы придворных. И самым краем глаза замечаю знакомое насмешливое лицо. Магистр? Что? Здесь?! Увидев, что узнан, Ледовский отвешивает мне церемонный поклон. И это последнее, что я успеваю увидеть перед тем, как вслед за королевой покинуть зал.

– Извините, но мой дракончик, то есть мальчик… В общем, Коршик. Он остался там. Один. Надо его забрать.

– Не беспокойся, малыш. Зоккуар за ним присмотрит.

– Ваше ве…

– Мама. Мама! Ты уже называл меня так, милый. Не робей. Я так долго этого ждала.

– Хорошо, мама, а куда вы…

– Ты!

– Куда ты меня ведешь?

– О, сейчас ты увидишь все сам. И услышишь. Я все тебе покажу. Отвечу на все твои вопросы. Теперь у нас столько времени!

И я, все еще ошеломленный чередой бешено сменяющих друг друга событий, покорно следую за… своей мамой. О Солнечный…

Все выше и выше, вверх по ступеням, которых ноги даже не касаются. Чудеса и не думают кончаться. Они оглушают, обезоруживают, очаровывают. Но не пугают. Вот странно…

Винтовая лестница все не заканчивается, и мама, не останавливаясь и не оглядываясь, тянет и тянет меня за руку. Какой же высоты эта башня?

Мама… Как непривычно звучит это слово. Много лет я запрещал себе произносить его даже в мыслях. Что толку, если никогда больше ее не увижу? Если даже не способен узнать, жива ли она и где находится? А намеки отца, вечные его отговорки только запутывали меня. «Не вернется». Бросила нас? Меня? Своего ребенка? Не верю! «В другом, лучшем мире». Умерла и пребывает в мире мертвых? Проклятые отговорки! И не слова правды! Почему бы просто не рассказать сыну, кем была его мать, что с ней стало? Нет, опять все решают за меня! Даже то, что мне стоит знать, а что нет. «Мы любили друг друга, остальное тебе лучше не знать». А меня вы любили? Как можно так жестоко мучить свое дитя неведением, отец?