Чтение онлайн

Только тут я обнаружил, что мы достигли уже открываемых по знаку маски массивных двустворчатых дверей. Не задерживаясь на пороге, Витте вошел в зал Совета. Я не отстал ни на шаг.

Как и все официальные апартаменты дворца, зал представлял собой просторное светлое помещение в бело-золотых тонах. Весь его центр занимал большой овальный стол, во главе которого я увидел короля и отца, сидящего по правую руку от него. Вельмож, принимавших участие в столь позднем заседании, было не так уж много. В дальнем конце зала, за спиной короля и почти у самой стены, я разглядел Родерика, Шоренна и Элию. Взгляды всех присутствующих скрестились на нас. Какой-то, судя по алой шелковой ленте, министр, читавший доклад, замер на полуслове, а я встретился взглядом с Элией и так и смотрел на радостно прижавшую ладошку к улыбающимся губам девушку, не в силах сдержать ответную улыбку и отвести от подруги взгляд.

– Что случилось, лор Витте? – нарушил повисшую тишину оторвавшийся от чтения какого-то документа король. – Неужели эта бумага так важна, что вы решили прийти за ней лично?

– Вон он, – прошипел мне на ухо Альрик, указывая на замершего в стороне с папкой молодого человека, который только недавно встречал меня у кабинета начальника безопасности.

Лор Витте, не отвечая, медленно двинулся к королю. Я, как привязанный, пошел следом, мысленно призывая Солнечное пламя и воздушный жгут. Я обещал Амаранте, что спасу ее и ее возлюбленного. Но если мы не сможем его обезвредить, останется только его убить. Я слабо представлял, что можно ожидать от этого Шейна-Шона. Но черный был опасен! А совсем рядом находились ничего не подозревавшие друзья, отец и король. «Несколько шагов! – твердил я, как заклинание. – Всего несколько шагов! Только не двигайся!»

От нас до короля и от короля до лжеадъютанта сейчас было одинаковое расстояние. Но нас разделял стол.

Все присутствующие замерли на своих местах, с недоумением и тревогой наблюдая странную картину, которая разворачивалась у них перед глазами. Молчание королевской маски смущало присутствующих. А я уже различал бисеринки пота, которые выступили на резко побледневшем лице напрягшегося черного. Но больше всего меня сейчас волновало, что ближе к нему сидит мой отец, а не король. Краем глаза я различал его расширившиеся от удивления глаза, смотрящие на меня, медленно появляющуюся на губах недоверчивую улыбку. И то, что он не замечает сделавшего шаг в его сторону молодого человека в военной форме, человека, который решился, наконец, сделать этот шаг. Не применяя магию, не посылая проклятие, а просто вытаскивая спрятанный до этого момента под кителем кинжал, как будто он и не черный маг, а простой наемный убийца.

А отец не видит, не чувствует. Да, он великий архимаг, но не ферр! А никто другой не обнаружит волшебника, не важно черного или белого, в не использующем силу человеке.

«Его защитят щиты!» – панически думаю я, выстреливая воздушным кнутом прямо в судорожно сжимаемый убийцей кинжал. Столкнувшись с ним, сжатый в плеть воздух должен был выбить нож из его рук. Но заклинание бессильно растворяется в пространстве, Альрик, обнажая меч, бросается мимо короля навстречу Шону, а я вспоминаю, где уже видел этот злополучный кинжал, и под взорвавшие зал крики прыгаю через стол.

Отец моментально оказывается на ногах, а я, проехавшись по столешнице, приземляюсь прямо между ним и оказавшимся уже на расстоянии вытянутой руки убийцей. Безотказное белое пламя ревущим щитом вырастает между нами и… распадается огоньками от одного прикосновения рассекшего воздух кинжала. Я ловлю противника за руку, но не успеваю полностью остановить замах. Самый кончик ножа впивается мне в плечо, и меня бросает на пол от непереносимой боли. Глаза застилает черная пелена, но я не разжимаю пальцы, и убийца, не удержав равновесия, падает следом, а лезвие легко входит в мое тело уже по рукоять. Кажется, я кричу. Кажется, я не чувствую уже даже боли. Потому что из меня уходит что-то важное, даже более важное, чем сама жизнь. Я пытаюсь выдернуть кинжал, но это почему-то не получается. Кажется, будто он сам все больше и больше вгрызается в мою плоть. В мой дар. И из самого моего существа бурным потоком вырывается, хлещет сила. Магия. Белая и черная, вперемешку. И утекает в никуда, растворяясь бесследно.

Я тянусь, пытаясь остановить, удержать силу. Но меня просто сметает и отбрасывает вглубь моего существа. И тогда я понимаю, что еще чуть-чуть, и она уйдет вся, навсегда. Животный ужас скручивает меня, я беспомощно всхлипываю и шарю в разрастающейся пустоте в поисках спасения, пробуя зацепить, удержать ускользающую силу. И вижу вдалеке черную луну. Тянусь к ней, и чувствую, как наполняет меня новая, струящаяся от нее магия.

«Призрачный мир!» – вспоминаю я. И беру полными пригоршнями щедро предлагаемую мне черную силу.

«Но как же мой белый дар?! – в ужасе сжимаюсь я. – Его остались совсем крупицы.

И если не удержу, не сохраню хоть что-то, останусь калекой, – понимаю я. – Довольствующимся лишь половиной былой силы. Как раньше!

Нет! Только не снова!»

Паника затопляет меня со всех сторон, и я хватаю, прижимаю к себе в надежде уберечь последние капли моего белого дара.

И чувствую, как все прекращается. Миг! То, что тянуло мои силы, разжимает острые зубы и отпускает меня. И я, совершенно измученный страшным поединком, проваливаюсь в темноту.

Очнулся я, как от толчка, и подскочил на кровати. Но тут же упал обратно, застонав от слабости и разочарования.

– Лео, ты что? Лежи! – испуганно вскрикнули рядом, и, открыв глаза, я увидел встревоженное личико, обрамленное белыми кудряшками, и блестящие голубые глаза. Элия! Как же я рад тебя видеть!

О! А это я, оказывается, сказал уже вслух. И был тут же сжат в объятиях, вскрикнул от боли в плече и вспомнил, что ранен. А еще вспомнил недавно пережитый ужас и страх, такой, какой не испытывал, пожалуй, никогда в жизни. Бррр!

– Ой! Прости! – отпрыгнула в сторону Элия и сжала пальцы, вглядываясь мне в лицо. – Как ты себя чувствуешь?

– Сойдет! – пошевелил я здоровой рукой, прислушиваясь к своему дару. И к огромной радости обнаружил полный резерв черной магии. Осторожно потянулся к белой… и со вздохом отстранился прочь. Слава Солнечному, дар был на месте. Но сила плескалась совсем на дне.

– Кто-нибудь пострадал? – с тревогой спросил я заметно погрустневшую Эли. Все-то она видит, все понимает…

– Никто, все живы-здоровы. Ну, зачем, зачем ты так подставлялся, глупый? – снова подошла ко мне Эл, опуская ладонь мне на голову и убирая со лба спутанные во сне волосы.

От такой нехитрой ласки я чуть не заурчал, как довольный кот, и, с усилием подавив странный порыв, ответил:

– За отца испугался. Я ведь этот кинжал узнал. Он опасен.

– Вот именно! Он лишает магов силы, – отстраняясь, прошептала подруга. – Нельзя же было так бездумно рисковать. Ты же только вернулся… оттуда.

– Скажи, а нападавший… что с ним? – с сожалением вспоминая нежные пальцы в своих волосах, задал я тревоживший меня вопрос.

– Он в темнице.

Элия помолчала и как-то неловко добавила: