Чтение онлайн

— А вы не могли бы назвать более свежие примеры? Ну, хотя бы последних десяти лет?

Мистер Денни долго и безуспешно думал.

Привести же прямо противоположные факты было нетрудно. Не увидела света передача о финансовых махинациях крупных политических деятелей. Больше года англичане добивались разрешения показать документальную ленту «Говоря всю правду», посвященную безработице. Не появился на экране фильм о жестоком обращении с интернированными североирландцами.

А мученическая смерть Роберта Сэндса! Весь мир содрогнулся, узнав о ней. Шестьдесят дней подряд Сэндс молча отодвигал еду, которую ставили на тумбочку возле его кровати. Так же молча, движением руки давал понять, что не собирается прекращать голодовку.

Вслед за Сэндсом весной восемьдесят первого года эстафету смертельного марафона принимали другие узники тюрьмы Мейз под Белфастом, что в Северной Ирландии. Майкл Дэвин продержался 60 дней, Томас Макилви — 62…

Они умерли. А их можно было спасти. Они добивались не так уж многого: носить в тюрьме свою одежду, не участвовать в принудительных работах, в общем считаться не уголовниками, а теми, кто они есть, — политическими заключенными.

Но и этого им не дали. Молчание Сэндса услышали все. За исключением официального Лондона. «Сколько бы заключенных ни уморили себя голодом, мы не отступим», — провозгласила Маргарет Тэтчер. Ее слова подхватили пресса Флит-стрита, Би-Би-Си, Ай-Ти-Ви. Да, они подхватили эти жестокие слова, а не то, что сказала мать умирающего Сэндса. Ее допустили к нему, когда Роберт уже приблизился к трагической черте и лежал в карцере, похожий на живые мощи. Выйдя из тюрьмы, женщина произнесла: «Я знаю моего сына и поэтому не просила его передумать».

Слова премьерши не сходили с голубого экрана, а сообщение об очередном гробе сдвигали к концу «Последних известий». Диктор монотонно зачитывал: такой-то покончил самоубийством путем отказа от приема пищи и медицинской помощи в течение стольких-то дней.

Не проставляли ли просто на одном тексте разные имена и числа?

Слова Маргарет Тэтчер цитировали без устали, а стихотворение, которое Сэндс, погибая, нацарапал на туалетной бумаге, журналистов не интересовало.

Именно лицемерие являла миру Би-Би-Си. Из телепередач вытекало, что Сэндс и его товарищи — уголовники и фанатики, а вот английские солдаты — настоящие герои в Ольстере. Они чинят зверства? Чушь, выдумки коммунистов; «томми», рискуя жизнью, восстанавливают порядок, посмотрите, скажем, телерепортаж из Ольстера о 22-летнем сержанте Дугласе Брее — красавце, атлете, добряке…

Мистер Денни, не выдержав, перебивает:

— Почему все Би-Би-Си да Би-Би-Си?! Если уж критиковать, так Ай-Ти-Ви, которая развращает людей, портит вкусы. Мы никогда не пользуемся такими дешевыми и низкопробными приемами.

Би-Би-Си действительно больше заботится о качестве передач, делает их тоньше и продуманней. Но в целом соперники близки друг другу. Не случайно председатель Ай-Ти-Ви лорд Хилл был назначен в 1967 году председателем Би-Би-Си. Обе организации находятся под жестким контролем финансистов и промышленников и дружно восхваляют капиталистическую систему.

Тем не менее жизнь заставляет вносить коррективы. В тот день приятным сюрпризом в «телеменю» стал фильм о Сергее Эйзенштейне. В нем с уважением рассказывалось о создателе фильма «Броненосец «Потемкин».

Телевизионные передачи — своеобразное зеркало политики государства. Особенно показательны «Последние известия», которым отводится на ТВ в общей сложности пять с половиной часов ежедневно.

Основные, и самые продолжительные, «Последние известия» начинаются в десять вечера. Потому они и известны как «Ньюс эт тен». В 20–20.30 происходят обычно главные события дня: выступления политических деятелей и взрывы бомб, и их сразу «преломляют» на голубой экран. В Англии шутят, что террористы — организаторы взрывов избрали эти часы, стремясь к телевизионной славе.

Содержание «Последних известий» в целом невеселое: инфляция, катастрофы, террористические акции, Ольстер, падение международного престижа Британии. Тем не менее умелая подача материала ведет к тому, что их смотрит каждый вечер около пятнадцати миллионов зрителей. Даже широко разрекламированные «суперленты», вроде «Коджака» (многосерийного фильма о непобедимом лейтенанте полиции) и «Коронейшн-стрит», собирают меньшую аудиторию.

Когда-то святым правилом Би-Би-Си было: сначала в «Последних известиях» идет информация и лишь затем комментарий. Этот принцип канул в Лету. 90 процентов программы составляют комментарии и анализ событий и только 10 процентов — факты, включая сообщения о спортивных соревнованиях и о погоде.

В конце концов даже терпеливые англичане не выдержали. 74 члена парламента, 23 генеральных секретаря крупнейших профсоюзов и 20 видных ученых подписали письмо, протестуя против предвзятости «Последних известий».

…На телецентре у меня все же произошла незапланированная встреча. Наступил 13.00 — час ленча. Мистер Денни пригласил меня в ресторан. Все столики были заняты, и мы подсели к старичку. Он — ни дать, ни взять наш «эстрадник» двадцатых годов: синий вельветовый пиджак, бабочка, длинные седые волосы.

— Разрешите представить: мистер Бердж, видный продюсер. А это советский журналист мистер Озеров, — произнес мой спутник.

Стюарт Бердж. Я видел его двенадцатисерийную телеэпопею «Падение орлов». Под орлами подразумевается последняя династия русских царей. До чего хорош там Николай: молодцеватый, болеющий душой за русский народ, любящий супруг и отец! А мужики платят ему черной неблагодарностью, варварски расправляются с ним и его семьей. Основная идея эпопеи: терроризм пошел из России, русский мужик — предшественник нынешних террористов.

Во время съемок картину рекламировали и в Старом и в Новом Свете. Но появившись на экранах, она с треском провалилась. «Би-Би-Си с полным пренебрежением обращается с историческими фактами, — писала американская «Дейли уорлд».

— Какие книги о России вы читали, готовясь к съемкам? — интересуюсь я.

Выясняется, что никаких. Откуда же черпал продюсер информацию?

— Это все известно, — мямлит он, не в силах сказать что-то более вразумительное.

Дальше новое открытие: оказывается, Бердж сочинял каждую серию за 6–7 дней.