Шрифт:
Пролог
Просторный зал в императорской резиденции заливал лунный свет. Впрочем, помещение скорее напоминало огромный балкон, с двух сторон обнесенный изящными перилами и колоннами. В лучах полной луны источник казался совершенно обычным. От него исходило голубоватое сияние, а сверкающая сердцевина размеренно вращалась в серебристой ажурной клетке.
Вдоль балюстрады, откуда открывался прекрасный вид на лес и виднеющиеся вдалеке снежные пики гор, неспешно брел пожилой мужчина в древнем ритуальном одеянии стихий. Его плащ покрывали темные причудливые символы, а капюшон надежно скрывал лицо.
Хоть ночью в этой части замка и не бывали послушники, жрец все равно не ждал эффектного появления бога. Но поежился, когда из тени колонны вдруг выступил Баллард.
– Мой повелитель, - тут же склонился жрец.
– Рад видеть тебя в добром здравии. Я так понимаю, есть новости от Его величества.
Они медленно, словно беседовали о последних новостях или столичных сплетнях, двинулись по широкой лестнице вниз, к источнику. По мере приближения к круглому бассейну можно было увидеть, как в прозрачной синеве, словно трещины, разрастаются черные прожилки.
Баллард долго смотрел на источник, и жрец не стал мешать ему. Общение бога и источника, питающего мир, происходило на других уровнях, неподвластных обычным жрецам, даже таким сильным.
Наконец бог будто очнулся и удовлетворенно хмыкнул. Медленно, но верно, его магия преображала источник.
– Завеса поднимается, - заключил Баллард.
– Хорошо. Так что с императором? Он знает?
– Жрецы долго опасались за здоровье Его величества, но все же сообщили, что магия источника меняется.
– И?
– с усмешкой поторопил его Баллард.
– Принцу нужна невеста. Баланс стихий нарушен. Император слаб, а принц не справится в одиночку. Они созывают Отбор Стихий.
– Прекрасная новость, мой друг. То, что нам нужно.
– Двенадцать девушек, чувствительных к стихиям?
– с сомнением произнес жрец.
– Рядом с принцем? Довольно опасная для нас ситуация. Если между принцем и какой-то из девушек вспыхнут чувства...
Баллард усмехнулся. В глазах бога мелькнул какой-то, доселе неведомый жрецу, озорной огонек.
– В этом и весь смысл, мой друг. Отбор Стихий опасен для нас лишь если пройдет бесконтрольно. Мы должны внимательно наблюдать за ним и вовремя включиться в игру. К тому же наследник молод и ещё не в курсе происходящего.
Жрец кивнул, хоть сомнения его и не покинули. В конце концов, не ему оспаривать решения бога.
– Отбор Стихий, призванный найти принцу невесту станет моим отбором. А девушка, избранная стихиями, станет ключом к моей победе. И невестой. В конце концов, если я намереваюсь вернуть Горд себе, народу понадобится красивая мордашка на престоле. Разузнай все о конкурсантах. Чем они дышат, чем живут, откуда прибыли и какой магией обладают. Нужно найти уязвимую девушку, которой легко управлять. Желательно страхом. Деньги и магия нынче как валюты сильно просели в ценности.
– Мой повелитель, с одним из миров могут возникнуть проблемы. Его жители... потеряли восприимчивость к магии. Это мир техномагии... без магии, как таковой. Мы не можем войти туда, и узнать что-то о девушке с Земли будет сложно.
– Девушку с Земли оставь мне. Кто знает, может, она и есть слабое звено в этой цепочке. Когда начнется отбор?
– Через декаду, на закате.
Баллард развернулся и направился в сторону выхода, но на полпути остановился и обернулся к жрецу:
– Ну, вот мы и подошли к финальной части плана. Впереди все самое интересное.
И почему-то жрецу казалось, что в голосе Балларда, помимо холодной решимости, сквозило что-то еще.
Веселье? Предвкушение? Кто их, этих богов, разберет.
Глава первая
«Сдал сопромат – можешь жениться!».
Эта присказка ходила у нас с самого первого курса. Еще на зачислении аэрокосмического факультета старшекурсники пугали нас этим словом. Сопромат, по слухам, был причиной половины отчислений на факультете. Ходили даже легенды, что с зачетом от Виктора Львовича Каримова, преподавателя сопромата, с первого раза ещё никто не уходил.
Поэтому я ждала первую пару третьего курса с особенным нетерпением. Нет, мне вовсе не улыбалось в конце семестра бегать на кучу пересдач, но блин, интересно же! Что такого в этом сопромате, что все лишь при звуках этого слова впадают в ужас? И, конечно, мелькала заманчивая мысль – а вдруг у меня все будет по-другому? Вдруг я войду в маленький процент тех, кому этот предмет дастся легко и просто?
В общем, в самом начале учебного года, движимая неудержимым любопытством, я села на второй ряд огромной поточной аудитории. Надела очки, достала новенькую тетрадь и приготовилась вникать. Народ вокруг как-то притих – с утра добрую часть потока клонило в сон.
Вскоре появился и профессор, седовласый, почтенного возраста, с тросточкой и толстой, видавшей виды, папкой с конспектами. Каримов относился к той когорте преподавателей, что не признавала проекторов, интерактивных досок и виртуальных лекций.
– Доброго утра, товарищи студенты, – поздоровался он. – Меня зовут Каримов Виктор Львович, и на ближайшие два семестра я – ваш преподаватель такой замечательной дисциплины как сопротивление материалов. Перекличку проведем в конце занятия. Старосты, подготовьте в течение пары списки и оставьте свои телефоны, а сейчас давайте поговорим о том, что же это такое сопромат и с чем его едят.
Однокурсники зашуршали тетрадями и ручками. На задних рядах у кого-то зазвонил телефон, но тут же умолк, под суровым взглядом профессора.
К середине занятия я начала понимать, почему же сопромат никто не мог сдать. Поди тут успей все записать, куда уж понять! Почерк, прежде ровный и аккуратный, превратился в какие-то врачебные каракули. Отлично... просто прекрасно! Нет, вряд ли я войду в число счастливчиков, понимающих эту сложную науку.
Надо будет озаботиться вопросом пересдач. Одно радует – жениться, ровно как и выходить замуж, мне рановато.