Чтение онлайн

— И папа угрожал лишить его наследства, — продолжала Фанни.

— Чистые сплетни! — не удержалась Урсула от комментария. — Тебе было тогда только десять, едва ли ты можешь сообщить сейчас верные сведения.

— Конечно, папа придерживался строгих взглядов в отношении места женщины в семье и не решился бы передать наследство в мамины руки, — безостановочно выпалила Фанни, не обращая внимания на реакцию Урсулы.

— За эти строгие взгляды мы должны быть очень благодарны отцу, — успела вклиниться Урсула, едва Фанни замолкла, чтобы набрать воздух в легкие. — Ведь если бы имением распоряжалась ты, мы все стали бы нищими уже через год после смерти папы.

Фанни высоко подняла подбородок, откинула назад плечи и победоносно улыбнулась.

— Но это было, когда мама была еще жива и ждала ребенка, — произнесла она и остановилась, чтобы насладиться произведенным эффектом.

Ее откровение имело успех. У половины слушателей перехватило дыхание. Хотя Винни, Эглантина и Урсула, судя по всему, догадывались, куда она клонит, все же и они не смогли скрыть своего замешательства.

Лицо Фанни сияло. Но видимо, ей показалось мало того впечатления, которое она произвела.

— Если бы родился мальчик, тогда, без всякого сомнения, Эдмонд был бы лишен наследства, — произнесла Фанни и посмотрела в глаза едва ли не каждому из присутствовавших.

— Какое теперь это имеет значение? — не дав никому опомниться, требовательно спросила Урсула. — Никто не знал о ее беременности до вскрытия трупа.

— Это было открыто заявлено мне, — упрямо держалась Фанни. — Но, возможно, она еще говорила об этом Эдмонду. Хотя мы знаем, по его словам, что она не говорила ему об этом.

— Смешно! — не уступала Урсула. — Известно, что она с трудом терпела Эдмонда. Больше вероятности, что она сказала об этом тебе или папе. Но сейчас я хочу сказать совсем другое. Ты, Фанни, хуже, чем твоя мать. Для тебя все это ничто иное, как возможность изобразить сцену. Нельзя же играть на таких болезненных вещах.

— Тем не менее, ты должна согласиться, что Эдмонду повезло в том, что мама умерла до рождения ребенка, — не уступала Фанни.

За моей спиной послышался звук хлопка в ладони. Потом еще и еще один.

Я повернулась. В дверях, которые соединяли две комнаты, стоял мистер Ллевелин и хлопал. Его фигура едва просматривалась при слабом освещении, и эта расплывчатость придавала ей некий магический характер. По выражению лица хозяина имения не трудно было догадаться, что он слышал большую часть разговора. По крайней мере, больше того, чем это всем хотелось бы. Он улыбнулся присутствующим улыбкой человека, которому все эти разговоры ужасно надоели.

— Отлично, Фанни, — спокойно произнес мистер Ллевелин. — Достойный спектакль. А сейчас, если ты закончила, я думаю, тебе надо отпустить свою публику. Все выглядят решительно уставшими.

— Господи, господи, — произнесла миссис Мэдкрофт, быстро-быстро обмахивая себя рукой. — Какая наглость! Его глаза пронзают меня ледяными иглами до самой глубины души.

— Да, дурной характер у этого мистера Ллевелина, — согласился мистер Квомби. Но, чувствовалось, его занимали совсем другие мысли. Говоря с миссис Мэдкрофт, мистер. Квомби постоянно смотрел на меня.

А я была слишком занята своими собственными мыслями, чтобы уделять внимание им обоим. Я думала о том, что хорошего сделали мы в Эбби Хаус? И что вообще сделали, ради чего стоило бы сюда приезжать? Нарушили покой семьи. Возможно, открыли убийство девятилетней давности. При этом у нас нет доказательств, что Лили Ллевелин была убита. Правда, с того самого момента в церкви, когда слово «убийство» слетело с моих губ, я стала уверена, что совершено именно убийство. Но это лишь мое мнение, не более того.

— С тобой все в порядке? — спросила миссис Мэдкрофт. — Ты выглядишь сегодня какой-то чахлой.

— Небольшая головная боль, — успокоила я ее» — Ничего больше, но…

— Слушаю тебя, дорогая, — внимательно посмотрела на меня миссис Мэдкрофт.

— О, миссис Мэдкрофт, — умоляюще сложила я руки на груди. — Вы, конечно, понимаете, что мы должны уехать отсюда. И как можно быстрее. Если миссис Ллевелин действительно была убита, то мы и наши собственные жизни подвергаем опасности.

— Ну-ну, дорогая, — стала успокаивать меня миссис Мэдкрофт. — Тебе нечего бояться. Только я рискую своей жизнью, но я не позволю страху увести меня из этого дома. Это мой долг раскрыть убийцу.

— Похвально, дорогая леди, похвально, — поддержал ее мистер Квомби. — Я, как всегда, восхищаюсь вашей твердостью духа.

— Может быть, и похвально, но едва ли разумно, — размышляла я. — Этот случай для властей, а не для медиума.

Признав факт убийства, мы начнем искать убийцу. По отдельным намекам миссис Мэдкрофт и мистера Квомби можно судить, что они подозревают мистера Ллевелина. Вернее сказать, они почти не сомневаются в этом. А как поступить мне? Я считаю, что мистер Ллевелин просто не мог убить. Он слишком строго соблюдает нравственные нормы своего круга людей. Убить мачеху — это святотатство, которое он ни за что не мог совершить.

Но предположим самое невероятное и самое худшее, что убийца — мистер Ллевелин. Как он должен вести себя в ситуации, когда мы, как говорится, сели ему на хвост. Он должен стремиться избавиться от нас любой ценой. И поскольку мы не уезжаем из имения добровольно, несмотря на его жесткий нажим, то ему остается одно: совершить новое убийство. Теперь уже для того, чтобы спасти себя от виселицы.

Однако миссис Мэдкрофт, выслушав меня, не разделила моих страхов.

— Пустые опасения, — оценила она мои размышления. Затем неожиданно для меня восторженно вздохнула и велела Чайтре поставить стульчик ей под ноги. Служанка быстро и безмолвно выполнила требование хозяйки. Удобно поставив ноги, миссис Мэдкрофт наклонилась к мистеру Квомби, сидевшему на диване рядом с ней.

— Расскажи мне еще раз, как все это произошло, — попросила она его. — Это действительно несправедливо, что я ничего не помню и не знаю о триумфе того вечера. Сеанс в церкви, я понимаю, был совершенное чудо.

— Да, милая леди, — подтвердил мистер Квомби. — За столом не оставалось ни одного человека, который не испытывал бы чувства очарования.

Несмотря на цветистые слова, сам отзыв о сеансе прозвучал в устах мистера Квомби как-то поспешно и блекло. А главное, мистер Квомби не принял предложение милой леди сесть рядом с ней. Он нетерпеливо поглаживал усики и снова и снова бросал взгляды в мою сторону.