Чтение онлайн

— Угу, — согласился я. — Ясно.

— А с чего это ты… — начала было она, и тут же лицо ее осветилось улыбкой. — Ох, боже мой, Вилф, ну конечно! Как это я сама не догадалась?

— А это возможно?

— Балбес ты! Ну конечно, возможно. Все ведь сегодня здесь.

— Но не может же там вообще не быть охраны. Она рассмеялась.

— Вилф, — сказала она. — Возможно, на всей этой планете вообще не найдется такого места, куда мы с тобой могли бы пойти так, чтобы по меньшей мере кто-нибудь не догадался, что у нас на уме.

— Угу, — повторил я. Почему-то мне вспомнилось нынешнее посещение «Селерона».

— По крайней мере, — продолжала она, — запершись там, мы будем хоть на время наедине. И потом, у меня там неплохая кровать. Для наших целей сойдет.

— Неужели такая большая? — усомнился я.

— Я же сказала, сойдет, — заявила она, решительно поднимаясь со своего места. — Правда, если у тебя есть возражения…

— Абсолютно никаких, — заверил я ее, и мы направились обратно в зал. — Только вот разделаемся сначала с политикой, будь она неладна…

Мне уже приходилось раз летать на штурмовике 327-й модели — во время командировки на содескийский фронт. Однако этот, второй полет произвел на меня еще более сильное впечатление. Под управлением лейтенант-коммандера Джима Пейна и его веснушчатого второго пилота, лейтенанта Неды Грин мы неслись к центру галактики всего полтора стандартных дня, но яркая точка тройной звезды — Астерийской Триады — уже виднелась на наших гиперэкранах.

Важнее было другое: уже через несколько метациклов после отлета с Гадор-Гелика мы летели в межзвездном пространстве, находившемся под контролем противника. Не могу сказать, чтобы это слишком беспокоило меня, пока мы проходили звездные системы Торонда — нашими стараниями у них хватало пока дел и без нас. Но я ожидал любых пакостей с момента, когда мы вошли во владения древних цивилизаций оккупированного Лигой Эффервика.

Странное дело, но ничего так и не произошло, хотя, судя по показаниям датчиков на нашем корпусе, неприятельские станции слежения несколько раз засекали нас, хотя и на очень короткое время. Помнится, это удивило меня тогда: каждый раз лучи вражеских станций ловили нас на считанные мгновения, достаточные только для беглого опознания, а потом станция меняла режим, отпуская нас. Похоже было, при размахе военных действий в этом секторе галактики одинокий нарушитель их мало беспокоил — особенно нарушитель нашего размера. Поэтому, набравшись наглости и держась за те немногие деревянные предметы, что имелись на борту катера, мы продолжали упрямо держать прежний курс.

Так продолжалось до самого Янрепа, где нас — совершенно неожиданно — засек заметно более мощный луч станции слежения. Такова была его интенсивность, что наши датчики буквально взвыли от перегрузки. В жизни не видел ничего подобного. Нигде и никогда. И, судя по показаниям приборов, источник этого излучения находился чертовски далеко от нас — в большой звездной системе Бакса, на противоположном краю Эффервика. Видно, у кого-то за пультом какой-то новой станции обнаружения и раннего предупреждения наш маленький кораблик вызвал определенный интерес. Это заставило меня задуматься: уж не показывает ли эта станция своим операторам нечто, недоступное другим?

Ответа на этот вопрос я не нашел, однако с этого момента спокойному полету пришел конец. Не прошло и цикла, как Кэндлуокс, круглолицая блондинка за пультом наблюдения, доложила, что нам наперехват идет пара быстроходных судов, судя по скорости, «Горн-Хоффов». Скорее всего они стартовали с Ни'раппа, укрепленного космопорта на Янрепе, захваченного облачниками на первой фазе войны скорее из чистого интереса, ибо особого стратегического значения он не имел.

Я покосился на Пейна. Он прикусил губу и вместе с Грин подал дополнительную энергию на восемь кристаллов главного хода, расположенных в обтекателях по бокам основного корпуса. Очень скоро приборы, показывающие нашу скорость, зашкалило, так что об ее истинном значении мы могли только догадываться. Впрочем, ее хватило на то, чтобы до поры до времени оторваться от облачников.

Увы, та же самая спасительная скорость стала причиной того, что мы сделались более чем заметными на фоне космической черноты. Дело в том, что на максимальной тяге за кристаллами «Красны-Пейч» остаются длинные желто-зеленые шлейфы выхлопа, часто достигающие в длину сотен кленетов. Большинство судов, оснащенных кристаллами типа «Чародей», например наши «Звездные Огни», оборудуются глушителями, предотвращающими это нежелательное явление. К сожалению, на кораблях 327-й модели их нет — те самые семь процентов мощности, что отбирались бы глушителями, и сообщают им ту скорость, без которой «Горн-Хоффы» давно уже превратили бы нас в облачко элементарных частиц. Пока же нам удавалось держаться впереди, изображая из себя небольшую зеленую комету, видимую любому кораблю на расстоянии световых суток от нас.

— Они отворачивают, — доложила Кэндлуокс несколько охрипшим голосом.

— Правда? — поинтересовался Пейн, не отрывая взгляда от приборов. — Что ж, адмирал, полагаю, мы можем перевести дух.

— Повторите, — мрачно буркнул я.

— Нет, — возразил Пейн и ткнул пальцем в гиперэкраны. — Посмотрите сами.

Я привстал из-за пульта, посмотрел на экраны и с облегчением вздохнул.

— В жизни не видел картины приятнее, — прошептал я. Прямо по курсу звездное поле, составлявшее Викеанскую туманность, резко обрывалось, а далеко впереди мерцали совсем уже далекие звезды — родные и обещавшие относительную безопасность. А еще через метацикл мы сбросили скорость до обычной крейсерской, и с боков к нам пристроилась дюжина с иголочки новых «Звездных Огней» боевого охранения. Казалось, ничего не произошло… впрочем, с учетом обстоятельств, так ведь оно и было? Ну, или почти так…

Астерийская Триада представляет собой три большие звезды, вокруг которых обращаются пять самых, возможно, влиятельных планет известной Вселенной. Астериос-Протей, целиком отведенный научным разработкам, вот уже тысячу лет служащим основой технологического процветания Империи; Астериос-Мелия, центр паутины торговых сетей, опутывающих всю галактику; Астериос-Ариэль, узел связи, объединяющей такое количество абонентов, что узнать точное их число никто и не пытался;

Астериос-Гелиос, пангалактическая гавань; и, наконец, Астериос-Авалон, историческая столица Великой Галактической Империи Онрада V. Ни одна из этих планет так и не стала для меня родиной, но в разное время я ухитрялся с большим или меньшим удовольствием обретаться на всех пяти. И все же каждый раз, возвращаясь сюда после длительного перерыва, я с трудом удерживал слезы волнения.

Наш катер летел над улицами и проспектами самой столицы. Снижаться к посадочной полосе на озере Мерсин нам пришлось в густой облачности, из которой мы вынырнули над длинным, обсаженным густой зеленью бульваром Космоса — его легко можно было отличить от других улиц по колоритным, украшенным башнями дворцам на пересечениях с радиальными магистралями.

В месте, где бульвар пересекается с мемориальной аллеей Эмрис, я разглядел огромный дворец Лордглен, где я останавливался — точнее, считалось, что останавливался — в первую свою официальную командировку в столицу. Именно здесь разгорелся наш безумный, невозможный роман с Марго Эффервик — роман, который до сих пор оказывал воздействие на мою жизнь, — возможно, именно он послужил косвенной причиной, что Клавдия вышла за Нестерио.