Отче Наш
Шрифт:
" Язва тебе в печенку, вишь, расфуфырилась на жирных пастбищах главы ОблГубСнабФинЦентр учреждения", - заворочалась обидная мысль, а слух пишущих камер наблюдения уже услаждался милым рычанием всеядных.
К подругам подтянулись и другие особи из подотряда тероподов. Их маленькие передние лапы в отличие от остальных ящеров не участвовали в производственном движении, и были свободны для выполняли ювелирных финансовых афераций. Составился кружок по интересам.
Одышливая Целофизоида онышконула взором по представительным хвостам тероподов и выдала информацию в желании поразить присутствующих своей лояльностью.
– А у нас на уездной сессии один писака-гусь предложил сократить рабочий день на два часа. Вот смеху то было. На два часа рабочий день сократить, -это паранойя.
– А с какой это стати такое вселенское предложение? Мотивы известны?
– втянулся в разговор Теризинозавр, обладатель весьма своеобразной наборно-хромосомной характеристики: и фискал, и, поговаривают, владелец пастбищ и загонов.
– Да запустили мы свиноводческий комплекс на тысячи голов рогатой и мелкой дичи...
– Бывал, - перебил финансовую ящерицу имеющий право перебивать фискал, наблюдающий за законностью чиновник. Бывал... мимо проезжал, верст за пять-шесть, так потом пришлось кондиционер в машине менять, от плотной массы окружающих ароматов сдох.
– Дышите глубже, проезжаем Сочи, - подхватил шутку добродушный Синозавроптерикс.
– Продолжайте, милочка, продолжайте, - почуяв запах материализующейся крамолы и делая жесты в тайне от говорящей, елейно потребовала шикарная Спинозавр. И онышколивая Целофизоида клюнула:
– Комплекс открыли, стали местные работать. По современным нормам и требованиям оградили территорию комплекса, все эти дезинфекции, осмотры, карантины наладили, да и запретили работникам выход из загона на восемь рабочих часов,- все по инструкциям. Зарплату положили на зависть кузнецам и цирюльникам. А они бегут, бегут рабочие. Видите ли, их не устраивает возможность хорошо зарабатывать, им времени не хватает по дому справляться.
– А вы знаете, как расшифровывается кпсс - комплекс предварительного содержания скота,- встрял веселый балагур Синозавроптерикс.
– Оптимизации на них не хватает.
– Что вы, голубчик, на это слово имеете?- опять унюхав запашок крамолы, навострила ноздри Спинозавр.
Запотевшего вдруг балагура оттер в сторонку мощным брюхом родственник Игуанодонт, зевая для значимости момента появления своей особы, и выскаливая частые передние зубы, и почёсывая клюв передними лапами, на пальцах которых проросли толи перстни, толи шипы:
– Оптимизация, милейшие друзья, оптимизация. Это великое слово. И мы все правильно его понимаем: наиболее благоприятный режим работы при минимуме затрат. Представьте себе велосипед... для благоприятного его функционирования можно и добавить колесо и отнять колесо: в первом случае у нас велосипед для детей, и мы не боимся за их здоровье, в другом случае велосипед для цирка, т.е. для развлечения.
В вашем случае, драгоценная Целофизоидочка, сокращение рабочего времени и введение дополнительной смены, и есть чистейшая оптимизация.
Предложив это слово для народа, мы предоставили ему выбор: самим создать благоприятные условия своей деятельности, и как вариант порекомендовали снять одно колесо, полагаясь на догадку народа и их образованность. Оптимизация - это не сокращение, оптимизация - это улучшение.
– Темен народ, темен.
– Наше счастье, что только избранные пользуются толковыми словарями.
– Темен народ, темен. Вот у меня другая проблема: жрут, свиньи, много. Я им и рты приказал заклеивать, и взвешиваться до и после каждой смены, и узи свое завел... жрут, жрут продукцию. И детям своим конфеты тащат. У меня охраны и надзирателей на комплексе больше чем работяг: и видео-камеры даже по сортирам - и все равно не уследишь, - пустил наболевшую слезу четырёхлапый Прозауропод с ввалившимся бочкообразным брюхом.
– Не замазывайте рта у молотящего.
– это про скотину тягловую, но и для рабочих можно бы было применить. А насчет снижения рабочего времени на два часа, и введение дополнительных рабочих смен... мысль интересная, но трепаться о ней не надо, - сказал фискал, любезным начальственным взором осматривая собратьев с голов до хвостов.
Бронтозавр, он же Апатозавр, обманчивый ящер, с огромным туловищем и маленькой головой, стоящий на стреме и не принимающий участия в столь славном общении, вдруг громогласно заревел, за что всегда был обласкан небожителем:
– Мноогааяя лееетааа!!!
И все динозавры повалили в зал Заседаний, куда только что доставили исколотую анаболиками тушу Тираннозавра, ведомого под уздцы Призраком. И богам нужен Бог.
А ангелы-хранители ушедших в динозавры людей, яко голуби, бестолково собирали милостыню по мостовым, где их прилежно давили в своем радивом усердии спешащие на Сессию деловые кортежи.
15
Красавчик Беллерофонт пускал в подушку слюни. Вообще-то девичье имя Беллерофонта в детстве и юности было Фрол, но в судьбу вмешался метаморфоз - и Фрол стал тем, кем стал. Толстенький гремел дверцами шкафчиков на кухне, на антресолях, в ванной, лазил во све открытые и закрытае предполагаемые схроны, ибо утро начинал с бодуна. На журнальном столике изнывал в вибрационном нетерпении придушенный кожаной курткой смартфон. Жизнь просыпалась и готовилась к празднику: звезды благоволили к избранному, коим и являлся пускающий юношеские слюни в подушку маг.
Толстенький нашел пузырь самодельного огуречного лосьона от прыщей и хлебал приторную жидкость с горла. Двести грамм водки в огуречном рассоле сделали свое дело, и Толстенькому надо было излить душу. Подходящей и единственной кандидатурой на похмельные излияния являлся бывший хозяин бывшего ангела-хранителя. Освободив от кожаной куртки блеющий жалобным голоском смартфон, так что тот враз приобрел и силу и наглость, ангел безжалостно воспользовался ночной портьерой. И, завернув в штору свое земное икающее тело, приготовился к оратории,- ну очень он обожал монументальные эпико-драматические музыкальные произведения для хора, певцов-солистов и оркестра.
– Дориан Грей! Я пришел восстановить status quo!
– дискантом ударил в стены, потолок, нетерпимо высокий детский голос. Раскачалась бижутерия люстры, посыпались наземь хрустальные слоники, сиганула в форточку тотемистическая маска индейцев североамериканского племени оджибва, засветилась плазма телевизора и зашумел вентилятор в компьютере.
– Дориан Грей! Я пришел вернуть свой облик!
Из старинной софы, на которой принимал женщин и мочился под себя пьяненький Гришка Распутин, по тревоги высыпали клопы, построились поотрядно и замаршировали к балконной двери.