Отдать долги (кн.2) [СИ]
Шрифт:
— Ты просто фокусник! Бац — и вытащил кролика из шляпы!
Хуан изогнул бровь:
— Кролика? Ага, я уловил юмор… Ты почти угадал. Что ж, полагаю, вам пригодится эта игрушка.
— Почему же? — просипел Костя, не сводя завороженного взгляда с отблесков пламени на лезвии ножа. Игра бликов невольно завораживала… — От тебя защищаться?
Хуан хмыкнул, с откровенной издевкой рассматривая спутников:
— Просто я должен отлучиться. А вам оставаться “голыми” опасно. Я не знаю, когда вернусь.
— Как это?! — опешил Костя и от волнения вскочил на ноги, будто намеревался силой остановить мага. — Куда это ты? Ты нас бросаешь?!
— Мне надо разведать обстановку, — спокойно пояснил тот. — Вы будете мешаться. Надеюсь, к утру вернусь. В любом случае ты, Влад, дежуришь первым. Никуда не уходите. Ждите меня.
— Вот блин! — прокомментировал ситуацию Костя. — Просто не знаю, что и сказать. Ты нас завел в лес и бросил. Отлично…
Хуан молча пожал плечами, неопределенно махнул рукой и, кивнув на прощание, бесстрашно направился в темноту леса. Влад, провожая его взглядом, испытывал противоречивые чувства, одним их которых было невольное уважение. Сам он едва ли сумел бы так смело шагнуть в непредсказуемый мрак ночи, зная наверняка, что тот таит в себе смертельные (без преувеличения!) опасности.
— Я в шоке! — заявил Костя, когда Хуана скрыли деревья. — Ну, что тут скажешь?! Только …. ….
– и он завершил свою не слишком многословную тираду весьма красноречивыми выражениями.
— Да ладно тебе, — ухмыльнулся Влад, позабавленный количеством красочных прилагательных. — Он ненадолго. Думаю, утром уже будет тут. Зачем ему было заводить нас сюда и бросать?
— Потому что псих! — недовольно проворчал Костя, хмуро уставившись на пламя костра. — Он же сам сказал.
Влад взглянул на приятеля почти с жалостью:
— Да ты что, не понял? Хотя я тоже поначалу купился. Он не хотел признать, что скучает без Дианы. Чисто по-человечески скучает — ну и по-мужски, само собой. Ему казалось, признаться в таком — значит, проявить слабость, что ли. Ясно?
— Конечно, куда как лучше выставить себя больным на всю голову! — язвительно согласился Костя.
— Некоторым так проще. И знаешь… я могу его понять. Признаться, что влюблен не так просто. Сужу по себе.
Костя с удивлением обернулся к нему:
— Но разве ты скрывал свои чувства к Таисии? Вроде нет…
— Только потому, что был… — Влад замялся, подыскивая не слишком сентиментальную фразу. — Я был расстроен.
Расстроен, ха! Убит. Буквально мертв…
Костя с ехидцей и пониманием посмотрел на него, но высказывать свое мнение вслух не стал. Вместо этого поудобнее устроился на разостланном на траве сюртуке, закинул руки за голову и довольно изрек в пространство:
— Слава богу, на дежурство поставили тебя. Так что я буду спать!
— Ну, спи, спи, — мрачно буркнул Влад, пристраивая кинжал у себя на коленях и то и дело поглаживая его прохладную стальную рукоять. — Но ты смотри, я тебя потом разбужу. Поменяемся.
Ответом ему послужило энергичное сопение: Костя заснул мгновенно, только закрыв глаза — и Владу почудилось, что он остался в полном одиночестве.
— Черт, — прошептал парень, злясь на себя самого. — Что я, в самом деле, как салонная барышня?!
Но подобное самоподбадривание не только не уменьшило тягостное чувство, но и, наоборот, усугубило его — звук собственного голоса показался инородным, чужим, диссонирующим с привычным “говорком” ночного леса. Влад тихо выругался — когда он научится равнодушнее относиться к таким вот приключениям?!
— Никогда, — шепнула ночь голосом Николя.
Влад вздрогнул и, вскинув голову, всмотрелся в темноту. Только этого ему не хватало! Галлюцинации возвращаются?!
— Что — никогда? — хрипло спросил юноша, понимая, как безумно выглядит со стороны, разговаривая сам с собою посреди погруженного во тьму леса. — Никогда не привыкну?
— Я не привык за столетия, — мягко отозвался незримый Николя. — Привык притворяться, что мне не страшно, — но мне было страшно. Так что расслабься и просто живи. Позволь себе бояться.
— Классный совет от призрака, — изогнул губы в злой усмешке Влад, прекратив попытки рассмотреть невидимку и смирившись с собственным безумием. Какая разница? Он еще год назад сошел с ума. — Может, дашь еще один?
— Может, — согласился голос. — Будь осторожен. Хочу доказать свое дружеское расположение и потому предупреждаю: будь осторожен.
— Осторожен? — нахмурился Влад и, ухватившись покрепче за рукоять кинжала, взволнованно осмотрелся. Буквально в следующий миг что-то тяжелое обрушилось ему на затылок, и сознание затуманила боль, увлекая парня в спасительное небытие.
Глава 2. Пираты??
Боль, боль, опять — невыносимая, ломящая виски, вскипающая вихрами боль…
— Черт… — хрипло выдохнул Влад, пытаясь открыть глаза. Как и в памятное пробуждение в замке Хозяина около года назад, эта процедура была слишком мучительной. Надо все-таки себя заставить… надо, черт возьми, понять, куда он опять попал! И вспомнить, что произошло за мгновение до падения в бездну мрака!
Дальнейшие размышления были прерваны резким окриком:
— Эгей, хватит дрыхнуть! Разоспались тут, вишь ли! Давай, давай!
На лицо Владу плюхнулось что-то склизкое, холодное и мокрое. Изрыгнув проклятия, парень тотчас сел, сбросив на пол непонятный предмет — им оказалась влажная и довольно замызганная тряпка.
Первым в глаза Владу бросился крепкий загорелый мужчина не слишком опрятной наружности. Посмеиваясь, он выставлял напоказ гнилые неровные зубы и похлопывал себя по мощному животу. В руках у него исходила мерным тающим светом древняя масляная лампа.
— О Господи… — растерянно протянул юноша, недоуменно оглядываясь. Просторное мрачное помещение… повешенные к потолку гамаки… и — сонные, энергично зевающие, полуобнаженные парни лет 20–30. Потягиваясь и обмениваясь вялыми неохотными репликами, они обтирали свои поджарые тела какими-то обрывками ткани, приглаживали буйные заросшие шевелюры и совершали другие аналогичные действия.