Чтение онлайн

Антея провела Лиз по комнатам и показала ей весь дом. Он оказался не слишком большим, зато обставлен был чрезвычайно мило. Для своей спальни Антея выбрала кремовый цвет, в комнате Сьюзан царил персиковый, а у Тима — яблочно-зеленый. Стены кухни были выкрашены простой побелкой, на полу лежали темно-красные плетеные коврики, на окнах висели занавески в красно-белую клеточку. Все вокруг радовало глаз.

У Лиз вырвался невольный вздох. Ей вдруг тоже захотелось иметь такой уютный домик.

— Просто прелесть, — сказала она Антее. — По-моему, у тебя все получилось замечательно. Лучше даже представить невозможно. Знаешь, у тебя не такой искусственный декор, как бывает иногда, — вроде бы все идеально, но жить там как-то не хочется. А у тебя… — Она выразительно обвела рукой вокруг, посмотрела на Антею и рассмеялась. — А у тебя все как-то живо и очень уютно.

Антея тоже рассмеялась, но в ее улыбке вдруг проскользнула нотка горечи.

— Я рада, что тебе у нас понравилось, Лиз. Это ведь мой первый настоящий дом. По-моему, это даже забавно. Когда Тони был жив, мы жили буквально на чемоданах. Все время скитались по каким-то захолустным дырам, съемным квартирам, случайным отелям. Даже в мирное время офицеров часто переводят с места на место. Иногда это превращается просто в кошмар. Когда родился Тим, было особенно тяжело. — Она вздохнула. — Господи… ты не представляешь, как хозяева ненавидят квартирантов с маленькими детьми! Я все время мечтала, что когда-нибудь у нас будет такой вот домик. Когда-нибудь.

Лиз вдруг заметила, как прекрасные светло-карие глаза, устремленные на нее, наполнились печалью.

— А когда мы наконец-то переехали в свой собственный дом — мы были уже одни. Тони убили.

Лиз не знала, что сказать. Инстинктивно она протянула Антее руку, и на минуту их руки соединились в горячем дружеском пожатии. Потом Антея улыбнулась и встряхнула головой:

— Ой, я не хотела наводить на тебя тоску. Просто так получилось… — Она вздохнула. — И когда кто-нибудь хвалит наш дом, вдруг все это снова вспоминается. Какая грустная ирония судьбы. Ведь в жизни часто случается так, что то, о чем мы мечтаем, лучше бы и не исполнялось.

— Да, верно, — задумчиво согласилась Лиз.

Они вернулись в гостиную, и Антея сказала уже довольно бодро и спокойно:

— Этот дом мне купили родители Тони. Чтобы детям было где жить. А сами они живут в Феликстоу— мы довольно часто ездим к ним в гости. — Она взяла с полочки фотографию. — Вот, посмотри.

Лиз увидела двоих немолодых, очень приятных людей — они сидели на низкой каменной ограде, за спиной у них было море.

— Да, они как будто очень милые. Такие добрые.

— Они и вправду добрые, — подтвердила Антея. — Совсем не жадные. — Она помолчала, потом прибавила чуть тише: — Они хотят, чтобы я еще раз вышла замуж.

— А почему бы и нет? — ласково спросила Лиз, сразу вспомнив о Роджере.

Антея отвернулась.

— Не знаю даже. Это так сложно… мне прежде всего надо думать о детях…

— Есть кто дома? — раздался чей-то голос от входной двери.

Это оказался Роджер. Лиз была потрясена его неожиданным визитом. Да и у него на лице появилось до смешного недоуменное и испуганное выражение, когда он увидел Лиз.

— А… это вы… привет, — произнес он резким тоном. — Я не знал, что вы будете здесь сегодня. — И он улыбнулся Антее: — Как дела? — Его большая крепкая ладонь опустилась на голову Сьюзан. — Привет, Сью, сколько лет, сколько зим. — Он протянул Антее пакет. — Это для Тима. Я был на ферме Эдвардса, и он мне кое-что передал для нашего больного.

Антея развернула сверток.

— О… Роджер… как мило! Надо же, деревенское масло и мед! Огромное тебе спасибо.

— Это мед от их собственных пчел, — заметил Роджер.

— Оставайся к чаю, — пригласила его Антея. — Считай, что это твоя награда.

Роджер улыбнулся — теплой, искренней улыбкой, от которой он сразу стал казаться симпатичным и добрым.

— Я на это и рассчитывал.

— А мы собирались пойти прогуляться, — сказала Антея. — Но я стала показывать Лиз дом, потом мы заболтались. Тогда, наверное, сначала попьем чаю, а потом пойдем гулять, да? Тим хотел пойти в Перри-Вуд.

— Там птички гнезда строят, — пояснил Тим Роджеру. — Я хочу найти их гнезда и все сосчитать.

— Отличная мысль, — одобрил Роджер. — Я тебе помогу.

До сих пор он не сказал Лиз ни слова, если не считать краткого приветствия. «Какой кошмар, — думала Лиз, — весь день испорчен. Мы будем только мешать друг другу, и, возможно, все закончится какой-нибудь ужасной склокой».

Она отправилась на кухню, специально чтобы не быть у Роджера на глазах, и помогла Антее приготовить чай. Когда она вернулась в гостиную, оказалось, что Роджер ушел с детьми в сад.

Но в дружеской атмосфере чаепития, рядом со щебечущими смешными ребятишками, у которых Бетси и Виски выпрашивали кусочки со стола, трудно было оставаться отстраненной. Роджер под влиянием Антеи поразительным образом оттаял, и, несмотря ни на что, Лиз заметила, что чувствует себя в его обществе совершенно нормально. Он много рассказывал о Кении — вспоминал, как однажды участвовал в сафари на крупных животных.

Глаза Тима просто вылезали из орбит от восторга и ужаса.

— Правда, настоящие тигры? Прямо ходили вокруг вас кругами? — И вдруг он завопил на весь дом: — Ауау! Я — людоед, страшный и ужасный тигр-людоед!

Сьюзан взвизгнула и спряталась за спинку кресла.

— Я не люблю тигров, мне они совсем не нравятся. Я только слонов люблю.

— Никаких тигров-людоедов в нашей гостиной! — оборвала Тима Антея. — Особенно за чаем!

— А кстати, вот что я вспомнил, — вмешался Роджер. — Однажды я был знаком с одним слоненком. Звали его Гунжила. Хотите, я вам о нем расскажу?

Тим тут же забыл про своих тигров-людоедов. Сьюзан высунула голову и улыбнулась: