Отделы
Шрифт:
– Ничего, приноровишься, – ободрил его агент Донахью. – Говорю же, забудь всё, что знал о стрельбе раньше. Представь, что у тебя в руках некое подобие пульта от телевизора, а твоя цель – это сам телевизор, в котором нужно переключить канал. Каналов всего два: один называется «живой имаго», а другой «мёртвый имаго». Стреляя из этой пушки, ты просто переключаешь каналы и делаешь живого имаго мёртвым. Не нужно напрягать руку, расслабь её, действуй мягко и плавно.
– Разве нельзя было сделать излучение видимым, типа лазерного луча? – недовольно проворчал Бретт.
– Претензии не ко мне, – рассмеялся Руфус Донахью. – Я всего лишь скромный полевой агент… Слышал когда-нибудь о человеке по имени Никола Тесла?
– Это тот парень, который, говорят, взорвал плазменный шар над Тунгусской тайгой?
– Не берусь подтверждать или опровергать это, друг мой, однако речь сейчас не о том. Примерно с середины девятнадцатого столетия, т. е. практически сразу же, как о проблеме имаго стало известно, к работе над её решением мало-помалу подключались многие известные и выдающиеся личности. Неофициально, разумеется. А в начале двадцатого столетия одной из таких личностей стал легендарный Никола Тесла…
По тому, как Руфус Донахью говорил, было видно, что он большой поклонник Теслы.
– Тесла, друг мой, был вообще исключительной личностью, уж поверь мне! Широкая общественность пока что не знает даже о десятой доле сделанных им открытий. Ты вот уже в курсе, как можно видеть имаго – посредством «травмы прозрения». А Тесла опытным путём установил, что это не единственный способ!
Дело в том, что наш большой и сложно устроенный мозг весьма чувствителен к воздействию электрических и магнитных полей. Воздействие поля достаточной силы влияет на нейрофизиологию и как следствие на ментальные процессы центральной нервной системы. Внешние слои мозга – кора больших полушарий – состоят из множества участков, каждый из которых отвечает за ту или иную функцию – слух, зрение, обоняние, речь, тонкую моторику и т. д. Воздействуя электрическими или магнитными полями на эти участки, можно варьировать и соответствующие функции организма.
Тесла был большим любителем проводить эксперименты с электрическими токами и полями, в том числе и на самом себе. И вот однажды, во время такого эксперимента он случайно добился такого же эффекта, какой бывает при «травме прозрения». Его зрительный центр «переключился» в режим, при котором можно видеть имаго. Разница лишь в том, что при «травме прозрения» этот эффект постоянен, а Тесла мог видеть имаго, лишь пока электрическое поле воздействовало на мозг. Стоило ему выключить рубильник, зрение возвращалось в норму.
Думая, что электрическое поле вызывает в мозгу болезненные галлюцинации, Тесла обратился за консультацией к доктору. К счастью, им оказался врач, посвящённый в тайну имаго. Таким образом наши с тобой предшественники заполучили в свои ряды гениальнейшего изобретателя. Ознакомившись с проблемой, Тесла тотчас же включился в работу и создал излучатель, способный убивать имаго…
Агент Донахью внезапно помрачнел.
– Увы, друг мой, изобретение этого оружия стало последним изобретением Теслы. Вопреки официальной версии о его смерти, могу тебе сказать, что его убили имаго. Убили и не сделали ни малейшей попытки сожрать.
Наверно ты слышал теорию заговора о том, что правительственные агенты похитили весь архив и все чертежи Теслы, все его документы и наработки. Наши с тобой предшественники и распустили этот слух, а в действительности они сами и забрали все бумаги Теслы, чтобы продолжить работы по совершенствованию оружия против имаго. То, что ты, друг мой, держишь сейчас в руке, это результат долгих и кропотливых усилий множества людей. Уважай чужой труд и не морщись.
Бретт, однако, услышал в рассказе агента Донахью нечто более интересное и важное.
– Значит имаго не просто пассивные пожиратели беспомощных незрячих человечков? При необходимости они способны нападать?
– Нападение на Теслу и демонстративное убийство не с целью пропитания – единственный известный случай. Больше подобного не наблюдалось.
– Ага. И этой единственной нетипичной жертвой оказался человек, придумавший оружие против имаго. Я один не вижу здесь совпадения?
– Никто и не говорит о совпадениях!
– Чего ещё мы не знаем об имаго? – спросил Бретт, небрежно поигрывая излучателем, похожим на шуруповёрт.
– Аналитики «Лямбды» отдают себе отчёт в том, что наши знания об имаго неполны и стараются как могут. – Агент Донахью словно оправдывался. – Мы наращиваем знания буквально по крупицам. Причина та же – дефицит кадров. Учёные и технари ведь не участвуют в войнах и спортивных состязаниях, где они могли бы получить «травму прозрения», а значит в их распоряжении имеется лишь опосредованное знание об имаго, собранное с чужих слов…
Они продолжили этот разговор утром, когда зашли в кафе перекусить (весь остаток ночи Руфус Донахью гонял Бретта в тире).
– Так имаго всё-таки разумны или нет? – спросил Бретт у наставника.
Тот пожал плечами и словно нехотя сказал:
– Сложно утверждать что-либо однозначно. Не забывай, что в наш мир имаго приходят только для утоления голода. Займись они чем-нибудь ещё, можно было бы от этого плясать дальше. Пауки плетут сети, муравьи строят муравейники, пчёлы опыляют цветы, птицы поют и вьют гнёзда, олени бодаются за самку… Наглядные проявления их жизнедеятельности прекрасно иллюстрируют и характеризуют эту самую жизнедеятельность. С имаго всё иначе.
– Случай с показательным убийством Теслы всё меняет, – стоял на своём Бретт. – Мы в армии привыкли, что врага лучше переоценить, чем недооценить. Пускай свидетельство разумности имаго всего одно, лично я буду считать их разумными и действовать, исходя из этого. Есть хоть какой-нибудь способ заглянуть в их мир? Откуда они вообще берутся?
– Нет никакого способа наблюдать имаго непосредственно в их среде обитания. С восприятием их мира тоже, знаешь, есть трудности…
– Значит активная и самая разносторонняя жизнедеятельность у имаго безусловно имеется, просто мы её не видим. Нашего мира она касается лишь в одном-единственном случае – когда они чувствуют голод и направляются к кормушке.