Отель
Шрифт:
– С чего бы начать? – задумалась она.
– Начните с загадочной русской души.
– Не такая уж она загадочная. Весь вопрос в том, кто задается этим вопросом. Если спрашиваешь саму себя – это одно. Тут недолго и запутаться. Можно в психушку попасть или стать, скажем, Достоевским или Куприным.
– У вас хорошее образование.
– Да есть немного. Моя мама была школьной учительницей. Так вот. Если пожить здесь некоторое время, сразу поймешь, что наше кредо – заставь дурака Богу молиться, он и лоб разобьет. Вы, скажем, легко отказываетесь от одной идеи и беретесь за другую, мы же прем до конца, даже если ясно, что в конце никакого света. Тупик. – Света напрягла все свои извилины, вспомнила почти дословно разговоры пьяных клиентов, которых после соития тянуло пофилософствовать о России.
– Какое это имеет отношение к отелю?
– Нам все Европы хочется, Америки. А не нужно. У русских есть чем гордиться и без этого. Вот недавно Масленица была. В ресторане осетрина первой свежести, прибамбасы разные, а лучше поставили бы на каждом углу лоток с баранками, блинами и гурьевской кашей и угощали иностранцев бесплатно. И ложек бы сувенирных на заводе заказали. И все бесплатно. Копеечное дело для отеля, а всем запомнится, потому что у вас бесплатно только сыр в мышеловке.
Пайпс задумался.
– Легализовать проституцию. Ведь что происходит? Сплошная обираловка. Вон какую морду наел. И не он один, – сорвалась на больную тему Света.
– Это вопрос спорный. У нас тоже не везде позволено.
– Хорошо. Оставим. Но вы ведь не ханжа. Вон идут два человечка.
– Геи?
– Из них такие же геи, как из меня мать Тереза. Я заметила, как они оба на меня поглядывали. Нет. Кто угодно, но не гомики. Но черт с ними. Не в этом суть. Суть в отношении к ним. Кто слишком сильно убеждает, тот никогда не убедит.
– Вы хотите сказать, что это нарочно? Но с какой целью?
– Вот уж не спрашивайте. Знаете, когда собаку отвлекают от собственной задницы, всегда имеют при себе кусок мяса, чтобы бросить подальше. Может, они шпионы? Ура, я разоблачила шпионов… Ой, мне, кажется, хватит. Уже окосела. Не надо бы так много. У нас впереди еще вечер…
Пайпс машинально кивнул. Его сильно заинтересовала странная парочка. Старик был далек от прозрений Ставцова. Он видел эту парочку в бане.
Но какова девчонка! Если она права, надо познакомиться с ними поближе. Пайпс извинился. Проститутка с легкостью приняла извинения и сказала, что ей самой надо привести себя в порядок, а разговор о гостинице они еще продолжат за ужином. Пайпс направился прямиком к столику лжегеев.
– Разоблачать шпионов решили? Правильно. Только ведь они ваши шпионы, американские. Несолидно может выйти. Соотечественники все-таки, – бросила она напоследок и вышла из бара.
Впрочем, Пайпсу так и не удалось поговорить с сомнительными соплеменниками, те куда-то торопились, а наряд их, далекий от совершенства, недвусмысленно давал понять, что ребятки просто бегут от кого-то. Историю их странного появления Пайпс узнал позже.
Сейчас важно было другое: он узнал этих ребят. Видел в отделе контроля Ассоциации прав потребителей при ЮНЕСКО.
Глава 34
– «Treasure»! «Treasure»! Мы очень любим «Treasure»! «Treasure» – это мы! «Treasure» – это я!
Толпа крашеных и стриженых подростков визгливыми голосами скандировала эти лозунги у входа в гостиницу, распугивая бедных постояльцев. И с каждой минутой эта толпа все росла и росла. Подростки пили пиво, швырялись банками в чопорных старичков и дико хохотали, думая, что тем самым представляют панк-культуру в нашей стране.
Это было что-то невозможное. Пришлось вызывать даже наряд конной милиции. Лошади вызвали еще больший восторг у детишек. Их хотели напоить пивом, накормить жвачкой, кто-то даже попытался подпалить хвост одному коню, чуть не лишившись при этом не только зубов, но и головы.
– «Treasure»! «Treasure»! «Treasure»!
Рэбидж лежал на полу в своем номере и ничего этого не слышал. Вокруг кто-то бегал, тряс его за плечи, пару раз шлепнул по физиономии, но ему было абсолютно все равно. Он смотрел в космос и улыбался своим видениям. Ему было хорошо.
– Вставай, вонючка! Эй, ты, засранец! Поднимай свой обколотый зад и тащи его на пресс-пати! Ты, козлина, я тебе говорил не тянуть последний косяк! Подъем, пельмень! – отводил душу Эрл.
Но Рэбидж только улыбался и удивленно смотрел сквозь потолок.
А в вестибюле, с презрением поглядывая на бушующих фанатов и с еще большим презрением – друг на друга, кучковались всевозможные репортерищи, репортеры и репортеришки, милостиво приглашенные на пресс-конференцию, посвященную прибытию в Россию самой современной и ультракультовой панк-группы «Treasure», что на родном языке означает «Клад».
– «Treasure»! «Treasure»! Мы ищем «Treasure»! – Мальчики и девочки писали кипятком на улице, готовые каждый отдать по нескольку лет жизни, лишь бы проникнуть внутрь отеля, лишь бы постоять рядом с величайшим мега-поэтом современности Рэбиджем, который…
Который в этот момент изрыгал из себя мутные потоки, силясь направлять их хотя бы примерно в сторону унитаза.
– Давай! Это круто! Рэбидж поет свою любимую песенку! – хохотали и бесновались его разудалые спутники.
Потом кумира современной молодежи затолкали под холодный душ, потом врубили кипяток, от чего он заревел, как медведь, и только потом выпустили на публику, чуть не забыв натянуть на него штаны и майку.
– Скажите, как вам понравилось в России?..
– Что вы думаете о русских девушках?..
– Ваши впечатления от Москвы?..
И все время щелк, щелк, щелк. Вспышки через глазницы прыгают прямо в мозг и – шарах по нему, шарах… Рэбидж морщился, стараясь сфокусировать шевелящиеся пятна, и ворочал языком, бормоча что-то невнятное. А сзади уже накрыт стол. Там и водочка, и винцо, и бутербродики халявные. И так хочется плюнуть на все это и…
– Ваши планы на будущее?..
– Вы употребляете наркотики?..
– Как вы относитесь к сексуальным меньшинствам?..
Он долго морщил лоб, собирая в кучку мозги, и наконец выдал: