Чтение онлайн

От огромного потока эмоций и сексуального удовлетворения обе они начали дрожать и теряли контроль над телом. Эмили слабо вздохнула, её кожа покрылась мурашками и она погрузилась в безграничный экстаз, как и Лина. После этой невероятной ночи обе они остались лежать рядом друг с другом, накрывшись простынeй, ощущая нежность и близость. Эмили поняла, что никогда раньше не испытывала такую любовь и взаимопонимание, какое она нашла с Линой.

Они оказались духовно и физически связанными, и Эмили знала, что их с Линой история только начинается.

***

— Марк, привет! — произнесла Бруклинн Грейс, держа смартфон возле уха.

— О, здравствуйте, миссис Грейс! — отозвался парень на том конце сотовой связи.

— Надеюсь, я не отвлекаю тебя своим звонком от важных дел?

— Ну что вы! Я сегодня ничем особо не занят, выходной же!

— Слушай, Марк, а что случилось с телефоном Эмили? Я ей звоню, а там абонент недоступен!?

— Я и сам ей звонил несколько раз, мне тоже самое сказали!

Мать Эмили тяжело вздохнула:

— У вас там всё в порядке, Марк? Что-то вас давненько у нас не видно и не слышно! Раньше хоть иногда приезжали по выходным, а теперь что-то не ездиете.

— Ну, миссис Грейс, это не от меня зависит.

— А Эмили разве не дома?

— Нет еe.

— А где она? Я просто беспокоюсь за неe. Подумала, может, случилось что, раз не отвечает.

Марк фыркнул:

— Да что с ней может случиться? Она сейчас занятой стала, что ей ни до кого дела нет, кроме своих репетиций.

— Каких таких репетиций?

— А она вам не говорила, что ли?

— О чём?

— Что мелодии начала сама сочинять на скрипке.

— О! Так это же здорово! Она у нас талантливая девочка! Молодец! Получается хоть?

— А я знаю? Я ни одной даже не слышал пока.

— А что так? Разве она не дома репетирует?

— Ну… — Марк призадумался, не представляя, стоит ли рассказывать обо всём матери своей девушки.

Повисло молчание.

— Алло? Ау, Марк? Ты ещё там? Слышишь меня?

Он опомнился:

— Конечно, я вас слышу, миссис Грейс.

— Тогда что замолчал? Где Эмили? Она в театре, что ли? Там репетирует?

— Театр у них не работает по выходным, — ответил парень. — Она у подруги своей репетиции проводит.

— Какой подруги? Из еe театра? — начала любопытствовать Бруклинн.

Ей всегда было интересно влезать в личную жизнь дочери.

— Нет, художницы какой-то, — уклончиво ответил Марк.

— А почему я не в курсе?

— Вы меня об этом спрашиваете? Спросите лучше свою дочь. — В голосе парня промелькнуло раздражение.

— Не знала, что у Эмили есть друзья-художники, — посетовала Бруклинн.

— Как же им не быть? — съязвил Марк. — Она же любит искусство.

— Это да, — протянула миссис Грейс. — А почему она у художницы репетирует? Разве дома нельзя?

— Вы ведь знаете моё отношение к еe работе. Я не любитель слушать еe бремчание на скрипке дома. Мне это мешает наслаждаться тишиной и только раздражает. Вот она и сдружилась с какой-то женщиной, обожающей посещать театры, и с тех пор каждые выходные отчаливает к ней репетировать.

В тоне Марка Бруклинн уловила нотки недовольства:

— Кажется, между вами не всё нормально.

— Это с какой стороны посмотреть. Я, конечно, не против еe репетиций, но мне кажется, что они очень уж частые у неe. На меня она забила капитально. Сижу тут, как дурак, один, пока моя девушка там не пойми чем занимается, что даже телефон выключен и никак не дозвониться.

— А зачем его отключать то? Можно и на вибрацию поставить.

— А это вы у неe спросите, миссис Грейс. Я понятия не имею, чем она там занимается у этой художницы! Хотя сомневаюсь, что именно репетициями!

— С чего такие выводы, Марк? Ты в чeм-то подозреваешь мою дочь?

— Я ничего такого не думаю, но мне эти еe постоянные отлучки из дома вызывают странные подозрения.

— Какие?

Он помялся, не зная, стоит ли посвящать мать Эмили в свои догадки.

— Вам это может показаться странным, но эта художница, как мне кажется, пытается встать между мной и Эмили.

— Это как? Что ты хочешь этим сказать, Марк?

— Ну, понимаете, это лишь мои предположения. Может, я ошибаюсь и это не так, но с появлением в жизни Эмили этой женщины мы стали чаще ругаться по пустякам. Выходные она проводит с ней, а не со мной, что мне очень обидно, знаете ли. С работы приходит позднее обычного, встречаясь с этой женщиной. И всё они там обсуждают музыку и искусство. Прям круглосуточно напролёт! Подозрительно, не находите?

— Марк, может, тебе стоит спросить Эмили прямо о её отношениях с этой художницей? — подсказала Бруклинн. — Ведь только разговор может помочь вам понять, что происходит.

Марк задумался над словами матери девушки.

— Уже пытался! Ничего объективного она мне не сказала!

— Эмили у нас личность творческая, музыкальная. С детства у неe тяга к скрипке была. Но я что-то не припомню, чтобы она постоянно играла только на одной скрипке и больше ничего не делала. Может, она просто находит вдохновение у этой художницы, и им интересно обсуждать искусство вместе. Не думаю, что в этом есть что-то странное или плохое. Возможно, тебе стоит попробовать понять и поддержать её в том, что она любит и чем занимается.

Марк замолчал на мгновение, осознавая, что мать Эмили, возможно, была права. Может, его подозрения были просто результатом ревности и отсутствия общего понимания с девушкой. Ведь она всегда была страстно увлечена музыкой, и эта новая дружба могла быть просто новым источником вдохновения.

— Вероятно, вы правы, миссис Грейс. Может быть, я просто неправильно воспринимаю всё это. Я постараюсь лучше понять Эмили и поддержать её во всём, что она делает, — ответил Марк, ощущая, как с его плеч снимается груз подозрений.