Чтение онлайн

Богдан берет нож и начинает долбать им пачку газет. Да с такой силой и злостью, что нож пробивает толстую пачку и застревает в столе. Так продолжается несколько минут. Видно, что Богдан бесится от злости. И за ним мокрое дело, убийство.

"Если он подойдет с ножом ко мне, - думаю я, - то придется выбить ему второй глаз".

Но я человек мирный. Поэтому я вынимаю из кармана толстую черную самопишущую ручку и как бы между прочим говорю:

– Знаешь, что это такое? Это ручка не простая, а специальная - для агентов ЦРУ.

– А зачем это?

– Она заряжена специальным патроном с газом. Так, что человек сразу полетит вверх копытами. Но можно зарядить и пистолетным патроном с пулей.

– А что у тебя там сейчас?

– Не помню. Может, газ. Может, пуля.

– Хм, как в русской рулетке?

– Да. И есть третья комбинация: сначала газом в нос, а потом пулей в живот.

Богдан откладывает бронзовый нож в сторону:

– А ты это пробовал?

– Да, конечно. Однажды пришел ко мне в ЦОПЭ Женька Капитан. Мой бывший друг. А потом советский агент. И не хочет уходить. Ну, так я дал ему газом в нос так, что он вылетел, как ракета.

– Значит, здорово работает?

– Да. Плохо только то, что потом я сам в этой комнате сидеть не мог. И кто не придет - все плачут. Так и говорили -комната слез.

Допиваем мы вторую бутылку. За окном уже утро. Богдан позевывает и потягивается:

– Ты читал рассказ Хемингуэя "Убийцы"?
– Нет.

– Советую прочесть.

– А что там такое?

– Да там про одного гангстера Большого Джо... Который порвал со своей шайкой... Джо большой и сильный. А гангстеры маленькие и плюгавенькие... Но в конце концов они убили Большого Джо... А мораль этого рассказа такова: один человек, даже самый сильный, не может бороться с организованной шайкой. Его все равно убьют. Понял?

"Так, так, это уже прямая угроза, - думаю я.
– Но со стороны кого? Какая шайка его послала: КГБ или ЦРУ?".

– Поскольку ты там что-то пописываешь, - заплетающимся языком бормочет Богдан, - то тебе не мешает поучиться у Хемингуэя.

Он вынимает свой стеклянный глаз, играется им на ладони, потом ловко вставляет назад.

– Знаешь анекдот про стеклянный глаз?- говорю я.

– Это как один проглотил свой стеклянный глаз, а потом он застрял у него в ж...?

– Нет, другой. У одного следователя НКВД был стеклянный глаз. Лупцует он людей и приговаривает: "А ну, угадайте, какой у меня глаз стеклянный, а какой гуманный?". Говорят правый - нет. И лупцует. Говорят левый - нет. И опять лупцует.

– Так какой же?

– Какой стеклянный, тот и гуманный.

– Это ты на что намекаешь?

– Просто так... В связи с Хемингуэем.

На дворе уже совсем светло. Я смотрю на Богдана и уже сам не могу разобрать, какой у него глаз стеклянный и какой настоящий. Начали мы пьянку в 9 вечера, а кончили в 9 утра. Допрос продолжался 12 часов.

От меня Богдан отправился на конференцию ЦОПЭ, вошел в дом, повалился под лестницей и заснул. Нашли его там, в пыли и паутине, только после окончания конференции.

Я же, хотя и экс-президент ЦОПЭ, на эту конференцию вообще не пошел. У меня были более важные дела. Киса просила меня отвезти какие-то вещи её младшей сестре Галке, которая была в скаутском лагере. А раз пообещал, то нужно выполнять обещание.

Вот я и мотался весь день на моем белом линкольне. Всю ночь пьянствовал с опытным диверсантом и убийцей. Не спал, не ел, не брился и не умывался. Как на фронте. Да, на фронте психологической войны.

Киса сидит рядом, задрав голенькие ножки в трусиках.

– Киса, поговори со мной, иначе я засну за рулем, - прошу я.

– А ты не шляйся по ночам, - советует Киса.

На следующий день после пьянки с Богданом я добрался до постели только около полуночи. И тут началось что-то странное. Лежу в постели, очень хочется спать, но заснуть я не могу. Так бывает когда перепьешься черного кофе. Но я кофе не пил.

И какое-то противное ощущение в теле. Я встал, прошелся в трусах по комнате, закурил. Но у сигареты какой-то другой, неприятный вкус.

Сел в кресло, пробую включить радио. Но рука не слушается и не попадает на кнопки. А когда, наконец, включил, у радио совершенно другой звук - какой-то металлический, дребезжащий и доносится он откуда-то издалека. Что за чертовщина?

Взял газету и пытаюсь читать. Глаза скользят по строчкам, но я ничего не понимаю. Словно нарушена связь между глазами и мозгом.

Положил руку на голое колено, но собственное тело ощущается, как чужое. Ущипнул себя, но ничего не чувствую. Что это такое?

В ногах какая-то слабость. И дышать как-то тяжело. Как будто не хватает воздуха. И слышно как бьется сердце.

Опять ложусь в постель и пытаюсь уснуть. По всему телу волнами ходит мелкая дрожь. И простыни, и подушка, и одеяло стали какими-то другими.

Хотя я чертовски устал, но вместо сна навстречу усталости изнутри поднимается что-то нехорошее. Какое-то непонятное и неприятное беспокойство. Даже не беспокойство, а что-то гораздо хуже. Может быть, я заболел? Но это какая-то странная болезнь.

Из большого открытого окна тянет ветерком с Гудзона. Мне захотелось подойти к окну, чтобы подышать свежим воздухом. Но одновременно я почему-то боюсь, что выпаду из окна - с четвертого этажа. Мне кажется, будто кто-то подталкивает меня в спину. Во мне как будто борются два существа: мое собственное Я и какое-то чужое Я.

Опять сел в кресло. Непонятная внутренняя тревога все нарастает и нарастает. Потом меня вдруг захлестывает волна горячего страха. Такого горячего, что я весь покрылся потом. Откуда этот проклятый страх? Ведь это какой-то нервный припадок.