Чтение онлайн

Скрип отворившейся двери заставил Станислава поднять голову. Гуров прошел к своему столу и бросил на него принесенную папку.

– Опаздываешь, – Крячко покачал головой.

– К твоему сведению, Стас, я в управлении уже с семи утра. Изучал личные дела интересующих нас личностей. Орлов снабдил меня кое-какой информацией, – Гуров постучал указательным пальцем по папке.

– Ну и как? Накопал что-нибудь стоящее?

Крячко разжал кулак. Вырвавшаяся на свободу муха пулей взметнулась к потолку. Сыщик проводил ее взглядом.

– Я вижу, ты тут не скучал, – Гуров не спешил занимать рабочее место. – Мне очень жаль прерывать столь увлекательное занятие, но у нас с тобой запланирован сегодня визит к Инжиру. Ты готов?

– Как пионер.

– Отлично. Тогда не будем терять времени. Я уже позвонил Инжиру, и он заверил меня, что до обеда не покинет загородной виллы.

– Он нас ждет? – удивился Крячко.

– В некотором роде, – усмехнулся Гуров. – Могу поспорить, что он не в восторге от предстоящей встречи, но выбора я ему не оставил. Ты же знаешь: при желании я способен быть очень убедительным.

– Это уж точно. Ну а что там с личными делами, Лева?

– Должен тебе сказать, это еще те фрукты. Селиванов, как и Бутуев, коренной москвич. Две судимости. Обе за нанесение тяжких телесных повреждений. Там имелись еще и сопутствующие статьи, но эти основные. Прожженный урка, клейма ставить негде, но в отличие от Бутуева большого авторитета он себе так и не заработал. Грехи прошлого не пустили. Ну по их воровским понятиям, конечно… – Пустившись в экскурс по изученным досье, Гуров покинул кабинет вместе с Крячко и направился к выходу из управления. – Пантелеев – мокрушник. Одна судимость. Шестнадцать лет от звонка до звонка. Родом из Самарканда…

– А баба?

– Ставская? – переспросил Гуров. – У нее там целый винегрет. По молодости даже чуть под вышку не залетела. Но каждый раз адвокаты срабатывали на высшем уровне. Думаю, немалые бабки отваливала. Но, значит, было с чего. Только вот, как судьба свела ее с Зараном, непонятно. По идее они нигде не пересекались прежде. И вдруг одно из доверенных лиц!

– Может, общие знакомые? – предположил Крячко. – Или интимная связь?

Сыщики вышли на улицу. Со вчерашнего вечера небо заметно заволокло тучами, и утро было уже не таким жарким. Легкий ветерок трепал волосы. В воздухе отчетливо пахло озоном.

– Может быть, – уклончиво произнес Гуров. – Все может быть, Стас. Хотя версия об общих знакомых нравится мне куда больше, чем интимная связь. Судя по характеру самого Бутуева, он не стал бы работать с женщиной, с которой до этого спал.

– А разве он не спал с Натали?

– Спал. Но с ней-то он как раз и не работал.

– Девушка все еще остается для нас темной лошадкой?

– Увы.

«Пежо» выехал со стоянки, и Гуров направил его в сторону Волоколамского шоссе. Местонахождение загородной виллы Инжира ему было известно, хотя до сегодняшнего дня ни ему, ни Крячко не доводилось там бывать.

– Петя что-нибудь сказал по поводу вчерашнего схода у Инжира? – спросил Крячко после непродолжительной паузы. – У нас есть информация об исходе этих переговоров?

Гуров отрицательно покачал головой.

– Если бы на сходе присутствовал Заран, а так…

– Ясно.

Крячко больше не стал лезть к напарнику с лишними вопросами, тем более что общая картина и так была предельно ясна. История со смертью Зарана по-прежнему изобиловала темными пятнами.

Особняк Инжира за высоким бетонным забором стоял немного в стороне от остальных строений, и заметить его можно было еще издалека. «Пежо» резво покатил по бетонной полосе и уже через пару минут уперся в снабженные автоматическим механизмом ворота. Гуров посигналил.

– Может, стоит достать оружие? – предложил Крячко, когда вместо того, чтобы открыть ворота, из калитки неторопливо выплыл двухметровый детина и двинулся к незнакомому автомобилю.

– Не надо, – Гуров улыбнулся одними уголками губ, но интонации голоса остались серьезными. – У воров в законе не принято открывать стрельбу, предварительно не разобравшись, кто есть кто.

– Не исключено, что они это уже знают, – Крячко на всякий случай все же расстегнул пиджак.

Охранник приблизился к «Пежо» и склонился к опущенному боковому стеклу со стороны водителя. Гуров молча протянул ему удостоверение в раскрытом виде. Охранник внимательно прочитал написанное, сличил фотографию с лицом сидящего за рулем человека и хмуро кивнул.

– Леонид Иннокентьевич предупреждал о вашем визите, – сказал он и зашагал обратно к калитке.

– Славно, – Крячко помассировал себе подбородок. – Леонид Иннокентьевич – это Инжир, что ли?

– Он самый.

Охранник скрылся, и через пару секунд ворота поползли в сторону, давая возможность сыщикам проехать на территорию. Гуров переключил передачу.

Внутренняя территория особняка была пустынна. Там, где вчера вечером располагалась кавалькада иномарок столичных авторитетов, сегодня не наблюдалось ни одного автомобиля. Свой собственный транспорт Инжир предпочитал держать в гараже. Все тот же охранник указал Гурову, где ему следует припарковаться.

На крыльце сыщиков встретил усатый швейцар такого же мрачного вида, как и его коллега на воротах. Сухо поприветствовав прибывших, он сообщил, что Леонид Иннокентьевич примет их в своем кабинете на втором этаже.

Внутреннее убранство помещений в особняке именитого авторитета производило неизгладимое впечатление. Нельзя сказать, что Инжир стремился к роскоши, но, безусловно, вкус у этого человека был. И он явно ценил уют.

Кабинет Инжира пустовал. Гуров осмотрелся. Кабинет был выдержан в офисном стиле. Полковнику приходилось посещать такого рода помещения. Ничего лишнего, помпезного, ничего, что могло бы отвлекать человека от бизнеса, которым он занимался.

Гуров подсел к рабочему столу Инжира, спиной к огромному панорамному окну, из которого открывался потрясающий вид на сад. Крячко пару минут постоял возле окна, а затем занял место на низеньком, с изогнутыми ножками диванчике, обтянутом светлой кожей. Блаженно вытянул ноги.

– Почему мы так не живем, Лева?

– Потому что мы на службе у государства, – серьезно ответил тот. – И, я думаю, вряд ли кому-нибудь когда-нибудь удавалось заработать денег на такие хоромы честным трудом. Хотя… Тот же Инжир, скажу я тебе, не один год провел в колониях, прежде чем смог позволить себе подобное.