Чтение онлайн

— Ну конечно, это не похоже на правду. Хотя вот единороги… Они же тебя сожрут, только попадись им на глаза! А все это… — он похлопал ладонью по книге, которую держала Отрава, — просто истории. Настоящая жизнь — тоже история, но гораздо более сложная. У нее тоже есть начало, середина и конец. Человек живет по тем же правилам… Только их намного больше. У каждого есть сюжет и завязка. Каждому надо пройти свой путь. Кто-то идет далеко и возвращается с пустыми руками. А другой остается на месте и становится богаче всех. У одних сказок есть мораль, другие лишены всякого смысла. Есть сказки смешные и грустные. Мир — это библиотека, и в нем нет ни одной похожей книги.

Отрава насмешливо фыркнула, хотя ей и очень нравилось, когда старик говорил такие вещи.

— Да какие истории могут рассказать жители Чайки? Они такие же скучные и предсказуемые, как эти легенды. Прочитав парочку, считай, что знаешь все.

— Ты правда так думаешь? — спросил Парус, наклонился ближе, и его позвоночник затрещал, как огни фейерверка. — Мне кажется, ты не знаешь и половины из того, что здесь происходит. Как будто тебе не понравилась обложка и ты решила, что дальше читать не стоит.

Отрава безразлично пожала плечами. — А мне все равно, — ответила она. — Это неинтересно.

— А вот тут позволь с тобой не согласиться, — произнес Парус. — У каждого сюжета есть неожиданные повороты, и никогда не знаешь, когда случится следующий. Не забывай об этом, Отрава.

— Так уж и быть, не забуду, — с ядовитой усмешкой ответила девушка, тут же выбросив слова старика из головы.

Однако она унесла с собой книги, которые собиралась вернуть ему, но все-таки оставила их у себя. Почему-то слова Паруса вспомнились Отраве в тот вечер, когда она легла спать. Суп у мачехи получился отменный — должно быть, из-за маленьких грибов, решила девушка. А потом Мелисса и Руб отправились посмотреть на болотных духов. У Отравы не было настроения идти с ними: она чувствовала себя страшно подавлен— ной. Поэтому она подоткнула у Азалии одеяльце, забралась под изъеденное молью покрывало и заснула под далекий смех детей, которые бегали за мерцающими духами, и звон маленького серебряного колокольчика. Казалось, этот звон следовал за нею в сон глубже и глубже. Помнится, Отрава подумала, что подобный звук немного не к месту у них на болотах. Потом Азалия заагукала во сне. Отрава вяло открыла глаза, с нежностью посмотрела на малышку в кроватке и снова провалилась в забытье.

Больше она никогда так не делала.

Отраву разбудил душераздирающий крик Мелиссы. Девушка приподнялась на локте и откинула одеяло. В воздух взметнулось облако сверкающих хлопьев. И почему-то, несмотря на обстоятельства своего пробуждения, она тут же почувствовала, как теплая ладонь сна вновь накрывает ее, заставляя глаза закрыться. Отрава недоуменно встряхнулась, разглядывая странную субстанцию на одеяле и в волосах: она была похожа на снег и мерцала при слабом свете утреннего солнца, пробивающегося в окошко.

Отрава почувствовала, что против собственной воли засыпает. На этот раз она отбросила в сторону одеяло и вскочила со старой плетеной кровати. Хлопья… это как-то связано с хлопьями… Она не понимала, как и почему, но интуиция подсказывала, что между этой загадочной субстанцией на кровати и навалившимся вдруг сном есть какая-то связь. Девочка взъерошила волосы и яростно отряхнула свою пеньковую ночную рубашку, пытаясь сбить хлопья. Как только хлопья упали, усталость тоже покинула ее. Какое-то время она просто стояла и смотрела на них в тревожном удивлении.

— Что ты наделала?— завизжала Мелисса из другого угла маленькой комнаты, и Отрава вдруг вспомнила, что ее разбудило.

Мелисса стояла у кроватки Азалии с выражением беспредельного ужаса на лице и жгла Отраву обвиняющим взглядом.

Девушка потерла рукой лицо, чтобы смахнуть с глаз остатки сна, и подошла к кроватке, не обращая никакого внимания на мачеху. У нее в груди возникла какая-то внезапная слабость и жуткое предчувствие.

Отрава заглянула в кроватку. Что бы там ни лежало, но это была не Азалия.

— Почему ты не проснулась? — зашипела Мелисса. — Ты же была здесь! Гадкая девчонка! Почему ты не проснулась?

Отрава не слушала ее. Казалось, мир для нее сузился до размеров этой кроватки и того, что в ней лежало. Все звуки стали будто бы далекими— далекими, даже пронзительный голос мачехи. Она слышала только свое прерывистое дыхание и то, как медленно стучит в жилах кровь. Девушка оперлась руками на спинку кроватки, чтобы удержаться на ногах, Где-то в памяти звенел маленький серебряный колокольчик.

Она отпрянула от кроватки и схватила с книжной полки самый толстый томик. Отрава когда-то давно взяла его у Паруса и даже не собиралась отдавать. Теперь она открыла книгу, и пыльная обложка из кожи скрипнула, страницы зашелестели под пальцами.

— Читаться Ты собираешься читать, когда такое творится? — завыла Мелисса.

Отрава метнула в нее раздраженный взгляд и возобновила поиски. Мачеха зарыдала:

— Бедный Руб! Что я ему скажу? Что я скажут Он сойдет с ума! ..

Страница, которую искала Отрава, открылась, и у девушки потемнело перед глазами. Вот оно. Всю левую часть разворота занимала черно-белая гравюра горбатого существа, одетого в длинное поношенное пальто. Его лицо скрывалось под широкополой шляпой, а глаза маленькими щелками зияли в ее тени. Существо стояло, вытянув длинную костлявую руку, и осторожно держало большим и указательным пальцами крошечный колокольчик. Другой рукой оно разбрасывало вокруг нечто похожее на пыль. Чудовище стояло на лесной просеке, а повсюду лежали спящие люди.

— Пугало, — прошептала девушка. Отрава снова услышала в голове звон. Онаозабоченно нахмурилась и пристально вгляделась в страницу. Кажется, секунду назад что-то пошевелилось? Она присмотрелась получше.

Прямо у нее на глазах картинка неожиданно начала расти, как будто девушка падала в нее или картинка поднималась со страницы, чтобы поглотить Отраву. Черно-белые листья зашелестели. У Отравы закружилась голова, и она вытаращила глаза.

Пугало повернулось и посмотрело на девочку. Оно смотрело на нее с книжной страницы. От ужаса у Отравы перехватило дыхание. Ей хотелось тут же закрыть книгу, но она не могла пошевелиться, ни одна мышца не подчинялась ей. Ее как будто пригвоздило к месту: ни двинуться, даже ни моргнуть… Откуда-то из сердца поднялись тревога и неверие.

Пугало шагнуло к ней. Его движения были очень странными, отрывистыми, словно в мультике, нарисованном на полях тетрадных листов. Но оно определенно двигалось и быстро, хромая и запинаясь, приближалось к ней, вытянув вперед свой маленький колокольчик.

«Невозможно, — сказала себе Отрава. — Невозможно…

Но она не могла оторваться, не могла отвести взгляд. Пугало подергало колокольчик, и звон послышался опять. Чистый звон, невыразимо зловещий. Тихий, но самый отчетливый звук. А существо росло, увеличивалось в размерах, пока верхняя часть туловища не заняла всю страницу. Теперь оно словно смотрело на Отраву через окно, подойдя вплотную к подоконнику. Колокольчик зазвонил снова, овладевая ее разумом. Белые щелки глаз Пугала на черном-черном лице впивались в нее.