Отраженная угроза
Шрифт:
Потом маленькие электрические вагончики повезли его и других пассажиров от челнока к сияющему на солнце зданию вокзала, и он про всё забыл. Вскоре Сенин оказался предоставленным самому себе среди немыслимо огромного пестрого человеческого моря. Даже голова закружилась. Не привык он к такому количеству людей.
«Сколько ж надо еды, чтоб прокормить такую ораву?» – с легким испугом подумал он.
Видимо, еды здесь хватало на всех. Сенин изучил расписание и нашел рейс до Алма-Аты. Где-то в тех краях его ждет собственная усадьба с мансардой и огороженным двориком. Он плохо представлял, как выглядит там природа и люди, лишь догадывался, что там жарко.
До отлета было несколько часов, и их можно было провести весело и непринужденно – развлечений для скучающих пассажиров в порту хватало. Но у Сенина были совсем другие планы.
Он нашел большой торговый центр, долго бродил там, придирчиво осматривая витрины и приставая к продавцам. И наконец купил мощный коммуникатор, одну из самых совершенных моделей, как его уверял продавец.
С покупкой он сел среди пальм в одном из залов ожидания и углубился в поиски. Земная информационная сеть приятно удивила его скоростью, надежностью и простотой пользования. Элизу он нашел буквально с третьей попытки.
– Привет! – сказал он и широко улыбнулся.
Он увидел, как на крошечном экране его жена завизжала от радости и захлопала в ладоши.
– Сенин! Ты уже вернулся?
– Что значит «уже». Думаешь, рановато? Ну, могу и обратно…
– Нет, нет и нет! Сенин, ты где? Когда я тебя увижу? Давай скорей ко мне. Адрес хоть помнишь?
– Нет. – Сенин немного удивился этому «помнишь».
Он знал, что Элиза, как отставной пилот-астронавт, могла позволить себе собственное жилье, но ни про какой адрес он знать не мог.
– Эх ты, голова дырявая… Принимай адрес и бегом лети ко мне. Со всех ног, понял? Я умираю, как хочу тебя потискать.
– Не так сразу, принцесса. У меня тут еще много всякой волокиты – регистрация, учет и прочие бюрократические сопли. Думаю, за пару дней управлюсь. А ты пока придумай меню для праздничного ужина.
– Сенин… – разочарованно вздохнула Элиза. – Ну, вот… Неужели ты сейчас можешь заниматься бюрократией, когда я тебя так жду?
– Не могу, милая, но придется. Без регистрации мне нельзя путешествовать. Сама знаешь порядки.
– Раньше было можно, – подозрительно проговорила жена. Потом вздохнула. – Сволочь ты, Сенин. Но всё равно я тебя обожаю, хочу, люблю и готова съесть целиком без остатка. Прилетай скорей, я без тебя умру.
Отключив линию, Сенин взглянул на присланный адрес и сверился с картой. Ого! Остров Куба. Пол земного шара придется пролететь. Ну, и ладно.
Сенин с грустью вздохнул. Он мечтал увидеть длинные золотые кудри Элизы, а она их зачем-то состригла. Вроде мелочь, а встреча уже не такая, как представлялось.
Потом он снова включил коммуникатор и покопался в новостях дня. Надо знать, чем живет этот мир – как-никак отныне он его гражданин.
Везде светилось одно и то же название – Элдор. Планета в системе Ариадны. Бунт рабочих золотых приисков. Сенин заволновался и уже полез было в подробности, но потом вдруг выключил прибор и кинул в карман. И безмятежно улыбнулся. Потому что теперь всякие бунты и беспорядки были не его заботой. И осознавать это было приятно.
«Странно, – подумал он, – что здесь кто-то интересуется беспорядками на Элдоре. Неужели на Земле так мало новостей, что нужно таскать их из глубокого космоса?»
Рейс в Алма-Ату задержался примерно на час. Все ждали, пока улетят полицейские борта.
Теперь Сенин знал, куда они улетают.
В Алма-Ате действительно оказалось очень жарко. Зато в офисе пенсионного отдела отлично работали кондиционеры. Сенин проторчал там часа три, но ни капли не устал. Он и не думал, что способен выдержать три часа канцелярской диктатуры. Раньше, бывало, оформить заявку на новые ботинки для отряда было проблемой. А тут – целый дом, да еще и пожизненная пенсия…
Благодушие не покидало его весь день. «Отпустила, — думал Сенин, с волнением прислушиваясь к себе. – Эта чертова жизнь меня отпустила на свободу».
И тут же вспомнил, как Валенски точно так же говорил про грибницу: отпустила.
К вечеру он оказался в красивом, как игрушка, синем вагончике с большими окнами. Вагончик прицепили к поезду, и Сенин тронулся в путь, к своему новому гнезду, располагалось гнездо в местечке со странным названием Облачное.
В вагончике была романтичная деревянная отделка и необычайно удобные диваны. Сенин смотрел в окно, и ему казалось, что он готов ехать вот так долго-долго, может быть, всю жизнь.
За окнами было красиво. Городские громады остались позади, потянулись одноэтажные поселки – чистенькие, хорошо покрашенные, увитые зеленью. Сенин смотрел и думал, что теперь и он будет жить в таком же чудесном уголке. Наверно, стоило пятнадцать лет носиться по пыльным, грязным и холодным космическим колониям, чтобы теперь оказаться в этом солнечном раю.
Вагон катил плавно и почти бесшумно. Без спешки. Скорей всего, это был прогулочный поезд специально для наслаждения видами. Сенин не возражал. Почему бы не прокатиться на этом архаичном транспорте, не посмотреть в окна, когда никуда не спешишь?
Было в этом что-то трогательное и задушевное. Настоящее ощущение жизни. Почти как плавание на яхте.
В два часа ночи он сошел на станции Облачное. Даже в темноте было видно, что это такой же милый чистенький поселок, как и все, что стояли по пути. Сенин перехватил поудобней сумку и ящик с камнями и отправился к ярко освещенному зданию вокзала, похожему на маленький стеклянный замок.
– В гостиницу, – сказал Сенин пожилому таксисту, подъехавшему на симпатичной электрической машинке.