Чтение онлайн

Искра подозрительности вдруг промелькнула в темных глазах привратника. Подойдя к двери, он немного постоял и мягко, по-кошачьи, повернувшись, быстро спросил, знает ли Иван некоего господина Равальяка.

–  Франсуа?
– тут же переспросил молодой человек.
– Да, он был один из тех, кто просил меня предупредить вас.

Привратник облегченно рассмеялся:

–  Рад, что вы, кажется, и впрямь тот, за кого себя выдаете.

–  Гм, - хохотнул Иван.
– Интересно, а за кого я себя выдаю?

Оба посмотрели друг другу в глаза и снова расхохотались, а Иван так еще и мысленно поблагодарил Бога за то, что вчера дотошно расспросил Жан-Поля обо всех его знакомых аристократах, известных своими радикально-католическими взглядами. Равальяк оказался одним из них.

–  Что ж, если хотите переговорить, - извольте.
– Откинув циновку, Юбер поднял в полу люк.
– Только прошу вас, быстрее - мне еще нужно придумать, что делать.

–  А что тут думать?
– искренне удивился гость.
– Садитесь на любое подвернувшееся судно да плывите себе в какой-нибудь испанский порт. Думаю, годик-другой вы там отсидитесь.

–  В Испанию?
– Привратник вздрогнул. Еще бы не вздрогнуть, ведь именно в эту страну, к дальним родственникам, и намеревалась уехать Катерина, о чем - по просьбе Ивана - и упомянула в письме.

–  Ладно, об этом еще подумаю… - Юбер нагнулся к подвалу.
– Эй, брат Жильбер! Не хотите ли немного размяться?

–  Можно и размяться, - донесся из подвала глухой голос.
– Если принесете лестницу.

–  Помогите!
– обернулся привратник и вместе с гостем опустил в узилище длинную деревянную лестницу, торчащие концы которой тут же задергались под тяжестью узника. Наконец над полом показалась лысая как колено голова. Бледное вытянутое лицо с квадратным подбородком, крупный, с горбинкой нос, тонкие, брезгливо поджатые губы… А этот монах - брат Жильбер - судя по всему, довольно силен! Ишь, как под рясой топорщатся мускулы!

–  Спасибо за вино, брат Юбер, - выбравшись, первым делом поблагодарил узник.
– Ну, и за то, что позволяли меня изредка навещать послушнику Грегуару.

–  Полноте, - отмахнулся привратник.
– Самому было интересно послушать, как вы с садовником обсуждаете преимущества разных сортов роз. Нет, в самом деле… Да, к вам тут гость…

–  Вижу, - присаживаясь за стол, хмуро кивнул монах.
– Кто вы, месье, и что хотите от бедного странника?

–  Меня прислал синьор Рангони, - глядя ему прямо в глаза, тихо промолвил Иван. И дальше сказал уж совсем загадочно: - Вы должны вернуть то, что должны были хранить.

Впрочем, брат Жильбер его отлично понял.

–  Что ж.
– Встав, он развел руками.
– Значит, уже пришло время. Э… эта вещь зарыта в отдаленном месте… Я мог бы показать, но…

–  Идите, брат, - неожиданно заявил Юбер.
– Только постарайтесь не привлекать излишнего внимания.

–  Но…

–  Идите и… прощайте. Я тоже решил уйти и не намерен терять ни минуты.

–  Спасибо, брат!
– взволнованно перекрестил привратника узник.
– Я знал, что мы с тобой близки в вопросах веры. Слава Иисусу!

–  Аминь.

Они вышли все трое, разом. Первым шагал монах, за ним - Иван, ну а привратник остановился на ступеньках, ему-то было надобно совсем в другую сторону.

–  Прощайте!
– Юбер помахал рукою.
– И да хранит вас Святая Дева!

–  И тебя, - обернувшись, прошептал Иван… и вздрогнул. Показалось, будто в окне комнаты настоятеля что-то блеснуло. Золотое распятие? Бокал? Или - подзорная труба?! Да нет, скорее уж просто блик от стекла.

–  Побыстрее, месье, - оглянувшись, позвал бывший узник.
– Хотелось бы добраться до места до темноты.

–  Бегу, бегу, брат Жильбер!
– Крикнув, Иван резко прибавил шаг.

Часовня Святого Обера, выстроенная на сколе в северной конечности острова, казалось, вырастала прямо из пенной туши прибоя. В небольшое, сложенное из плоских серых камней строение вела тропинка, идущая из монастырского сада. Место было безлюдное, удаленное, да и смотрелось вполне мрачно, особенно сейчас, на темно-зеленом фоне бушующего моря.

Закладывая уши, дул ветер, швыряя в лица путников холодные соленые брызги. Ни Иван, ни брат Жильбер не обращали никакого внимания на разбушевавшуюся природу. Монах шагал первым, и порывы ветра трепали его рясу, словно стараясь сорвать ее и унести далеко в море.

По узенькой лестнице Иван вслед за монахом поднялся на небольшую площадку перед часовней. Окруженная невысоким парапетом, площадка эта круто обрывалась в море. Да, и в самом деле неплохое местечко для того, чтобы что-нибудь спрятать.

–  Здесь.

Остановившись у полукруглых дверей часовенки, брат Жильбер обернулся и, ухмыльнувшись, вскарабкался на парапет. Завозился - насколько смог определить Иван, пытаясь вытащить из кладки какой-то камень. Дело не ладилось, впрочем, монах, судя по всему, не собирался сдаваться, а действовал вполне уверенно, правда, скоро утомился, присел, свесив с парапета ноги. Улыбнулся, закричал, пересиливая вой ветра:

–  Плохо идет. Замуровывал-то на совесть!

–  А?! Что?!
– Иван не расслышал и подошел ближе.

–  Говорю, можешь помочь, если хочешь!
– прямо в ухо заорал брат Жильбер.
– Вообще-то лучше сходить за ломом.

–  Шпага подойдет?

–  Нет, лучше положи ее к порогу, чтоб не мешала.

–  Какой камень?
– Юноша вскочил на парапет.

–  Седьмой от угла. На высоте вытянутой руки.

–  И угораздило же!
– пытаясь расшатать кладку, выругался Иван.
– Вот уж действительно - на совесть.

–  Старался…

Кругом стало темнее, и ветер завыл с новой силой. Иван старался не смотреть вниз, где прямо под ногами, средь острых черных камней, яростно бушевала стихия. Вытянув руку, он еще раз осторожно шатнул камень. Кажется, поддался… Ну да! Прямо над головой сверкнула молния.

Обрадованный, Иван обернулся… И резко прижался к стене, уклоняясь от длинного ножа в руке брата Жильбера!

–  Ах, так…

–  Проклятый еретик!
– Монах отпрянул, но явно намеревался, повторив выпад, сбросить юношу с парапета.
– На! Получай!