Чтение онлайн

Правительства даже не стали претендовать на все вынесенное из аномалии, поскольку неважно кому это будет продано, это в любом случае принесет пользу именно тому государству, на чьей территории находится аномалия. Единственное, что запрещалось и находилось под тотальным надзором каждого государства, это вывоз трофеев из аномалий и то, что из них изготавливается за пределы государства. Этот трафик регулировался исключительно государством, и за попытку вывезти ценный товар за границу преступника ждала смертная казнь.

Однако имелись на земле и такие аномалии, которые находились на границе двух и более государств. Одной из таких была Выборгская аномалия. В этом случае искатели могли продавать свои трофеи только в то государство, чьими гражданами они являлись, поскольку территория самой аномалии считалась нейтральной. А если искатель не являлся подданным ни одной из стран, в которой располагалась аномалия, то он мог продавать свои трофеи в любую из этих стран по своему желанию. Но попытка продать их за пределы таких государств, так же каралась смертной казнью, даже если это был высокопоставленный аристократ, обладающий дипломатической неприкосновенностью.

И все эти законы навевали на меня тоску. Поскольку, я – являясь гражданином Финляндии, не имел права продавать свои трофеи на территории Российской империи. А в Финляндию мне возвращаться нельзя.

Однако имелась небольшая лазейка. Дело в том, что если провести в аномалии несколько месяцев безвылазно, внешний вид человека менялся. Не кардинально, но я ведь вполне могу тут получить и шрамы, и ожоги, которые изменят меня до неузнаваемости, а выйдя из аномалии с богатыми трофеями, я смогу оплатить операцию пластическим хирургам, и те официально сделают мне ту морду лица, которую я захочу.

Но и тут имелись нюансы. В этом мире документы делаются только антимагам. Остальные же распознаются по слепку ауры. Ведь подделать внешность одаренному не является проблемой, и ни одна обычная камера не сможет отследить его или того, на ком он сотворит иллюзию. Правда, обычных камер тут уже дано нет. Разве, что в каком-нибудь музее. Все камеры сейчас оснащены датчиками распознавания ауры. Собственно поэтому-то ношение иллюзии и наложение морока не является противозаконным деянием.

Но антимаги рушили всю эту идиллию. У них не было ауры от слова совсем. А бывший хозяин моего нынешнего тела сумел добиться еще, кое-чего. Того, чего не удалось сделать даже архимагам. Он научился прятать свою ауру так, что ее не было видно никому. И это дает мне надежду на то, что я смогу прикинуться антимагом, если, конечно, смогу увеличить свою регенерацию и самое главное развеивать магию до того, как она мне навредит. Будучи даргом я умел это делать и знаю, каким тренировкам стоит уделить внимание. Вот только где мне взять магов?

Но это еще полбеды. Ведь мне нужно было еще найти антимага, подданного Российской империи и убедить его отдать мне чип, вшитый ему в запястье. Поскольку именно этот чип и являлся документом, удостоверяющим его личность. Прямого отслеживания местоположения при помощи этого чипа не было. Но там, где находились камеры со считыванием ауры, имелись и датчики, что считывали эти чипы на довольно приличном расстоянии. Хотя надо признать, что видеокамер в любом государстве было крайне мало. Поскольку аристократия очень не любила, когда за ней следят. И как следствие камеры размещались только в обширных общественных местах, вроде огромных рынков, стадионов и тому подобным объектам. На улицах же и дорогах их не было.

Я оценил заросшую измененными лианами стену и, осмотревшись по сторонам, направился к ней. Дело в том, что у ближайших ворот в стене расположился небольшой поселок искателей и всех, кто проходил через эти ворота местные видели и даже вели некое подобие учета. А мне никак нельзя было показываться там. Как собственно и Антеро. Поэтому я и полез по стене, благо, что она заросла лианами и особых трудов мне это приключение не доставляло.

Еще находясь на высоте десяти метров от земли, на внутренней стороне стены, я почуял опасность и отпрыгнул в сторону метра на три, а на то место, где я только что находился прилетела кислота, моментально разъев лианы. Пришлось спускаться прыжками из стороны в сторону, уворачиваясь от местной кислотной лягушки.

Желто-зеленое земноводное высотой метра полтора напрасно пыталось в меня попасть своей кислотой, я был значительно быстрее нее и, спустившись, я зигзагами устремился к ней. Когда ей надоело плеваться, она попыталась поймать меня своим липким десятиметровым языком, но ей это тоже не удалось. Убивать ее сразу, я не хотел. Мне нужно было живое существо для экспериментов, поэтому я довольно быстро оказался за спиной лягушки и подрезал ей сухожилия на задних лапах так, что она не могла ими шевелить.

Затем я взял лягушку за лапы так, чтобы ее брюхо было прижато к земле, и потянул ее за собой. В таком положении кислотная лягушка не сможет ни плюнуть в меня, ни задеть языком. Тащить эту тварь мне пришлось недолго, тут недалеко находилось убежище Антеро и теперь это стало моим убежищем.

Вход в него был скрыт растительностью и лианами. Антеро еще умудрился закрыть его валуном, который со временем тоже зарос, поэтому, не зная, где находится вход в подземный бункер, никогда его не найдешь. Парень и сам совершенно случайно на него наткнулся, после чего замаскировал его еще сильнее.

Я затащил лягушку внутрь и пришпилил ее к полуразрушенному полу кольями, как бабочку булавками, предварительно подрезав сухожилия еще и на передних лапах. Пришлось даже проткнуть твари рот, чтобы она не плюнула в меня. Благо сделать это можно было, потому что пол тут был бетонным далеко не везде. Кое-где он был сломан, и под ним находилась обычная земля.

Я зажег небольшой светильник, топливом для которого служила некая смесь из жидкостей определенной местной твари с неким местным растением, после чего осмотрелся. Минимум удобства, но зато не у всех на виду. Тут даже в углу валялись шкуры, на которых парень раньше спал. Что ж, спасибо тебе Антеро за то, что подготовился к моему прибытию.

Я подошел к лягушке и положил ей на спину руку. Тварь дернулась. А когда начал тянуть из нее энергию она задергалась сильнее. Не думаю что ей больно, скорее всего, она просто сильно напугалась тому, что ее жизненная энергия вытекает из нее.

Я почувствовал блаженство и эйфорию. Мне стало до жути приятно и мне хотелось этого все больше и больше, поэтому я увеличил поток забираемой энергии и словил еще больший кайф, но вдруг я ощутил опасность и тут же отпрыгнул в сторону.

Странно, но ничего не происходило. Я осмотрелся и даже прошелся с самодельным светильником, осматривая единственную комнату в бункере, но ничего опасного так и не обнаружил. Тогда я посмотрел на лягушку. Та была при смерти.