Чтение онлайн

– Я только «за», – мне не улыбалось объяснять каждому встречному-поперечному, откуда я появилась.

– Но тебе все равно придется общаться… Хотя бы с прислугой. Иначе все подумают, что я держу тебя на цепи и не позволяю выйти их покоев! – заливисто рассмеялась Ара. – А принц такого не оценит, – мгновенно погрустнела.

И все же мне удалось добиться от нее подробностей, которые не радовали, но могли помочь, если придется тут задержаться. Хоть я и надеялась поскорее вернуться к розовым кустам и обыскать их на предмет портала или двери в мой родной двор.

Во-первых, оказалось, что «виа» и «вио» не имена, а обращение к местной знати, тем, кто удостоился «золотого сияния королевского благоволения». Ага, именно так, пафосно и высокопарно. В общем, местное дворянство не отличалось по нравам от того, что мне приходилось наблюдать по телевизору. Меня же здесь должны были именовать «эна». И вот тут возникли проблемы.

– Елена, – произнесла я.

– Илена, – с готовностью повторила Ара.

– Лена?

– М-м-м… Илена?

Ей никак не удавалось произнести самое простое имя! И это раздражало, но полчаса безуспешных попыток убедили меня в том, что я просто не сумею научить ее правильному произношению, это не в моих силах.

– Наше королевство самое лучшее, – убежденно говорила Ара. – У нас лучшие ткани, какие только можно найти! А украшения? Чистый восторг! Никто не сможет сравниться с мастерами Вереса!

– Кого?

– Столица Пауртана – Верес, – нетерпеливо ответила она. – Ох, как же тебе будет трудно! Его величество очень добрый, может, стоит рассказать ему? Нет! – отмахнулась она от своего предложения. – На носу бал, как можно отвлекать его такими мелочами.

Ага, моя жизнь – сущая мелочь. И ведь даже не поспоришь. Есть подозрение, что там, дома, меня никто и искать не будет. Разве что Римма разозлится и придет разносить мою квартиру в поисках вечернего платья, которое я так и не укоротила.

– Ах, я так хочу стать женой Лерона! – проследить, как она перепрыгнула с одной темы на другую, я не могла. Даже не уверена, была ли вообще связь. – Он такой… такой… такой потрясающий! Илена, ты бы тоже влюбилась, если бы увидела его! – Ара вдруг строго на меня посмотрела. – Даже не думай, он мой!

– И в мыслях не имела, – заверила ее, выудив из тарелки клубнику.

– И правильно, – успокоилась она. – Лерон не понимает, что мы с ним предназначены друг другу. А вот его величество уверен, что нужно поддерживать эту дурацкую традицию, по которой пары складываются на ежегодном королевском балу! Ах, да кому это нужно, если все ясно и без магии!

– Магии? – спросила заинтересовано, но Ара от меня отмахнулась.

– Я должна затмить там всех! И этих министерских дочек, и виа из провинции. Ты представляешь, они специально переманивают портних, а если те отказываются, подсыпают в еду жабьи порошки. Нечестно. Кстати, – сощурилась она, – подружись с портнихой виа Гараты, у меня есть одна настойка…

– Хм, – так как рот был занят, пришлось просто кашлянуть, выражая недовольство.

– Да, – Ара невинно улыбнулась, – это неправильно. Как будущей королеве мне стоит придерживаться лишь честных методов.

Есть у меня подозрение, которое я, естественно, озвучивать не буду, что эта милая красавица уже втыкала палки в колеса соперницам и ничто ее при этом не смущало. Ладно, кто я такая, чтобы учить дворцовую интриганку жизни?

– Пойду платье до ума доводить, – отставила тарелку в сторону и начала подниматься. – Есть какие-нибудь пожелания?

– Хочу, чтобы оно было самое… потрясающее!

Оригинальное пожелание, а, главное, очень точное. Не знаю, какая у них тут мода, но подозреваю, что мне будет не сложно поразить и Ару, и других претенденток на сердце принца.

Я вернулась в мастерскую, вздыхая и охая. Сидение на полу – пусть там и был пушистый ковер – не самое лучшее времяпрепровождение, спина затекла, по ноге бегали несносные мурашки.

Платье осуждающе смотрело на меня, ожидая, когда же я начну грандиозную работу. И пора было приниматься за дело. Так проще думается, когда руки заняты, дело спорится.

На раскройном столе лежали не смётанные детали, которые я рассматривала очень долго, то так и не придумала, как приспособить их к платью. Ладно, буду делать так, как хочу, а не по чьему-то плану.

Работа заняла не меньше трех часов. Я сидела, согнувшись, время от времени поднимая голову и передвигаясь от стола к машинке и обратно. Работать на ножном приводе оказалось непривычно, все-таки современные технологи – это благо, а так я себе ножки накачаю, буду красавицей.

Я приколола еще один бант и отошла в сторону, чтобы полюбоваться делом своих рук. Все это время ушло на изменение рукавов и горловины, зато теперь Ара точно будет оригинальной, я всю свою уставшую фантазию на это отправила. Небольшие бантики расположились вдоль всего ворота и на плечах, подчёркивая ровную линию рукава. В шкатулке на столе я обнаружила нитку белых бусин, которые напоминали жемчуг. Ее я пустила на центральные капельки для бантиков, и мой шедевр теперь казался почти завершенным.

Спина гудела, хотелось вытянуться по струнке, потянуться, разводя руки в стороны. Да, зарядка – дело хорошее. Но кроме всего прочего мне очень хотелось спать, и ничто не могло бы отрезвить лучше, чем свежий ночной воздух.

Решено, пойду проветриться на балкон.

На небе сейчас горела всего лишь одна луна, та, что поменьше, голубоватая и холодная. Вторая успела убежать с ночного небосклона, но я этому даже обрадовалась, можно было на минуточку представить, что я дома, а не в каком-то чужом мире. Так странно понимать, что родной дом – далеко, а все вокруг не игра воображение, а реальность. Я стала героиней романа, и понятия не имею, что думать и что делать.

Оперлась на перила, рассматривая дворец. Большинство окон были темными, обитатели спали, видя десятые сны, и я казалась себе единственным человеком, который тратит драгоценное время на глупости. Уже собралась уходить, ведь нужно было закончить платье, добавить по низу оборку и кое-какие мелкие детали, когда обратила внимание, что на ночное небо любуюсь не одна.

На одном из балконов стоял мужчина. В темноте его лица было не видно, впрочем, даже если было бы светло, я бы все равно не смогла ничего разглядеть, слишком уж далеко он был.