Отстойник

Интерлюдия

За тридцать лет до описываемых событий

В тот год конец июля в Австралии выдался на редкость холодным. А в день вылета вообще зарядил мелкий промозглый дождь. Поэтому пассажиры, постепенно заполняющие салон нашего самолета, следующего из Сиднея в Лондон обменивались шутками вроде:

— Не прячь далеко зонт, дорогая!

— Да уж, мир точно перевернулся, если в Сиднее погода такая, как в Лондоне.

Я не спеша занял свое место в VIP салоне и задернул шторку. Конечно, было досадно отправлять свой личный борт к Туманному Альбиону, а самому лететь пассажирским рейсом. Но я решил прислушаться к рекомендациям службы безопасности. За последние две недели уже несколько частных чартеров подверглись атакам террористов.

И если бы не эта конференция, которую проводила ООН в столице Великобритании, я бы предпочел наслаждаться лондонским дождем в Австралии.

Теперь же я готовился провести несколько часов на борту ультра скоростного лайнера в компании малознакомых мне персон, втыкая в гала-видео.

В салоне нас оказалось четверо. Трое представительных джентльменов лет под пятьдесят и я, семидесятилетний старик, владелец крупной транснациональной корпорации.

И если в Австралии у каждого из нас были свои интересы, то в Лондон мы все летели именно на эту конференцию, посвященную перспективам развития цивилизации.

Каждый из нас непременно должен был на ней присутствовать. Доктор Онозаки Кеита и генерал Изя Рабинович выступали с докладами. Меня и, как впоследствии оказалось, Джона Смита, ожидали встречи с нужными людьми в неформальной обстановке. Встречи уже были спланированы, а нужные люди оповещены.

Никто из нас не ожидал того, что случится дальше.

Позже удалось выяснить, что целью, предназначенной к уничтожению, был наш японский коллега. Остальные двести пятьдесят пассажиров авиалайнера шли прицепом. Неудачники, которым не повезло оказаться в ненужном месте, в ненужное время. Научный прорыв доктора Онозаки Кеита в области создания технологий, направленных на резкое увеличение продолжительности жизни, пришелся не по нраву ряду фармацевтических монстров, обладающих достаточными силами и средствами, чтобы выслать на перехват пассажирского стратосферного лайнера военный самолет неустановленной государственной принадлежности

По логике, этот перелет должен был бы закончится серией некрологов на страницах самых влиятельных мировых изданий, ну да еще возмущенными призывами к властям положить конец террористическому беспределу. Но как всегда, в железную логику событий, гарантирующую неизбежность и неотвратимость нашей гибели, вмешалась случайность.

Самолет уже набрал высоту и бортпроводник предложил расслабиться, отстегнуть ремни безопасности и при желании пройтись по салону. Сидящий рядом со мной высокий, подтянутый джентльмен резко смахнул с экрана своего гала-ноута полуобнаженных красоток. Одним касанием он вывел перед собой обзорную панорамную картину окружающего пространства. И обомлел.

— Ни фига се! — Возмущенный возглас импозантного господина с седыми висками привлек не только мое внимание.

Он без лишних слов развернул изображение на всю глубину VIP салона. На фоне медленно вращающегося Земного шара, следуя строго по курсу, к нам приближался стратосферный истребитель.

— Господа, прошу вас отвлечься на секунду. Похоже нас сейчас будут убивать.

Стремительно увеличивающаяся в размерах ракета класса «Воздух — Воздух», выпущенная из-под крыла перехватчика, служила наглядным подтверждением этих слов. Супер Джет выполнил классический маневр уклонения, рекомендуемый после осуществления запуска ракеты, и в считанные секунды растаял в синем небе, контролируя эффективность стрельбы электронными средствами.

Первым среагировал Изя Рабинович. Я точно помню, что своё короткое, но ёмкое «Бл@ть!» он начал выкрикивать до взрыва. Еще бы! Все-таки подготовка космодесантника! Сейчас я допускаю, что это могло быть кодовым словом для активации защиты. Также я понимаю, что промежуток времени между возникновением энергетического силового щита и взрывом ракеты составил доли секунды . Потому что Ь мне слышался уже после вспышки света. Касательно доктора Кеита, ничего не могу сказать, он, как истинный потомок самураев, невозмутимо молчал. Мы же с Джоном Смитом выразили свое отношение к происходящему в яркой нецензурной форме после завершения кульминационной фазы, разнесшей пассажирский авиалайнер на кусочки. Мелкое крошево из обломков лайнера и тел пассажиров летело к земле под действием гравитации.

А я впервые в жизни столкнулся наяву с артефактом внеземного происхождения.

Наша четверка продолжала сидеть все в тех же креслах и даже в том же салоне, правда, в несколько урезанном виде. Мы были заключены в светящуюся сферу, диаметром примерно пять метров и медленно планировали вниз. Все выходящее за границу сферы было уничтожено.

Приближаясь к поверхности, нет, не земли — океана, мы — пассажиры этого странного спасительной капсулы сохраняли удивительное спокойствие. Спускались мы в районе Полинезии, где, океан покрывала россыпь больших и малых островов.

Впрочем, хладнокровие, продемонстрированное моими спутниками в первые минуты теракта, быстро сменилось сначала дружным непрерывным матом, а впоследствии отдельными особо выразительными репликами. При этом, задним числом вынужден был признать, что мое твердое убеждение в превосходстве великого и могучего родного языка, в части крепкого словца, было значительно подорвано.

Дело в том, что наша оболочка, и мы с нею внутри, начала вращаться. Сначала потихоньку, потом все быстрее и быстрее. Чертова ракета не смогла равномерно обрубить всю поверхность фюзеляжа аккурат вдоль поверхности защитной сферы. В результат небольшие, буквально до метра в длину, хаотично выступающие элементы при падении испытывали неравномерное сопротивление воздуха. Что и привело, в конечном счете, сначала к болтанке, а затем к раскручиванию всей конструкции. К счастью, все мы были пристегнуты к креслам страховочными ремнями. В противном случае из наших тушек вышел бы хорошо перемолотый мясной фарш, равномерно размазанный по салону.

Я всегда равнодушно относился к аттракционам типа американских горок. Но после этого случае проникся ненавистью к подобному развлечению.

Ежеминутное вращение с ног на голову и так на протяжении получаса — это нечто, запоминающееся на всю жизнь. На этом фоне даже сам факт террористического акта отошел на второй план, будучи вышибленной очередным особо извращенным комбэком типа: голова — ноги с переворотом через левое плечо и непременным рвотным позывом в довесок.

Благодаря защитной сфере мы аккуратно спустились на воду. И успели освободиться от страховочных ремней до того, как сфера исчезла, а обломок фюзеляжа трансконтинентального авиалайнера погрузился в пучину океана. И уже через полчаса наша группа в полном составе валялась на ослепительно белом бархатистом песке, внимая шуму набегающих волн и вглядываясь в треугольники плавников акул-людоедов барражирующих зону затопления обломков фюзеляжа.